Андрей Родосский
Андрею Родосскому от рождения дарован талант тонко чувствовать, слышать и хранить родную речь. Только тот, кто любит родной язык, относится с уважением к языкам чужим.
Кандидат филологических наук, доцент кафедры романской филологии филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, Андрей Родосский владеет португальским, испанским, галисийским, французским, латинским и английским языками, переводит поэзию и прозу, его переводы публикуются в научной и художественной периодике, в отдельных изданиях.
Плодотворно работая и публикуясь как переводчик, Андрей Родосский писал и печатал оригинальные стихи и, наконец, собрал их в книгу. «Негасимая лампада» вышла в 2000 году. Здесь четко обозначены направления творчества автора, темы и формы. Темы: православие, русская история, поэзия, верность традициям. Формы: баллады, мадригалы, сонеты, шестистишия, четверостишия, двустишия. Лучше всего кредо поэта выражено в стихах: «Какое тягостное время!..», «Дедушка рассказывал клогда-то…», «У храма», «Апухтин в гордости дворянской…», «Хотел бы умереть я без врача…»
В 2002 году вышла книга стихов «Плоды любимых дум». Здесь больше иронии, иногда недоброй, в адрес антигероев нашего времени, глубже проникновение в русскую и европейскую историю: «Лжеостанки», «Бал у Александра III». Предельно искренне звучит лирика: «Молитва святому Александру Невскому», «Чудотворный источник», «Зимний романс». Форма стиха расширена октавой и триолетом.
Книга стихов и переводов «Глагол времен» вышла в 2004 году. Разрабатывая свои излюбленные темы, автор усиливает внимание к изображению родного города. С интересом читатель наблюдает вместе с автором Петербург в разных временных ракурсах, отраженный в стихах: «Исчез когда-то крест с Казанского собора…», «Херувимская», «Я не старик еще…», «Кавалергарды собрались…», «Эмигрант», «Славянам», «Баллада о музыканте» и других.
Особенно стройно сложилась книга «Лики и лица» (2006). Красота любимого города и окрестностей воспета в разделе «Петербургская сказка». Оттеняют эту красоту стихи раздела «Пейзаж после битвы» с отзвуками войны 1914 года, с лицемерными минами, которые являют «бывшие комсомольцы и комсомолки». Здесь усилена публицистическая линия, обобщены выводы.
Раздел «Лики и лица» — это уже персональные портреты: от Тита Лукреция Кара до Владимира Маяковского, от Георгия Маленкова до принца Чарлза. История в портретах представлена и вширь, и вглубь, остро, метко, как свойственно А. Родосскому.
Широко развернут в книге еще один жанр — эпиграмма, где даже в нескольких строках автор очерчивает главное:
Не был гулякою праздным — а сгнил от хвори постыдной.
Слыл величайшим умом — а умер несчастным безумцем.
Доброе сердце имел — а выдумал Сверхчеловека,
Что между злом и добром никакого различья не делал.
«Фридрих Ницше»
Итак, лучшие стихи из перечисленных книг вошли в избранное — в «Автопорттет». Добавлено и кое-что вновь написанное. Перед нами — созданное за 20 — 25 лет.
Даты под стихами помогают ориентироваться в развитии творческой мысли. При свойственной А. Родосскому искренности, честности с самим собой, «Автопортрет» его предельно точен:
Бог свидетель — для меня всегда
Честь была дороже, чем карьера.
А сгустятся тучи — не беда:
Помогали знание и вера.
Действительно, знание и вера — вот главные вертикали, которые руководят творчеством автора. И отрадно нам, что понятие «чести» также тут присутствует, нам, поколениям, лишенных своих сословий, родословных, могил предков, нам, по сути лишенным чести. В итоге перед читателем предстает русский европеец, сохраняющий лучшие черты дедов, радеющий за вечные отечественные ценности, которому есть чем гордиться: своим родом, Родиной, своим православным исповеданием:
Но не перевелись и ныне мудрецы —
Теорий дерзостых отважные творцы,
Что при учености и при познанье многом
Спешат в Господень храм повергнуться пред Богом,
Где слово истины и вечный свет Христов
Ученых просветит, как некогда волхвов!
Это А. Родосский не о себе говорит, но он из той же породы ученых. Поэтическая страстность его лирических стихов не есть грех, она уравновешивает «знание», а наивысшее проявление этой страстности — стремление к «вечному свету Христову».
Читать «Автопортрет» — приобщиться к вечным ценностям, многое узнать, восхититься красотой славного прошлого, взрастить в душе надежду на будущее.
Ирэна Сергеева, поэт, член Союза Писателей
Кандидат филологических наук, доцент кафедры романской филологии филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета, Андрей Родосский владеет португальским, испанским, галисийским, французским, латинским и английским языками, переводит поэзию и прозу, его переводы публикуются в научной и художественной периодике, в отдельных изданиях.
Плодотворно работая и публикуясь как переводчик, Андрей Родосский писал и печатал оригинальные стихи и, наконец, собрал их в книгу. «Негасимая лампада» вышла в 2000 году. Здесь четко обозначены направления творчества автора, темы и формы. Темы: православие, русская история, поэзия, верность традициям. Формы: баллады, мадригалы, сонеты, шестистишия, четверостишия, двустишия. Лучше всего кредо поэта выражено в стихах: «Какое тягостное время!..», «Дедушка рассказывал клогда-то…», «У храма», «Апухтин в гордости дворянской…», «Хотел бы умереть я без врача…»
В 2002 году вышла книга стихов «Плоды любимых дум». Здесь больше иронии, иногда недоброй, в адрес антигероев нашего времени, глубже проникновение в русскую и европейскую историю: «Лжеостанки», «Бал у Александра III». Предельно искренне звучит лирика: «Молитва святому Александру Невскому», «Чудотворный источник», «Зимний романс». Форма стиха расширена октавой и триолетом.
Книга стихов и переводов «Глагол времен» вышла в 2004 году. Разрабатывая свои излюбленные темы, автор усиливает внимание к изображению родного города. С интересом читатель наблюдает вместе с автором Петербург в разных временных ракурсах, отраженный в стихах: «Исчез когда-то крест с Казанского собора…», «Херувимская», «Я не старик еще…», «Кавалергарды собрались…», «Эмигрант», «Славянам», «Баллада о музыканте» и других.
Особенно стройно сложилась книга «Лики и лица» (2006). Красота любимого города и окрестностей воспета в разделе «Петербургская сказка». Оттеняют эту красоту стихи раздела «Пейзаж после битвы» с отзвуками войны 1914 года, с лицемерными минами, которые являют «бывшие комсомольцы и комсомолки». Здесь усилена публицистическая линия, обобщены выводы.
Раздел «Лики и лица» — это уже персональные портреты: от Тита Лукреция Кара до Владимира Маяковского, от Георгия Маленкова до принца Чарлза. История в портретах представлена и вширь, и вглубь, остро, метко, как свойственно А. Родосскому.
Широко развернут в книге еще один жанр — эпиграмма, где даже в нескольких строках автор очерчивает главное:
Не был гулякою праздным — а сгнил от хвори постыдной.
Слыл величайшим умом — а умер несчастным безумцем.
Доброе сердце имел — а выдумал Сверхчеловека,
Что между злом и добром никакого различья не делал.
«Фридрих Ницше»
Итак, лучшие стихи из перечисленных книг вошли в избранное — в «Автопорттет». Добавлено и кое-что вновь написанное. Перед нами — созданное за 20 — 25 лет.
Даты под стихами помогают ориентироваться в развитии творческой мысли. При свойственной А. Родосскому искренности, честности с самим собой, «Автопортрет» его предельно точен:
Бог свидетель — для меня всегда
Честь была дороже, чем карьера.
А сгустятся тучи — не беда:
Помогали знание и вера.
Действительно, знание и вера — вот главные вертикали, которые руководят творчеством автора. И отрадно нам, что понятие «чести» также тут присутствует, нам, поколениям, лишенных своих сословий, родословных, могил предков, нам, по сути лишенным чести. В итоге перед читателем предстает русский европеец, сохраняющий лучшие черты дедов, радеющий за вечные отечественные ценности, которому есть чем гордиться: своим родом, Родиной, своим православным исповеданием:
Но не перевелись и ныне мудрецы —
Теорий дерзостых отважные творцы,
Что при учености и при познанье многом
Спешат в Господень храм повергнуться пред Богом,
Где слово истины и вечный свет Христов
Ученых просветит, как некогда волхвов!
Это А. Родосский не о себе говорит, но он из той же породы ученых. Поэтическая страстность его лирических стихов не есть грех, она уравновешивает «знание», а наивысшее проявление этой страстности — стремление к «вечному свету Христову».
Читать «Автопортрет» — приобщиться к вечным ценностям, многое узнать, восхититься красотой славного прошлого, взрастить в душе надежду на будущее.
Ирэна Сергеева, поэт, член Союза Писателей
Произведений: 520
Получено рецензий: 54
Написано рецензий: 4
Читателей: 23020
Произведения
Перед причастием (14)
Перед картой мира (25)
Парадоксы (26)
- *** - городская лирика, 25.05.2011 17:44
- Борода - иронические стихи, 25.05.2011 17:43
- Дом ученых - городская лирика, 25.05.2011 17:40
- Заячий остров - городская лирика, 25.05.2011 17:37
- Мало - верлибр, 25.05.2011 17:36
- На Никольском кладбище - философская лирика, 25.05.2011 17:32
- На повороте наших лет - философская лирика, 25.05.2011 17:27
- Осколок русского дворянства - сонеты, канцоны, рондо, 22.05.2011 02:18
- Некрополь - городская лирика, 22.05.2011 02:14
- Памятник Александру III - городская лирика, 22.05.2011 02:12
- Пасхальный бал в дворянском собрании - гражданская лирика, 20.05.2011 13:57
- Переименование - верлибр, 20.05.2011 13:55
- После реконструкции - городская лирика, 20.05.2011 13:52
- Приметы детства - без рубрики, 20.05.2011 13:50
- Где раздобыть... - иронические стихи, 20.05.2011 13:49
- Римско-католическая духовная академия - гражданская лирика, 14.05.2011 21:08
- Смерть балерины - гражданская лирика, 14.05.2011 21:06
- Старый дом - философская лирика, 14.05.2011 21:05
- *** - философская лирика, 14.05.2011 21:04
- Татьяне и Григорию Родосским - философская лирика, 14.05.2011 01:50
- *** - философская лирика, 14.05.2011 01:49
- Фестиваль корюшки - без рубрики, 14.05.2011 01:46
Херувимская песнь (21)
Картины былого (21)
Автопортрет (21)
Пыль веков и стран (23)
Двадцатый век (21)
Старый дом (24)
Переводы (22)
Золотая осень (14)
Место в истории (28)
Улыбки и усмешки (21)
Острые мысли (14)
Круг чтения (28)