Лучшие стихи Стихи. ру

1. Имена. Названия стихотворений. Ссылки на стихи.


Bor G  КАЛЕНДАРЬ http://www.stihi.ru/2010/05/13/3423
Gavs  Версия для печати http://www.stihi.ru/2002/04/23-87
Redneck  Разговор с В. В. Маяковским о погоде (июль)  http://stihi.ru/2003/09/10-1068
Абашин Алексей Споткнулась песня... http://www.stihi.ru/2008/05/23/3138
Азачем  Брось, атаман http://www.stihi.ru/2010/10/02/559 
Алекс Амур Лёгким лебедем http://www.stihi.ru/2011/03/08/3161
Михаил Анищенко Родные http://www.stihi.ru/2012/09/12/1052
Михаил Анищенко Неважно http://www.stihi.ru/2012/04/10/3992
Михаил Анищенко Пахарь http://www.stihi.ru/2012/09/18/4946
Сергей Аствацатуров «Хорошо быть бездомным и нищим, как ветер …» http://www.stihi.ru/2010/10/27/1239
Сергей Аствацатуров «Пассажир плацкартных вагонов…» http://www.stihi.ru/2011/07/15/6306
Сергей Аствацатуров «Железнодорожный проплыл рассвет…» http://www.stihi.ru/2011/07/15/6306
Игорь Белкин Идёт в атаку Русь на Русь. К 23 февраля http://www.stihi.ru/2012/02/21/3067
Ольга-Верн про звёзды http://www.stihi.ru/2014/08/10/7054
Виктор Верстаков Запрещённые стихи http://www.stihi.ru/2011/04/22/3530
Юрий Викторов Очень печальный стих про осень http://www.stihi.ru/2009/10/02/1426
Виноградова Евленья Припомнилась зима 2006 года http://www.stihi.ru/2012/08/05/4556
Ксения Григорович Купаюсь в нежности http://www.stihi.ru/2011/01/17/2951
Алексей Григорьев вот как-то так http://www.stihi.ru/2010/04/21/3233
Алексей Григорьев ангел http://www.stihi.ru/2009/12/24/2086
Алексей Григорьев как Хемингуэй http://www.stihi.ru/2010/01/16/5953
Алексей Григорьев вот http://www.stihi.ru/2010/01/25/3927
Алексей Григорьев Самолётик вспыхнул и растаял http://www.stihi.ru/2009/01/09/3574
Алексей Григорьев Неприятная информация http://www.stihi.ru/2015/08/14/5986
Наталья Григорьева ПО  ТУ  СТОРОНУ  ОБЛАКОВ http://www.stihi.ru/2007/03/23-2763
Николай Гуров Поэты такая порода http://www.stihi.ru/2010/10/15/4638
Очень Добрый Сержант Углов http://stihi.ru/2012/10/04/7740
Очень Добрый Солдат Стенной http://stihi.ru/2012/10/08/8809
Очень Добрый Ефрейтор Дверь http://stihi.ru/2012/10/09/2568
Ольга Домрачева Чёрный лис http://www.stihi.ru/2009/08/11/1025
Алексей Ефипов В день рождения Ленина - похороны Ленины http://www.stihi.ru/2011/04/23/415
Максим Жаровин Поэт и Смерть http://www.stihi.ru/2010/10/31/3418
Елена Заостровцева Тайна имени http://www.stihi.ru/2009/05/29/4615
Иван Зеленцов Идиллия http://www.stihi.ru/2006/09/14-1824
Иван Зеленцов Небо на двоих http://www.stihi.ru/2010/07/24/1072
Иван Зеленцов Петербургская зарисовка http://www.stihi.ru/2006/07/05-1467
Сагидаш Зулкарнаева Как в чёрной речке нету дна... http://www.stihi.ru/2012/09/05/5011
Алексей Ивантер Слова http://www.stihi.ru/2010/09/01/7605
Александр Измалкин Николаич http://www.stihi.ru/2011/02/04/4208
Никита Кардашёв К морю... http://www.stihi.ru/2011/04/30/271
Владимир Квашнин 2 А за окном у нас ромашки http://www.stihi.ru/2014/11/28/6261
Игорь Кедо Граф http://www.stihi.ru/2012/12/29/7664
Арсений Ковалик Зима http://www.stihi.ru/2012/08/27/3196
Александр Коковихин Март http://www.stihi.ru/2010/02/04/2544
Татьяна Комиссарова Дунаевский http://www.stihi.ru/2016/07/15/5574
Глаша Кошенбек Родиться мышью http://www.stihi.ru/2009/10/08/1716
Александр Крупинин Тётя Клара http://www.stihi.ru/2008/11/22/4152
Александр Куликов "Иванов, Семёнов, Борменталь" http://www.stihi.ru/2013/11/19/3872
Курилов Дмитрий  В лесу, под кедром тёмнолаковым... http://stihi.ru/2010/02/01/8571
Курилов Дмитрий Соблазны тают белоснежками... http://www.stihi.ru/2011/09/06/8957
Андрей Юрьевич Лукин Это я... http://www.stihi.ru/2011/07/04/6780
Андрей Юрьевич Лукин Давай притворимся... http://www.stihi.ru/2011/07/04/6669
Андрей Юрьевич Лукин Я ватник http://www.stihi.ru/2015/04/28/1439
Виктор Люсин Урюпинск http://www.stihi.ru/2011/08/21/1729
Игорь М. Наблюдать за листвой http://www.stihi.ru/2006/08/26-1967
Андрей Мартынов Слово Гаршин http://www.stihi.ru/2012/03/20/9692
Андрей Мартынов Слово Первомай http://www.stihi.ru/2011/04/29/2847
Кузичка Масина  когда шатаются устои http://www.stihi.ru/2012/05/29/6022
Егор Мирный Мать http://www.stihi.ru/2011/02/08/7622
Андрей Моисеев Королева http://www.stihi.ru/2013/03/12/427
Андрей Моисеев Снежный бунт http://www.stihi.ru/2011/12/19/9270
Андрей Моисеев Глубокое осеннее ненастье... http://www.stihi.ru/2012/11/22/1128
Дмитрий Московский Перламутр http://stihi.ru/2015/04/09/4804
Дмитрий Московский Смерть http://stihi.ru/2013/12/28/9321
Дмитрий Московский Ангелы http://stihi.ru/2015/05/08/3933
Красс Намордников (Сергей) Апокалиптическое http://www.stihi.ru/2010/12/24/748
Недбаева Ирина Зачем она тебе была нужна http://www.stihi.ru/2010/03/16/5564
Недбаева Ирина  Аркадские пастухи. Н. Пуссен  http://www.stihi.ru/2009/11/07/6059
Юрий Октябрёв Благодарю http://www.stihi.ru/2016/10/23/9387
Людмила Орагвелидзе «Старуха вяжет зимние носки...» http://www.stihi.ru/2009/11/20/6196
Борис Панкин «Пиво - мерзкое. Дева - дерзкая...» http://www.stihi.ru/2011/06/18/115
Евгений Петропавловский   Над волнами времени  http://www.stihi.ru/2010/01/18/1661
Евгений Петропавловский Призрак старого парка... http://www.stihi.ru/2004/04/24-215
Евгений Петропавловский Петрович и Тьма http://www.stihi.ru/2003/03/14-844
Прихожанка (Наталья Николаева) Ночной поезд http://www.stihi.ru/2012/08/06/6683
Виталий Пуханов  «На Севере, на родине пространства…»  http://www.stihi.ru/2010/01/14/5883
Андрей Пшенко Ужеблинполтинник http://www.stihi.ru/2009/10/31/5628
Сима Радченко Мне не нравится... http://www.stihi.ru/2011/09/17/635
Роршах (Сергей) Пустота http://www.stihi.ru/2014/10/23/9518
Геннадий Руднев «Джебэ»  http://www.stihi.ru/2010/06/13/78
Сафронов Андрей «Дочки-матери, бабули…» http://www.stihi.ru/2010/08/26/2565
Юрий Семецкий Маньяк Герасим, или Собачья смерть http://www.stihi.ru/2010/10/11/2935
Владислав Сергеев Хорошо бы ливня... http://www.stihi.ru/2006/04/20-2556
Александр Сидоров (Фима Жиганец) Баллада о драной душе http://www.stihi.ru/2005/10/21-1132
Вика Скайнова «Рассказ танкиста» http://www.stihi.ru/2010/03/20/1093
Клавдия Смирягина-Дмитриева  Про  кота   http://stihi.ru/2012/04/11/5040
Клавдия Смирягина-Дмитриева  Сначала из дома ушли тараканы... http://www.stihi.ru/2012/11/26/5956
Клавдия Смирягина-Дмитриева Тише, девочка http://www.stihi.ru/2011/02/21/2833
Александр Спарбер Весенняя ворчалка http://www.stihi.ru/2013/04/16/3680
Сергей Сухонин Бедный Василий http://www.stihi.ru/2008/11/02/164
Лев Сыроежин Но дети этого не знали... http://www.stihi.ru/2011/07/26/3187
Тео Тео Хесус http://www.stihi.ru/2013/05/09/3848
Роло Томаси Кот Баюн http://www.stihi.ru/2011/12/26/1779
Егор Трубников Принц - Про рыбу  http://www.stihi.ru/2009/08/12/263
Егор Трубников Принц - Про мясо  http://www.stihi.ru/2009/07/09/5303
Егор Трубников Принц - Про елку http://www.stihi.ru/2009/07/16/2093
Николай Туманов Ты звала не меня... http://www.stihi.ru/2010/01/22/3787
Николай Туманов Прости-прощай!.. http://www.stihi.ru/2010/02/11/860
Фррранцуз фор май мазер http://www.stihi.ru/2010/09/10/384
Ольга Хворост  Биография http://stihi.ru/2011/06/19/368
Ольга Хворост Сказка про репку http://www.stihi.ru/2012/04/16/4423
Александр Хинт Ловцы человеков – Разговор http://www.stihi.ru/2010/03/23/9257
Светлана Холодова Неразлучники http://www.stihi.ru/2011/01/14/1752
Игорь Царев Бродяга и Бродский http://stihi.ru/2010/06/18/3264
Роман Цимберов Счастливые люди http://www.stihi.ru/2014/11/07/7842
Чепурных Евгений Петрович В могиле неизвестного поэта http://www.stihi.ru/2013/03/13/2294
Чепурных Евгений Петрович Не пейте вино... http://www.stihi.ru/2013/07/12/272
Чепурных Евгений Петрович Запамятовал... http://www.stihi.ru/2014/10/13/106
Чепурных Евгений Петрович Нет у людей ни гвоздей, ни муки...  http://www.stihi.ru/2013/06/18/363
Светлана Чернышёва (Марк Светличный) Пудель цвета абрикоса http://www.stihi.ru/2010/11/21/4048
Чушь Собачья Непоротая  нелётная погода http://stihi.ru/2011/03/19/9890
Виктор Шендрик «Мне не виллу на Канарах…» http://www.stihi.ru/2009/10/19/6996
Виктор Шендрик Всё так же алчен всадник... http://www.stihi.ru/2003/09/02-1078
Александр Шершнев Второй Худосочный еврейский парень http://www.stihi.ru/2010/07/30/4692
Светлана Ширанкова Insecta http://www.stihi.ru/2010/03/02/116
Светлана Ширанкова Баллада о проходящих мимо http://www.stihi.ru/2008/08/01/1257
Елена Ширимова Белорусский вокзал http://www.stihi.ru/2013/04/09/2280
Дмитрий Шунин Под столом http://www.stihi.ru/2016/02/01/707
Тургут Элл-Макбак Мух http://www.stihi.ru/2016/12/06/5716
Татьяна Январская Воспоминания о детстве http://www.stihi.ru/2009/04/26/4879



2. Тексты стихотворений.

Bor G  КАЛЕНДАРЬ http://www.stihi.ru/2010/05/13/3423

КАЛЕНДАРЬ

Настенный календарь, отрывочный и яркий –
казался нам тогда он толстым и смешным,
в далёком январе, где свежие подарки,
и мама гонит в дом, и голуби над ним.
Олег, Серёга, Лев из третьего подъезда,
футбол до темноты и споры ни о чём.
На кухне календарь с решениями съезда.
И первые листки с дежурным Ильичём.
Отечество в дыму, в кармане вольный ветер,
сын дворничихи Сэм под стать ему почти.
И мы живём в стране, единственной на свете,
где розовый портвейн и в цвет ему – мечты...

Срываются листки с ненужным расписаньем
движения светил и праздников мирских.
В апреле ни к чему уже готовить сани,
ускорилась страна, проснувшись от тоски.
Лев бросил институт, весна тому виною,
Серёга свой филфак ругает за глаза.
Олег зубрит иврит, чтоб выехать с женою,
а Сэм познал Стамбул, Варшаву и базар.
А мама от газет в восторге. И журналы...
И, кажется, любовь, и клятвы до зари.
Листки идут в отрыв, как годы, по безналу.
И всё ещё кружат над домом сизари...

Он сильно похудел. Всему виною лето,
отрывками, и мир с повадками, как тать.
Листки календаря летят как эполеты
у тех, кто не умел два раза присягать.
Серёга – репортёр, прожектор катастрофы,
в Москве прописан Сэм – и видел всех в гробу.
Олег несёт свой крест в окрестностях Голгофы,
а Лев пропал в горах под городом Кабул.
То "Джип", то "Мерседес" – в берёзку ли, в осину.
Стран много, два пути: аптека и фонарь.
А мама пьёт настой и чаще просит сына
быть твёрже и трезвей, поскольку всё как встарь...

И не до голубей в осеннем небе низком.
Мы вышли на рубеж, когда уже с горы.
Проклятый календарь, листы уносит списком.
А кажется вчера... Но это до поры.
Олег ушёл в себя, Сергей уже за штатом,
Лев выплыл в Анкаре, и звать его Ахмед.
Семён Петрович стал народным депутатом,
хоть путает оффшор, офсайды и обед.
Скрывает слякоть дней несбывшегося груды.
Подарки в юбилей, подачки всё черствей.
А мама видит нас, наверное, оттуда...
Как пёстрые листки в сгорающей листве...

Декабрьские дни. Последние страницы
на серой и пустой изнанке у плиты.
В далёком январе надежды, судьбы, лица:
казались – на века, и с вечностью на "ты".
Мы брали этот мир, наверное, на вырост.
Ребята, где же вы? Нам надо доиграть...
Но всё, что позади – хоть оторви да выбрось.
А дома – интернет, усталость и кровать.
И скоро новый год, да не по наши души.
И новый календарь, но рвать его не нам...
А мама ждёт всегда. И вечно будет слушать.
Мы встретимся... Дождись...
Что скажешь?..
Тишина...


Gavs  Версия для печати http://www.stihi.ru/2002/04/23-87

Версия для печати

Ты знаешь, Янка, как это ни странно,
но я теперь уже намного старше,
чем ты. Привыкнуть к этой мысли
мне почему-то очень тяжело.
Листая чёрно-белые страницы
из нашей прошлой жизни, я всё чаще
курю, вздыхаю и совсем не верю,
что десять с лишним лет уже прошло,
как ты не здесь… И по тебе скучают
твои стихи (их всё-таки издАли
не так давно. Тираж смешной, но, впрочем,
те, кто хотел – смогли приобрести).
На днях решил перечитать, а книжка
стоит чуть-чуть не так, как я поставил
её в последний раз. Не удивился.
Я так и думал, что заходишь ты,
хоть иногда. А, знаешь, мне теперь
ночами отчего-то плохо спится.
Окно – провалом, кажется, что там
какой-то страшный, незнакомый мир...
Смешно, конечно. Там – всё тот же двор
и та же равнодушная столица,
которая последние пять лет
всё больше мне напоминает пир
во времена чумы. Москва не верит –
как прежде – ни поэтам, ни пророкам.
Как прежде – суета и лицемерье,
но в новой упаковке "от кутюр".
Ты, Янка, как всегда, была права –
бежать отсюда. Громко хлопнуть дверью.
Домой. Туда, где твой негромкий голос
не заглушают шелестом купюр.
...У нас зима. А без тебя зимою
мне как-то по-особому тоскливо.
Я знаю, что она тебя любила
и помню, как её любила ты.
Зима меня ни в чём не упрекает,
но снег уже не ластится игриво...
И под десятилетним снегопадом
я продолжаю медленно брести
сквозь эту боль, что оказалась жизнью.
И смертью... И судьбою... Без тебя...
Быть может только для того, чтоб ночью
я, задыхаясь от косноязычья,
почти на ощупь находя слова,
их бормотал, с наивною надеждой,
что ты меня услышишь...


Redneck  Разговор с В. В. Маяковским о погоде (июль)  http://stihi.ru/2003/09/10-1068

               "Остапа несло"

Жара, жара. Который день.
Мутит от душной хмари.
И кушать лень, и думать лень.
Пойду-ка прикемарю...

Очнулся. Встал не с той ноги,
Невесел, даже грозен,
И ну катать-валять стихи
О соловье и розе,

И шуме крыл, и мотыльках,
И зарослях жасмина,
И светлячках, и огоньках,
И сказочных долинах,

И летней ночи, и росе,
И озаренье смелом...
Техас. Июль во всей красе.
Измученное тело.

Как духота, как пот с лица,
Как солнца жар жестокий,
Так, без начала, без конца
В башке чужие строки:

"Светить всегда, светить везде..."
Воды мне! Пива. Яду.
"Светить и никаких гвоздей..."
Да чтоб ему! Прилягу.

Заснул. Проснулся. Перечёл.
Беспомощно и скучно.
Сплошные сопли ни о чём.
Фольклор, наверно, лучше.

Вот, скажем, басенка-лубок,
Наследие Эзопа:
Послал ворону как-то Бог,
Послал конкретно, в жопу!

А вот и сказочка: назло
Досужим кривотолкам,
На зоне семеро козлов
Опетушили волка.

Кавказский эпос: где обвал
Гремит средь перевалов,
Как тигра витязь лютовал,
Но шкура не давала.

Стояла, значит, как стена -
Не смейте! Хам! Невежа!
А Демон в облаке стенал:
Нэ тронь её, зарэжу!

Нормально. Лучше, чем вчера,
И тем подобных ворох.
Такой сюжет: Багдад, жара,
Али Баба и сорок...

По Цельсию. Атас! Горю!
Ни продыха, ни вздоха.
Пойду, пожалуй, сотворю
Поэму "Очень плохо",

Роман в стихах "Пришел ****ец",
Балладу "Депрессуха".
"Светить всегда, светить везде..."
Ну пристебался, сука!

"Светить и никаких..." Достал!
Как оселком по нервам.
Улёгся. Сосчитал до ста.
Заснул. Проснулся. Скверно.

И думать в лом, и мыться в лом -
Клиент дошёл до ручки.
На улице - фуфло фуфлом,
И стих ничем не лучше.

И бьётся, бьётся в голове
"До дней последних донца...".
Ну Маяковский, ну В.В.,
Да что он знал о Солнце?!

Что знал, что знал... О том и речь.
Жил, как и умер, фатом.
А мог патроны поберечь,
В Техас махнуть в тридцатом.

Пижонство это и фигня -
Стрельба, кровища лужей.
Постой на солнышке пол-дня,
И револьвер не нужен.

А впрочем, разницы-то нет:
Погода или пуля.
Одним в апреле пистолет,
Другим Техас в июле.

Одним пальба, другим жара,
Итог один, ей-Богу.
А, ладно. К чёрту. Спать пора.
Пойду вздремну немного.


Абашин Алексей Споткнулась песня... http://www.stihi.ru/2008/05/23/3138

Споткнулась песня на слове «лю…»
Застыли пары в случайных па.
Оттаяв, двинулись к алтарю
с ленивой грацией черепах.

Звенели вилки, ножи и смех.
Рубином винным горел хрусталь.
И в каждом взгляде блестел успех.
И каждый первый держал Грааль.

Гуляли боги всея Руси.
Уйти пытался двадцатый век.
Декабрь тучи опять трусил –
кружил над Русью привычный снег.

*****
Усталый дьявол смотрел кино:
мелькают лица бродяг, сирот…
На свежий холмик кладут венок –
и смерть глумливая щерит рот…

Пощёлкал пультом. Нашёл канал:
танцуют пары под тихий блюз…
Такой уютный банкетный зал…
Споткнулась песня на слове «лю…»


Азачем  Брось, атаман http://www.stihi.ru/2010/10/02/559 

Брось, атаман

Из-за острова Буяна
О который бьёт волна
Вышел месяц из тумана
Освещая три челна

На переднем, в стельку - Стенька
Дятлу глупому под стать
Головой стучит об стенку
Силясь мистику понять

Рядом девушка босая
Наготой смущает глаз
Он за борт её бросает
И уже не в первый раз

Закидоны в воду крали
Длятся пять часов подряд
Казаки слегка устали
Атаману говорят:

- Слушай, Стенька, выпей йаду
Ну, а мы гребём домой -
Не утопишь ты наяду
Ей пучина – дом родной!

............. А не утопишь ты наяду
............. Ей пучина – дом родной!


Алекс Амур Лёгким лебедем http://www.stihi.ru/2011/03/08/3161

Лёгким лебедем

Надо мною лёгким лебедем
В лунной дымке ты паришь.
Я украл тебя у времени,
Стон, срываясь, лижет тишь.
Я смотрюсь в тебя и падаю
В облака твоих волос
И тела схлестнулись взглядами,
Отразившись в каплях звёзд.
Ты солёная, но сладкая
На губах моих горишь
И Сибирь мою, загадка ли...
Не сменяешь на Париж.
Ты сумела лёгким лебедем
Расстоянье превозмочь.
И двоих, сплетая негою,
На волнах качает ночь.
Я беру губами вишенку,
Этот плод мне по зубам.
По далёкому, по ближнему,
Горячо и здесь и там.
А в глазах мольба: пониже бы,
Тонкой стрункой выдаст дрожь.
Это души не по-книжному
Выбираются из кож.


Михаил Анищенко  Родные http://www.stihi.ru/2012/09/12/1052

Родные

И день – святой, и ночь – святая.
Весь год, под Богом и луной,
Я говорю тебе: «Родная»,
Ты откликаешься: «Родной».

«Родной!» –  в ночи, и на рассвете,
Вплоть – до скончания времен…
Как будто нам до самой смерти
Не надо собственных имен.

А если смерть разрубит нити
Судеб, что сделались одной,
Пускай напишут на граните:
«Здесь спят «родная» и «родной».


Михаил Анищенко  Неважно http://www.stihi.ru/2012/04/10/3992 

Неважно

Неважно, Лёша, как мы пели,
Неважно – пить или не пить…
Мы только то, что не успели
С тобой при жизни полюбить.

Нас жизнь лепила и ваяла,
Но, Лёша, Лёша, в смертный час
Мы только то, что просияло
И навсегда погасло в нас.

Мы жили, Лёша, врозь и розно,
Бессильно чувствуя во мгле,
Что мы живём, то слишком поздно,
То слишком рано на Земле.

Что слёзы, Лёша, гнев и сила,
Святых писаний парафраз?
Мы только то, что нас манило,
И не сбывалось каждый раз.

Судьба не стала больше слова,
Струна не стала тетивой…
И потому мы будем снова
Меняться судьбами с тобой.

По воле Зевса и Эреба,
Без слов, без крика, без следов,
Мы будем снова падать с неба
В тоску соседних городов.

И что нам, Лёша, брызги славы,
Туман в глазах и в горле ком?
Мы только крик и стон Державы,
С давно прострелянным виском…


Михаил Анищенко Пахарь http://www.stihi.ru/2012/09/18/4946

Пахарь

Был отмечен я долей лихой,
Не желая ни злата, ни клира,
Семь веков я шагал за сохой,
До окраины русского мира.

Было промыслу солнце  верно,
Туча озеро в небе качала;
И бросал я живое зерно
В темноту без конца и начала.

Аист нес малыша на крыле,
Шли босые скитальцы по свею.
И зерно умирало в земле,
Для того, чтоб подняться над нею.

Борозда, словно жизнь, за спиной,
Не была ни концом, ни итогом;
И стояла звезда надо мной,
Как когда-то стояла над Богом!

Только век народился лихой,
Мать моя! От Москвы до Урала –
Семь столетий я шел за сохой
Переплавив мечи на орало.

А теперь ни страны, ни звезды!
Спотыкается лошадь хромая…
По ущелью моей борозды
Скачет конница хана Мамая.

Русь мерцает слезами свечи…
В кузнеца превращается пахарь,
И восходят над горном мечи –
Выше ярости нашей и страха!


Сергей Аствацатуров «Хорошо быть бездомным и нищим, как ветер …» http://www.stihi.ru/2010/10/27/1239

***
Хорошо быть бездомным и нищим, как ветер,
ни о чём не жалеть, ни к чему не стремиться,
утихая, в траву опускаться под вечер,
подниматься опять, словно хищная птица,
и прохожим кричать в глуховатые уши,
что Потоп, Апокалипсис – наше «сегодня»,
что под крышами прячутся слабые души,
а душа непогоды легка и свободна.

Потому, что никто ни за что не в ответе,
я, как ветер, по жизни скитаюсь и дую
в тростниковую дудочку. Мне бы на свете
из брезента палатку, горбушку ржаную
и молиться Христу, незлобивому Богу,
при любой, даже самой сырой, непогоде,
чтобы лечь, как листва, на большую дорогу,
навсегда раствориться в безмолвной природе.


Сергей Аствацатуров «Пассажир плацкартных вагонов…» http://www.stihi.ru/2011/07/15/6306

***
Пассажир плацкартных вагонов,
я живу в ракетной державе,
наплевав на тома законов,
ибо брезговать ими вправе
тот, кому бригадир на стройке
рихтовал кулачищем ряшку,
тот, кому, разложив на койке,
тизерцин загоняли в ляжку.
Кто с тех пор,
       как больная птица,
волочит перебитый разум.
Ни одна не берёт больница –
посылают на небо сразу.
Никаких тебе здесь пардонов,
снисхожденья к судьбе-шалаве.
Я всегда в ракетной державе
пассажир плацкартных вагонов.


Сергей Аствацатуров «Железнодорожный проплыл рассвет…» http://www.stihi.ru/2011/07/15/6306

***
Железнодорожный проплыл рассвет
за окнами в пять утра.
В глаза мне ударила, как кастет,
как лезвие топора,
сожжённая степь. И по ней брели,
неспешно горбы неся,
верблюды – татарские корабли.
И понял я, что леса
отсюда подалее, чем Восток
с его непонятным злом,
где только оружие и песок,
и стянута боль узлом,
где мне предстоит провести теперь
остаток жизни всерьёз.
И только хлопала громко дверь
под песню стальных колёс.


Игорь Белкин Идёт в атаку Русь на Русь. К 23 февраля http://www.stihi.ru/2012/02/21/3067

Идёт в атаку Русь на Русь. К 23 февраля

На лугу стрекозы, стадо и слепни,
из-за речки ветер мчится в наши дни,
к пропотевшей майке я его прижму:
навевай прохладу сердцу моему!
Что-то перегрелось и стучит оно
словно барабанщик юный из кино,
где идёт в атаку Русь на ту же Русь –
жёлтые погоны и мужская грусть.
Серые шинели, чёрная земля,
не хлебнёт убитый дома киселя,
мама не приветит сына у ворот,
молока парного в кружку не нальёт...

В городе знамёна, в сёлах суховей,
на тетрадях школьных профили вождей,
сколько их сменилось, разве перечесть?..
Мне в сорок четвёртом было ровно шесть.
Книжки-растрепашки, с ятями и без,
Робин Гуд и Разин, Данко и Кортес,
шелестят страницы, вспугивая тишь,
переплёты сгрызла домовая мышь...

Вишня на пригорке кислая – дичок;
радуга над полем и в щели сверчок,
стережёт покой он в доме у реки,
и пекут картошку в углях мужики.
Это те, кто с фронта выжившим пришёл,
я о них сегодня сочинил стишок,
но прочесть не смею, ибо стыдно мне
предъявлять солдатам сказки о войне.


Ольга-Верн про звёзды http://www.stihi.ru/2014/08/10/7054

про звёзды

поэты творят волшебство
и часто живут неприлично,
они не от мира сего,
а женщины любят обычных.

поэты затем рождены,
чтоб видеть далёкие звёзды.
а женщине деньги нужны,
авто, утеплённые гнёзда.

зато, кувыркаясь в быту,
в финале, замученной птицей,
она вспоминает звезду,
которой уже не светиться.

увы, не раздуть огонёк,
и люк в поднебесье задраен,
поэт улетает в ларёк,
и там три звезды выбирает.

а после, присев на скамью,
догнавшись дешёвым кагором,
поэт вспоминает свою -
ту женщину, ради которой...

и несть огорченьям числа,
от юных прыщей до агоний:
ах, если б понять ты могла,
ах, если бы ты меня понял...


Виктор Верстаков Запрещённые стихи http://www.stihi.ru/2011/04/22/3530

Запрещённые стихи

От боя до боя недолго,
Не коротко, лишь бы не вспять.
А что нам терять кроме долга?
Нам нечего больше терять.
И пусть на пространствах державы
Весь фронт наш - незримая пядь.
А что нам терять кроме славы?
Нам нечего больше терять.
Пилотки и волосы серы,
Но выбилась белая прядь.
А что нам терять кроме веры?
Нам нечего больше терять.
Звезда из некрашеной жести
Восходит над нами опять.
А что нам терять кроме чести?
Нам нечего больше терять.


Юрий Викторов Очень печальный стих про осень http://www.stihi.ru/2009/10/02/1426

Очень печальный стих про осень

С сентября примерно по нояб(ы)рь
На Руси сгущение тоски -
Это льют печаль стихами бабы
И хандрят поэты-мужики.

Так уж повелось, что третий квартал
(Знаю я, что правильней – «квартАл» ) -
Время «Ч» для массового старта               
Слёзных строчек, бьющих наповал.         

В них народ подвёрстывает в «осень»         
Горьковатый, как она, «чабрец»,               
«Проседи» росы, прощанья «просинь»,
И красивый пушкинский «багрец»…               

Вот и я по-взрослому сегодня,      
Погрущу, создам про осень стих,
Расскажу как ветер-колобродник
В клочья рвёт наряд берёз-франтих,

Обрывает бусы у рябины,
Донося прощальное «ку-ку»…
(Вдохновившись созданной картиной,
Здесь я выпью двести коньяку.)

Тут же вспомню журавлей гортанных,
Прядь тумана и дождливый блюз...
(Ну какая ж осень без тумана?
Без дождя какая, нафиг, грусть?)

Опишу, как увядают клёны,
Позвеню надорванной струной…         
(Здесь ещё приму сто грамм со стоном,
Что и сам я, в сущности, такой.)

Подпущу слезу, что всё опало :
1)листья, 2)шевелюра и 3)любовь,
Что зима бездушным покрывалом   
Скушной ватой жизнь накроет вновь,

Что приходит …как её?... усталость,
Что лишь раз судьбой отмерен путь…
(И, вообще, осталась только малость -.
В смысле, что на донышке, чуть-чуть…)

И допив, придя к апофеозу,
Под дрожанье пальцев и сердец
Подведу итог, глотая слёзы,   
Чуть неточной рифмой на «багрец»…



Виноградова Евленья Припомнилась зима 2006 года http://www.stihi.ru/2012/08/05/4556

Припомнилась зима 2006 года

О чём ты думаешь с утра,
готовый к осени кромешной?
О том ли как декабрь промешкал
с зимой, что нынче не шустра?
Земная, тоже не безгрешна 
и тоже хнычет от утрат...
А помнишь - первый снег слетел, 
как сала шмат на сковородку?!
Да, мало... и, скорей, на откуп, 
чем в завершенье бренных дел.
И было влажно подбородку, 
и было всё как ты хотел...
Нашлась газета под селёдку, 
тост величавый, словно снег.
Дышалось спиртом, - пили водку 
до дна, и чтобы без помех
успех явился к нам простецкий 
с деньгами и с грядущим днём.
Смеялся в телике Жванецкий. 
Мы хлопотали над огнём.
Печь с дымом долго разгоралась,
(примета верная – к гостям),
я неумело матюгалась. 
Дрова (судили по гвоздям)
от сруба старого - не грели, 
зато горели, так горели!
Ладонь болела от ножа. 
Щепать лучину не спеша,
меня учила в детстве мама. 
Тогда - наивна и упряма,
теперь – прилежна и мудра, - 
я всё же отворила раму,
и снег к нам падал до утра…


Ксения Григорович Купаюсь в нежности http://www.stihi.ru/2011/01/17/2951

Купаюсь в нежности

Мужу...

Струится ночь. А я купаюсь,
Купаюсь в нежности твоей...
То вдруг встряхнусь, то погружаюсь,
Как в лужу - серый воробей.

Я вздрагиваю каждой стрункой,
И все звенит, поёт во мне,
Когда ты пальцев тонкой струйкой
Вдруг пробегаешь по спине,

Когда губами прикоснешься
К ложбинке около ключиц,
Я - в брызгах синевы и солнца,
Волна качает вверх и вниз...

Потом - туман. Я - никакая
И просто выпаду росой,
Когда на кухне, отдыхая,
Ты куришь у окна босой...

И снова губы водопадом
И ручеёк твоих ресниц...
Я иногда шепчу: "Не надо,
Не выживу! Остановись!"

С души усталой безмятежность
Смывает пену суеты...
Откуда взял ты эту НЕЖНОСТЬ?
Откуда научился ты?


Алексей Григорьев вот как-то так http://www.stihi.ru/2010/04/21/3233

вот как-то так

Вы видите? Мне восемь, я на даче.
Ныряет в мелкотучье самолёт,
И девочка-соседка громко плачет,
И лодка по течению плывёт.

А вот ещё. Я в дедовской квартире,
Где льётся сквозь окно осенний свет,
Слышна вам тишина? Там дальше в мире
Нет ничего, — и даже мира нет.

Ни мира, ни меня. Звенит в тумане
Трава про заповедное быльё,
В каком-то не моём воспоминанье
Чуть облако качнётся не моё.

А я тут соглядатай. Тише мыши
Чужие обживаю голоса
И слушаю стук дождика по крыше
И стрелок шевеление в часах.

И вижу на закате самолётик,
И лодку у запруды поутру.
И вы, конечно, вовсе не умрёте,
И я, конечно, тоже не умру.


Алексей Григорьев ангел http://www.stihi.ru/2009/12/24/2086

ангел

Тихо в мире, очень тихо,
На часах четвёртый час,
Я ищу какой-то выход
И открыл на кухне газ.

Тихо в мире, тихо в мире,
Замолчали поезда,
Ангел бродит по квартире
Чуть заметней, чем всегда.

Ничего не происходит,
Крепко спит панельный дом,
По квартире ангел бродит
И сметает пыль крылом.

Бродит ангел тихо-тихо,
Тихо-тихо чушь несёт —
Мол, не выход этот выход —
Этот выход только вход.


Алексей Григорьев как Хемингуэй http://www.stihi.ru/2010/01/16/5953

как Хемингуэй

Когда меня изволило сознанье
Впервые посетить, как лёгкий тать,
Капель была искрящейся и ранней,
И помнится, что я умел летать.

Летел, поджав колени, в угол спальный,
Как в тёплое гнездо, смыкая круг,
А в кухне за стеною коммунальной
Шипел на сковородке звонкий лук.

Под солнцем катерок гудел счастливый,
Движок его трудился трах-тах-тах —
Мы жили возле Кольского залива
На очень отдалённых Северах.

Возможно, я тогда не кушал манку,
А всё ещё кормился от соска… —
Типичное начало для романа,
С названием «По ком звонит тоска».

В нём мальчик никогда не будет птицей,
Запьёт с тоски, как станет повзрослей,
И после — возвратившись из больницы —
Застрелится, как Э.Хемингуэй...


Алексей Григорьев вот http://www.stihi.ru/2010/01/25/3927

вот

Вниз уползла ртуть,
Смолк за окном шум,
Может быть, как-нибудь
Я это опишу.
Может, начну так:
Шёл в феврале снег…
Только потом, да,
А не сейчас, нет…
Вечер, и мы в нём,
В чашке остыл чай,
Будем опять вдвоём
На целый свет молчать.
Дело идёт к весне —
Таял на днях лёд,
Стал бы тебе всем,
Да не срослось вот.


Алексей Григорьев Самолётик вспыхнул и растаял http://www.stihi.ru/2009/01/09/3574

***
Самолётик вспыхнул и растаял,
К солнцу прочертив несложный путь.
Говорят, душа не умирает —
Это мы проверим как-нибудь.

Лужица вишнёвого варенья,
Поздний свет и жёлтые цветы...
— Кем ты был в последний день Творенья?
— Тем же, вероятно, кем и ты —

Птицей, замолчавшей на закате,
Рыбой, опустившейся в закат...
Это очень мучает, приятель,
Это очень трогает, камрад.

Мир звучит и тянется, как фраза,
Самолётик в небе чертит круг,
Вечность — ни фига не сложный пазл —
Восемь произвольно взятых букв.

Длится жизнь, как реплика простая,
Иногда, как музыка, звуча,
И никак поэзией не станет,
И никак не может замолчать.


Алексей Григорьев Неприятная Информация http://www.stihi.ru/2015/08/14/5986

Неприятная информация

Жил да был человек понемногу,
не имея на это причин,
неудобную правую ногу
по земле за собой волочил.

А удобную старую душу
с Подмосковья таскал на вокзал,
чтоб в сторожке по радио слушать,
как возница в степи замерзал.

И однажды в дырявый динамик
проводная доставила медь:
Объясни мне, охранник Динарин,
что ты делаешь в этом дерьме?

Для чего я, поправ ваши скрепы,
и распялся, и снова воскрес,
и отдал тебе землю и небо
и ещё пару сотен чудес?

Человек за некрашенной дверью,
улыбаясь, молчал до зари
(я вообще до конца не уверен,
что умел человек говорить).

А, когда над железной дорогой
начала розоветь полоса,
он, обняв деревянную ногу,
к эмпирейским взметнулся лесам.

Мне сейчас возразят, вероятно:
это грёбаный фейк, вашу мать!
Соглашаюсь, и мне неприятно,
что охранник умеет летать. 


Наталья Григорьева ПО ТУ СТОРОНУ ОБЛАКОВ http://www.stihi.ru/2007/03/23-2763

- Какие же пушистые сегодня облака-то!
Вот только далеко они – им не подняться к Раю…
Смотрите, самолёт из них выходит, как из ваты.
Эх, жаль – не стал я лётчиком,
…………………………как дед мечтал, летая…

- А я не стал писателем…
- А я не стал судьёю…
- А мне не быть актрисою –
……………………………красивою, как мама…
- Ты называешь мамою?
……………………………Она с тобой такое…!
- Я с ней всё время рядышком,
……………………………и злости нет ни грамма.

- А я свою не «трогаю»…
……………………………Забыла всё – и чёрт с ней!
- О нет!
…………Моя - всё кается… бедняжка, плачет в Храме.
Причины были, видимо…
……………………………Отец заставил – чёрствый…
Мне б плоть хоть на минуточку,
……………………………чтоб лишь прижаться к маме.

- А я «хожу» за братиком –
……………………………малыш такой забавный,
Весь конопатый, рыженький –
……………………………Антошка «тили-тили»…
И всё ему прощается…
…………………………Сейчас он в доме - главный…
Какой велосипед ему недавно подарили!

- А у моих родителей детей уже не будет…
Теперь вместо меня у них красивая собака…
А чем я хуже?
………………………Странные они, наверно, люди…
Но видел я, как папа мой однажды ночью плакал…

- Смотрите, у нас новенький –
…………………………ревёт, как все - вначале…
Ну что ты?
……………Тише, миленький,
…………………………………не принятый землёю…
- Забудешь…
……………………Успокоишься…
- Меня на части рвали!
Ах, больно-то как, Господи!
- Мы все прошли такое.

Нас всех когда-то предали,
…………………………………зарыв Любовь в могилу,
За то, что мы – не вовремя…
……………………………случайно…
…………………………………………да не в строчку…
Неужто на земле для нас местечка б не хватило?
Глотка водицы,
…………………солнышка,
………………………………да хлебушка кусочка?


Николай Гуров Поэты такая порода http://www.stihi.ru/2010/10/15/4638

Поэты такая порода

Когда умирает поэт
Это двойная потеря
Свора теряет след
Стая теряет зверя

Поэты такая порода
Из органов главный рот
Каждый второй - враг народа
Каждый первый - народ


Очень Добрый Сержант Углов http://stihi.ru/2012/10/04/7740

Сержант Углов

сержант Углов не знал что шел в атаку -
никто не гнал, никто и не держал.
вкус крови ал, а цвет победы лаком,
как завещал подбитый дирижабль.

солдат Стенной в его атаку влился,
ефрейтор Дверь (штабной) трусил в хвосте.
мело... но вместо снега были листья,
хотя кругом на три округи степь.

Углов взял город. смрад, углы да угли
и церковь без дверей с одной стеной.
ефрейтор Дверь сказал, что это Углич,
- наверно, - подтвердил солдат Стенной.

и снова в степь, в пургу из павших павших,
которых гнал на третий круг октябрь.
хотим ли - у полей спроси и пашен,
еще у тех, кто в доме в три локтя...

включили свет. не нужно быть поэтом,
чтоб мысль вошла в осознанный поток,
что света два... и тот горел и этот
в итоге остановимся на том.

сержант еще не знал и взглядом колким
глядел на этот.
              уходящим вслед
смотрели люди, а бурлак на волке
тайком перекрестил... и грянул снег.


Очень Добрый Солдат Стенной http://stihi.ru/2012/10/08/8809

Солдат Стенной

солдат Стенной любил людей огульно,
любых исповеданий, разных рас.
он знал, что сбережет на шее гульден
и верил, что придется раз на раз.
финал начертан, но пока невнятен,
а верить был всегда солдат готов.
и верил. как в конце политзанятий,
когда брал слово сам сержант Углов.
кричал, что кто-то даст нам избавленье,
не Бог, так царь, не кесарь, так герольд.
Углову возражал майор Каренин -
мол, паровоз играет ту же роль.

теперь их трое... вечер, сильно дуло,
снежило и мело по всей стране.
а лучший избавитель - пуля-дура,
ну или штык-дурак в худой конец.
солдат Стенной шел сразу за Угловым,
а замыкал отряд ефрейтор Дверь.
к полуночи они сдержали слово,
и взяли Тверь.


Очень Добрый Ефрейтор Дверь http://stihi.ru/2012/10/09/2568

Ефрейтор Дверь

ефрейтор Дверь мечтал, что это Неман,
кружа в буран у речки Чусовой.
сержант ему сказал кружить налево,
налево - это против часовой.

ефрейтор Дверь был писарем при штабе,
не стало штаба, нечего писать.
мело... дозорный спрятался за штабель,
на всякий разный, вытащив тесак.

сержантам хорошо, у них нет лени,
солдатам тоже проще - есть сержант.
а что ему осталось? сумрак, тени...
да на ушах подшлемника куржак.

темнело быстро.  - эни-бэни-раба -
пропел ефрейтор, чтобы не заснуть
и думал: - лучше бабы только баба...
и как-то потеплела жизни суть.

да, жизнь - не суть побед и поражений
и он пошел, в уме решив - пойду!
шел по воде - гармония движенья,
боец и песня - музыка на льду.

и было в этом что-то не отсюда,
не этой нереальности расклад.
ефрейтор виноват что выжил чудом,
но он не виноват, что виноват.

он так пошел, как будто шел на Диксон,
нет ветра и морозы не трещат...
но нет, мело. ефрейтор заблудился
и утром взял Самару натощак.



Ольга Домрачева Чёрный лис http://www.stihi.ru/2009/08/11/1025

Чёрный лис

Историю  эту  поведал  знакомый...
Случилось  ему  оказаться  вне  дома:
Без  денег  в  кармане,  в  чужой  стороне
Стоял  он  на  трассе  при  полной  луне.

Летели  машины  на  скорости  мимо
И  стал  уже  нервничать  он  ощутимо.
Но  тут  проезжающий  мимо  "Камаз",
Свернув  на  обочину,  выключил  газ.

"Садись,  довезу"  -  донеслось  из  кабины.
"Комфортнее  вряд  ли  поймаешь  машину"
Знакомый  мой  долго  ломаться  не  стал,
Забрался  в  "Камаз"  и  в  тепле  задремал...

Проснувшись,  с  водилой  завёл  он  беседу  -
Тот  долго  мотался  по  белому  свету
И  много  чего  интересного  знал.
Почти  до  утра  с  ним  попутчик  болтал...

Шофёр  заглушил  у  развилки  машину:
"Отсюда  в  другую  я  сторону  двину.
Здесь  есть  у  дороги  хороший  трактир,
Я  дам  тебе  денег,  устрой  себе  пир...

Когда  выпьешь  рюмку,  покушаешь  риса,
Ты  вспомни  меня,  то  есть,  Чёрного  Лиса."
Мой  друг  обещал  и  отправился  в  путь.
Успел  он  едва  ли  с  дороги  свернуть,

Увидел  вблизи  огонёчки  трактира.
Подумал:  "Ведь  правду  сказал  мне  водила".
В  кафе  отдохнул  и  язык  развязал,
Про  Чёрного  Лиса  рассказывать  стал...

Бармен  побледнел  и  притихли  клиенты.
Один  лишь  сказал:  "Ты  не  знаешь  легенды.
Такой  на  развилке  был  случай  у  нас:
Автобус  с  детьми  понесло  на  "Камаз".

Твой  спутник  ночной  был  водителем  этим...
Он  смертью  своей  сохранил  жизни  детям:
Свой  верный  "Камаз"  повернул  под  откос  -
Автобус  детей  по  дороге  провёз...

С  тех  пор  в  полнолунье  он  путников  возит
И  в  нашем  кафе  помянуть  себя  просит.
Дурного  не  сделал  ещё  никому,
Так  пусть  же  земля  будет  пухом  ему".


Алексей Ефипов В день рождения Ленина - похороны Ленины http://www.stihi.ru/2011/04/23/415

В день рождения Ленина - похороны Ленины

Хоронили  забулдыгу  -
Ленку  с  третьего  подъезда.
Я  открыл  тоски  бутылку,
И  ломтями  скорбь  нарезал.

Ленке  что?  Апрель.  Комфортно.
Гроб  дешёвый,  грубоватый.
Я  за  упокой  конфорку
На  плите  зажёг  -  лампадой.

Страшно!  Гвозди  заколотят.
Нет  цветов.  И  без  поминок.
Будет  лето  -  на  болоте
Соберу  венок  кувшинок.

Жутко!  Спрятаться  под  простынь!
Звать  родителей!  Заплакать!
Только  сам  давно  я  взрослый,
Только  сам  давно  я  папа.

В  детстве  Ленке  гнусно  "выкал".
Было  и  у  Ленки  детство.
Это  мне  нажали  «выкл»,
Это  мне  попали  в  сердце.

Я  открыл  тоски  бутылку,
И  ломтями  боль  нарезал.
Схоронили  забулдыгу
Из  соседнего  подъезда.


Максим Жаровин Поэт и Смерть http://www.stihi.ru/2010/10/31/3418

Поэт и Смерть

Звонок.  Открыл.  Прикольненький  прикид:
Улыбка-в-капюшоне,  все  дела.
Вода  на  коврик.  Третий  день  дождит.
Опять  ненастье.  –  Вот,  к  тебе  зашла,
Не  надо  церемоний!  (Обомлел).
-  Куда  поставить  можно  инструмент?
-  Коса!!??  Здесь,  в  угол…  -  За  день  столько  дел!
А  к  вечеру  -  ещё  один  клиент,
Намаялась...  (Молчу).  –  Так  я  пройду?
-  Угу...  Входи  на  кухню.  Кофе?  Чай?
(Проходит.  Я  –  за  ней  и  на  ходу
Щипнул  себя  за  руку,  невзначай).
Не  сон!  Вспотел.  А  доктор  –  идиот:
«Вам,  батенька,  таблетки  ни  к  чему,
Всего  лишь  ОРЗ,  само  пройдёт…»
И  вот,  оно  проходит...  Одному
Приятно  удивлён:  Смерть  недурна!
Ну,  хороша  (фигура  и  лицо)!
А  нам  рисуют...  Чушь  и  ерунда.
Я  улыбнулся.  –  Классное  кольцо.
-  А,  это  –  так,  подарок...  Как  дела?
-  По  всякому...  (Вода  уже  кипит).
Варенье.  Чашки.  Крошки  со  стола.
(Наверное,  имею  глупый  вид).
-  Что делаешь?  –  Пишу  стихи.  –  Поэт?
Я  знала  многих.  –  Я  ещё  учусь,
Мне  бы  немного,  пару-тройку  лет!
(Глядит  в  упор,  смеётся).  –  Ты  не  трусь,
Не  за  тобой!  (Шаги  в  подъезде).  –  Всё,
До  встречи!  Не  люблю  свою  работу.
(И  вышла,  словно  не  было  её).
Мне  с  той  поры  тревожно,  отчего-то.


Елена Заостровцева Тайна имени http://www.stihi.ru/2009/05/29/4615

Тайна имени

Обычай у китайцев древний есть:
Когда в семье случится пополненье,
События значительного в честь
Бросают ложку в тазик для варенья.

    И будет зваться так китайский сын,
    Как ложечка, звеня, ему сказала.
    Оттуда там и Цзун, и Чжан, и Дзин...
    Китайцев много, и имён немало.

А в Мексике обычай есть другой:
Кидать в толпу с размаху что угодно -
И будет имя названо толпой
(Плохого не подскажет глас народный!)

    Представьте, как в окно швыряют хлам
    Или ведро помоев против ветра...
    Я думаю, теперь понятно вам,
    Как много там и ХУЛИО, и ПЕДРО!


Иван Зеленцов Идиллия http://www.stihi.ru/2006/09/14-1824

Идиллия

Забыты  страхи,  ужасы  войны,
аресты,  взрывы.  Может  быть,  впервые
они  по-настоящему  вольны,
свободны  и  легки,  как  перьевые
надмирные  седые  облака.
Вдоль  по  аллее  маленькой  усадьбы
они  плывут  вдвоём  -  к  руке  рука
(о,  этот  миг  Ремарку  описать  бы!)
Их  не  заботят  прошлые  дела.
Всё  меньше  снов.  Всё  больше  белых  пятен
на  карте  памяти.  По-прежнему  мила,
по-прежнему  подтянут  и  опрятен.
Всё  тот  же  блеск  в  глазах,  хотя  сосед
не  узнаёт  на  старом  фотоснимке...
Кошмарной  какофонии  газет
предпочитая  фильмы  и  пластинки,
они  не  знают  свежих  новостей,
да  и  несвежих  знать  бы  не  хотели.
Не  ждать  гонцов,  не  принимать  гостей
и  до  полудня  нежиться  в  постели  -
чего  ещё  желать  на  склоне  лет,
тем,  кто  так  долго  был  игрушкой  рока?
Есть  пара  слуг,  терьер,  кабриолет,
уютный  домик  -  позднее  барокко,
внутри  -  шелка,  добытые  с  трудом
ковры,  скульптуры,  редкие  картины...
Им  нравится  тянуть  бурбон  со  льдом,
считая  звёзды  в  небе  Аргентины,
и  на  лужайке,  наигравшись  в  гольф,
сидеть  с  корзинкой  ветчины  и  хлеба...

-  Подай  кофейник,  ангел  мой,  Адольф!
-  Какой  чудесный  день,  не  так  ли,  Ева?


Иван Зеленцов Небо на двоих http://www.stihi.ru/2010/07/24/1072

Небо на двоих

заноза  в  сердце,  под  покровом  тьмы,
при  свете  дня  так  много  раз  по  кругу
прошли  часы  с  тех  самых  пор,  как  мы
с  тобой  чужими  сделались  друг  другу  -
мне  кажется,  что  утекли  века,
что  люди  сотни  войн  перетерпели,
и  где-нибудь  смогли  наверняка
взлететь  на  воздух  несколько  империй,
и  порасти  развалины  плющом. 
я  даже  перестал  с  твоим  плащом
плащи  случайных  путать  незнакомок.
душа  темна,  как  лестничный  пролёт,
но  где-то  в  глубине  болит  обломок
любви  и  светит  вечность  напролет...
...одна-другая  вечность  -  и  пройдет.

не  умер  я  и  не  сошёл  с  ума,
тюрьма  меня  минула  и  сума,
плыву  по  миру,  словно  легкий  глайдер.
покуда  кверху  задрана  башка,
я  веселей  китайского  божка.
люблю  гулять  один,  на  небо  глядя.

там  кто-то  вяжет  белые  банты,
там  синева  густа  и  ядовита,
и  знаю  я  -  под  тем  же  небом  ты
остришь  и  врёшь,  смеёшься,  пьёшь  мохито,
закинув  ногу  на  ногу,  сидишь,
пускаешь  дым  в  уютный  сумрак  бара,
и  юному  вздыхателю  твердишь,
что  ты  ему,  а  он  тебе  -  не  пара.
начав  вести  обратный  счёт  по  дням,
клянёшь  судьбу.  готовишь  ужин  мужу.
брезгливо  юбку  длинную  подняв,
спешишь  в  метро,  перебегая  лужу...
ты  смотришь  вниз,  но,  в  сущности,  легка
вся  жизнь  твоя.  и  я  с  тоски  не  вою.

...но  в  этой  луже  те  же  облака,
что  над  моей  летают  головою.
и  росчерки  одних  и  тех  же  крыл
их  поутру  окрашивают  алым.
знать,  кто-то  добрый  нас  с  тобой  укрыл
московским  небом,  словно  одеялом,
и  мы  проснёмся  где-нибудь  не  здесь,
коль  вообще  такое  место  есть...

а нет  -  прощай.  прости,  всё  это  не  о
моих  мечтах  и  горестях  твоих.
у  нас  с  тобой  одно  лишь  только  небо,
одно  лишь  только  небо  на  двоих.
лишь  не  и  бо,  лишь  только  бо  и  не.
взгляни  в  него.
и  вспомни  обо  мне.


Иван Зеленцов Петербургская зарисовка http://www.stihi.ru/2006/07/05-1467

Петербургская зарисовка

вспоминать о грядущем забудь
и мечтать о прошедшем не надо
посидишь промолчишь что-нибудь
белым статуям Летнего сада
и пойдёшь
всем и каждому чужд
и поэтому трижды свободен
и бормочет прекрасную чушь
каждой аркой своих подворотен
петербург
ленинград
петроград
чёрный стражник
чугунные латы
и пойдёшь
и сам демон не брат
зажигающий вечером лампы
знает ангел один
как остёр
наконечник игольный печали
да Исакий устало подпёр
небеса золотыми плечами


Сагидаш Зулкарнаева Как в чёрной речке нету дна... http://www.stihi.ru/2012/09/05/5011


Как в чёрной речке нету дна,
Так и в тебе мне нет опоры.
Ты от меня уедешь скоро,
И я останусь вновь одна.

Не оглянувшись, ты назад
Уйдёшь, а я поставлю точку.
И поцелую тихо дочку   
В твои прекрасные глаза.


Алексей Ивантер Слова http://www.stihi.ru/2010/09/01/7605

Слова

На окрайне Ильинского сада
на излёте холодной весны
я родился под эхо парада
у Великой Кремлёвской Стены.
Крепкий запах солянских солений
настигал и в Ильинском саду!
Я застрял между двух поколений 
где-то в тридцать девятом году.

Я потомок пастушьего рода,
сердцем знающий коз и овец.
Я из тридцать девятого года
пулемётного взвода боец.
Трижды веком меня обернули,
запихнули мне в глотку слова, 
но гулят мне московские гули,
подмосковная кычет сова.

Опусти же железное веко,
всё равно не берёт укорот,
если горло заткнуть человеку,
речь из кожи проступит, как пот.
Опусти же железное веко,
тяжела мне твоя булава!
Если в землю зарыть человека,
из земли вырастают слова.


Александр Измалкин Николаич http://www.stihi.ru/2011/02/04/4208

Николаич

Николаич бьёт кувалдой
много лучше, чем профессор
медицины для науки
препарирует мышей;
он потомственный рабочий,
бригадир и славный слесарь,
мало кто сравниться может
с ним из нынешних левшей.

Я просил его недавно
объяснить секрет успеха,
чтобы и мои удары
стали снайперски точны.
Он, махнув стопарик водки,
мне поведал с горьким смехом,
что кувалдой мстит железу
за художества жены

и детишек непутёвых,
попривыкших деньги клянчить,
втихомолку насмехаясь
над мозолями отца;
что ему приносит радость
звон кувалды, а иначе
истреблять семью придётся
до победного конца.

И сегодня Николаич,
осенив могучим взмахом
вдруг заклинивший редуктор,
увлечённо бил полдня;
бац! - сынок свалился наземь,
бац! - и дочь и дочкин хахаль,
бац! - жена упала рядом,
бац! - слетела шестерня...

Так и терпит пролетарий
молча гамлетовы муки,
и пока, подобно принцу,
он до ручки не дошёл,
я смотрю, как Николаич
долго с мылом моет руки
и отмыть никак не может
в кожу въевшийся литол.


Никита Кардашёв К морю... http://www.stihi.ru/2011/04/30/271

К морю...

С утра мне так хочется спать,
И повода нет к оптимизму.
Ах! Мне б скипидарную клизму,
Чтоб лечь не стремиться в кровать,

Чтоб шире раскрылись глаза,
Забились в ушах молоточки,
И песен строптивые строчки
Не путались в рыжих усах.

      На волю хочу… Далеко,
      На море лазурно-седое…
      Я с детства мечтал о покое,
      О доме, где спится легко,

      Где думать смогу и дышать,
      Где время исполнено смысла…
      Будильник! О, как же мне кисло!
      Уныло, скрипуче, обвисло
      На службу ползу...
                умирать...


Владимир Квашнин 2 А за окном у нас ромашки http://www.stihi.ru/2014/11/28/6261

А за окном у нас ромашки

А за окном у нас ромашки
Бегут в кедровые леса
И словно лебеди - рубашки
С прищепок рвутся в небеса.
И машут крылья полотенец...
Речушка с гор крадётся вброд...
И прячет золото поленниц
Рябина юбкой у ворот…
И вроде бы – тайга глухая
И до Москвы - сто лет пешком…
А приобнимет ель, вздыхая,
Так и застрянет в горле ком.
От красоты таёжной дали…
Простора… Счастья - мирно жить...
И нет ценней тебе медали,
Чем радость - родину любить…

Вот здесь и есть моя Россия,
Моя звезда, судьба и свет:
Соседка - бабка Ефросинья,
Дочурка, фронтовик - сосед.
Елани дальние покосы,
Туманы утренних полей,
Лишь протяни – и гладишь косы
Любимой родины своей.
Глаза озёр, реки извивы
И губы алые зари…
Сижу, прижав ладошку ивы
И сердце замерло внутри…
Река звезду в ногах качает
Под серебристый шёпот струй…
И зорька нежно отвечает
На бесконечный поцелуй…


Игорь Кедо Граф http://www.stihi.ru/2012/12/29/7664

Граф

Бросив повседневные заботы,
Экипаж оставив в гараже,
Вечером вернётся граф с работы
В замок на девятом этаже.

Лампочка в прихожей мрак рассеет.
Там его встречает у дверей
Серый кот, похожий на лакея,
Но, понятно, всё же не лакей.

На трюмо небрежно бросит шапку,
Водрузит на вешалку пиджак.
Сбросит туфли, сунет ноги в тапки.
Перекусит чем-то кое-как.

А потом закурит сигарету,
И, пустив в пространство горький дым,
С верхней полки старого буфета
Граф достанет маленький графин.

Грустный взгляд на фото в рамке кинет,
Коньяка в бокал чуть-чуть плеснёт,
В мир теней сбежавшую графиню
Добрым словом тихо помянёт.

Ты прости, прости меня, родная -
Столько лет в разлуке, столько лет!
Ты поверь, любимая, не знаю,
Что меня так держит на земле.

То ли вросшие в земные недра нервы
Не дают нам встретиться с тобой,
То ли этот старый дурень серый,
Что о ноги трётся головой.


Арсений Ковалик Зима http://www.stihi.ru/2012/08/27/3196

Зима

Вы любите зиму? А я ненавижу.
Сегодня мороз, как всегда, с утреца.
На горке сломал предпоследнюю лыжу
из двух, что достались ещё от отца.

Иду и реву, а в руках деревяшки.
Такие кульбиты видал я в гробу.
Одно утешает – у Стёпкина Яшки
поломаны обе и шишка на лбу.

Вы любите зиму? А я ненавижу.
Сегодня година со смерти отца.
Я каждую ночь просыпаюсь и вижу
скупую улыбку родного лица.

Он выпивши был и уставший к тому же.
А кто в наше время с устатку не пьет?
В таком состоянье утонешь и в луже,
а он… на рыбалке, в унтах, да под лед.

Так вы говорите, что любите зиму?
Любите себе, если лыжи не жаль.
Отец не воскреснет, чтоб выстругать сыну
из лыжных останков пиратский кинжал.

Соседи позвали на чай, между прочим.
Конечно, пойду, если мать не убьет.
А дома – беда, голодуха, да отчим.
У Яшки отец, слава богу, не пьет.


Александр Коковихин Март http://www.stihi.ru/2010/02/04/2544

Март

Чего ты хочешь? Это март,
с его осевшими снегами
и окосевшими котами,
переходящими на мат.

Чего ты хочешь? Я пою!
Не потому, что день погожий,
а чтобы выразить прохожим
невыразительность свою.

Не дуйся, дуся... Хочешь, съем
иль откушу и брошу в сумку
вон ту красивую сосульку?
Не надо спрашивать зачем!

От бестолковщины есть толк,
она в дешёвеньких нарядах
таит не просто беспорядок,
а беспорядочный восторг!

Вот так мальчишка-виртуоз
качели пробует, как скрипку -
мир превращается в улыбку,
когда пыхтишь над ним всерьёз!


Татьяна Комиссарова Дунаевский http://www.stihi.ru/2016/07/15/5574

Дунаевский

                «Товарищ, товарищ!
                В труде и в бою
                Храни беззаветно Отчизну свою!»


Как жалко, что не в моде Дунаевский
И светлое не в тон календарю.
Я говорю местами по-советски,
Когда я о хорошем говорю.

Мне чудится: весенний ветер веет
Над нашей необъятною страной,
От магаданских гор до мавзолея
сограждан накрывая с головой.

Он спящих бодро выкинет из спален,
Квартира вдруг окажется тесна –
На улице, наивно-сексуален,
Марш белых девушек из мюзикла «Весна».

И я, и я - с товарищами рядом,
Мой ясен день, глаза мои светлы.
Проходим в ногу праздничным парадом
По майским улицам страны.


Глаша Кошенбек Родиться мышью http://www.stihi.ru/2009/10/08/1716

Родиться мышью

Родиться мышью. Года в два
обжить и кухню и чуланчик.
Без интереса - так, едва,
обнюхать новый чемоданчик
в прихожей. Влезть в него, уснуть,
очнуться на вокзале где-то.
Рыдать, тошнить весь долгий путь,
изгрызть рубашку, томик Фета
переварить - всего семь глав,
панамку, ремешок из кожи.
Из гула выделить слова,
понять, на что они похожи.
Прослушать текст "Шумел камыш"
раз десять, а не то - пятнадцать.
Понять, что значит слово "мышь",
от пониманья растеряться.
Обиды, страха горький сплав
зарифмовать, побыть поэтом.
Ослепнуть вдруг на миг от света
и, бросив всё, бежать стремглав.


Александр Крупинин Тётя Клара http://www.stihi.ru/2008/11/22/4152

Тётя Клара

Тётя Клара давным-давно умерла.
Теперь она по ту сторону добра и зла.
И вслед за нею, как ни странно,
Исчезли, растворились в воздухе герои её романов.

Но я хотел бы коснуться одной истории,
Произошедшей в южном городе Евпатории,
Когда там бесчинствовала банда похитителей чемоданов:
Кошкодамов, Кашкадамов, Сулейманов, Хламов.

На пляже имени Фрунзе, где золотой песок,
Раздался тонкий девичий голосок:
«Украли, украли, сволочи мой чемодан,
А там почти законченный новый роман».

Это юная тётя Клара приехала в Евпаторию
Дописать роман и заодно отдохнуть у моря.
Но банда похитителей чемоданов
Вмешалась в исполнение тётиных планов.

Тёте Кларе даже не пришлось обращаться в милицию.
По счастью на пляже лежал известный сыщик Криницын.
Он выследил этих похитителей чемоданов,
И в гостинице «Крым» им был застрелен гнусный бандит Сулейманов.

И потом после жестокой драки
У знаменитого озера Мойнаки,
В самом сердце евпаторийских лиманов
Он обнаружил склад украденных чемоданов.

Тётя Клара была весьма симпатичной особой,
Только нос у её был всегда какой-то особый.
Поэтому сыщик Крискентий Криницын
В тот же день на ней захотел жениться.
Но она отвергла его матримониальные планы,
Главным смыслом жизни её всё-таки были романы.

Тётя Клара давным-давно умерла,
И, кроме меня, никто не помнит про эти дела.

В старости стала она страшной и горбоносой,
С хриплым голосом и всегда с папиросой.
Работала медрегистратором в Куйбышевской больнице
И едва сводила концы с концами, как говорится.

Но со страстью какого-то наркомана
До самых последних дней писала свои романы,
От исторической саги «Герои Плевны»
До бытовых зарисовок «Зрелые годы Марьи-царевны».

А тогда ей роман удался на славу.
После этих событий она написала последние главы
«Мероприятие без начала и завершения»,
«Барски-пренебрежительное отношение»,
«Появление нового бессовестного персонажа»,
«Нанесение странного и сомнительного макияжа»,
«Кража»,
«Вот, вот и вот»,
«Сыщик играет на флейте гавот»,
«Последнее искушение Клары»,
«Фанфары».


Александр Куликов "Иванов, Семёнов, Борменталь" http://www.stihi.ru/2013/11/19/3872

Иванов, Семёнов, Борменталь

И вот поднимает он камень, удобный голыш
(какая с утра замечательно хрупкая тишь!),
и вот поднимает он камень с прохладной земли
(какая заря удивительно нежная рдеет вдали,
как девушка). Камень параболу чертит, свистя…
Не плачь, о, не плачь, об окошке разбитом, дитя.

На звон медсестрица испуганной птицей летит,
румянец чахоточный сходит мгновенно с ланит,
румянец чахоточный сходит мгновенно на нет –
бледна, словно смерть, как застигнутый музой поэт.
Зловещий осколок сосулькой сверкает в руке,
и вот уже крики и стоны слышны вдалеке.

С зажатою колото-резаной раной внизу живота
стеклянно глядит в потолок Иванов-лимита,
стеклянно глядит в потолок, расставаясь с душой,
минуту назад еще наглый, весёлый, большой.
Как будто бежал и, споткнувшись, упал на бегу,
кошелку с брусникой рассыпав на белом снегу.

Больничных берёзок рябые стволы за окном
листвой затрепещут, займутся зелёным огнём,
насупится дуб вековой, помолчит и вздохнёт,
и слышно, как в небе, снижаясь, летит самолёт,
где в первом салоне, над книгой зевая, как лев,
Семёнов замрёт, что-то в круглом окне разглядев.

Там снежной равниной без края лежат облака,
там всё ещё тихо, там всё ещё мирно пока,
но ангелы белые к ангелам чёрным гурьбой
уже подлетают, уже вызывают на бой.
И вот она, битва! Сверкание сотен мечей.
А он в это время распластанный, голый, ничей.

Распластанный, голый, ничей, весь в наколках и швах.
Нишкните, глаголы! Здесь хватит наречия «швах».
А впрочем, а впрочем, забыв о наречии «жаль»,
«Живучий, ублюдок!» – промолвил хирург Борменталь.
Сказал, как отрезал ненужные метры кишки.
Спустился во двор, подбирая к ступенькам шажки.

Стоит, прислонившись к столетнему дубу спиной,
во рту папироса, в глазах – любованье весной,
зелёным пожаром, сиренью, похожей на дым,
вставляемым в раму салатным стеклом листовым
и первой, его обновившею каплей дождя,
которая кругло сползает, почти не следя.   

Почти не следя за идущим на землю дождём,
стоит Борменталь, ловит кайф, растворяется в нём;
видения роем проносятся в сонном мозгу:
кентавры пасутся на белом стерильном снегу,
кентавры (от пояса конь, а вверху человек)
пасутся, роняя зелёные яблоки в снег.


Курилов Дмитрий  В лесу, под кедром тёмнолаковым... http://stihi.ru/2010/02/01/8571

В лесу, под кедром тёмнолаковым,
чей запах плавал сладким сном,
сидели двое в одинаковом
и говорили о смешном.

Плясала жизнь протуберанцами
в глазной невысказанной мгле...
Они казались иностранцами
по отношению к земле.

Гудел в стаканах кофе молотый.
Краснел задумчиво Восток...
В руках у старца - шар расколотый.
В руках у юноши - цветок...


Курилов Дмитрий Соблазны тают белоснежками... http://www.stihi.ru/2011/09/06/8957

* * *
Соблазны тают белоснежками,
Зудят созвездья комарья,
И подрастают сыроежками
Мои продрогшие друзья.

Глотнув холодного и синего
Пространства, догоняя мысль,
И я расту, как подосиновик –
Хоть вкривь да вкось, но всё же ввысь.

В усталый день откуда брошены
Навстречу зыбкой синеве? –
Хорошие, мы все хорошие,
Проросшие и непроросшие,
Запутавшиеся в траве.

Нас время, как грибник, уверенно
Срезает в самую жару,
Оставив лишь стихотворения,
Чернеющие на ветру.


Андрей Юрьевич Лукин Это я... http://www.stihi.ru/2011/07/04/6780

* * *
Это я унял морозы на застуженном перроне,
Это я прогнал метели светом жёлтых фонарей,
Это я согрел дыханьем Ваши узкие ладони,
Это я лесной тропинкой проводил Вас до дверей.

А когда пробило полночь, и в печи угасло пламя,
Это я набросил нежно Вам на плечи тёплый плед,
И печально подытожив всё несказанное нами,
Это я шепнул тихонько, что любви, пожалуй, нет.

Что недавняя разлука – это вовсе не утрата.
Что прощанье было в тягость, но никто не виноват.
Что нельзя вернуть былое.
                И не надо.
                И не надо.
Что февраль - не худший месяц для прощаний и утрат.

И мучительно теряя Ваших губ сухую горечь
Под тугие перестуки сговорившихся колёс,
Это я смотрел, как в окнах разлиновывают полночь
Обмороженные руки убегающих берёз.


Андрей Юрьевич Лукин Давай притворимся... http://www.stihi.ru/2011/07/04/6669

* * *
Давай притворимся, хотя бы от скуки,
Давай притворимся, что жизнь хороша,
Что нас до сих пор огорчают разлуки,
Что наши заботы не стоят гроша.

Давай притворимся, хотя бы для смеха,
Что денег хватает и тратить – не жаль.
Что свары и склоки любви не помеха...
Пусть нам не поверят – что нам за печаль!

От нечего делать давай притворимся,
Что лгать не умеем, прощаем долги,
Что верим во что-то и чем-то гордимся.
Давай притворимся, что мы дураки,
Что мы оптимисты, что мы не смирились
Ни с бытом убогим ни с вечной нуждой...

Давай притворимся, что мы притворились,
Что мы ненавидим друг друга с тобой.

Давай притворимся, что мы не стареем,
Что нам на болезни свои наплевать,
Что дети нас любят, и, если сумеем,
Давай притворимся, что не умирать.

Что в койке больничной глаза не закроем,
Что жить нам и жить ни на что не смотря...
И в тягостный миг перед вечным покоем
Давай притворимся, что жили не зря.


Андрей Юрьевич Лукин Я ватник http://www.stihi.ru/2015/04/28/1439

Я ватник

"Я пламя Вечного огня
и пламя гильзы в блиндаже".
               Юрий Левитанский

"Ватник я и колорад…"
                Юнна Мориц


Я ватник, я потомственный совок,
Рождён в СССР во время оно.
Я чёрный хлеб. Я кирзовый сапог.
Я воинской присяги звонкий слог
И красные победные знамёна.
Я не был на войне, но ту войну
Я каждым нервом помню и кляну.

Я ватник, я советский, я москаль.
Я сын иного времени и века.
Во мне горит "Как закалялась сталь",
И в майский день солдатская медаль,
И солнце пионерского Артека.
Я коммунистом заново не стал,
Но отступать и каяться устал.

Я ватник, я угрюмый колорад.
Моя любовь к стране необъяснима.
Я русский. Я татарин. Я бурят.
Я злой на вид, но вежливый солдат.
Я в том перед Европой виноват,
Что рад безмерно возвращенью Крыма.
Я вспоминаю крымскую весну,
И мне не стыдно за мою страну.

Я ватник, я упёртый патриот.
Я до последних дней сержант запаса.
Я разделённый натрое народ.
Во мне стучит и сердце в клочья рвёт
Горячий пепел русского Донбасса.
Когда Одесса корчилась в огне,
Она, сгорая, корчилась во мне.

Я ватник и меня не изменить.
Я ни наград, ни званий не имею.
Я, может быть, и не умею жить,
Но я умею Родину любить,
А предавать и хаять не умею.
И даже в самом сумрачном бреду
В одном ряду с фашистом не пойду.

Я ватник. Пусть меня не признают
Все те, кто рушит наши монументы.
Я праздник!
Я торжественный салют!
Я почести, что павшим отдают.
Я трепет на ветру гвардейской ленты.
Я в День Победы плакать не стыжусь.
Я не забыл!
Я помню!
Я горжусь!


Виктор Люсин  Урюпинск http://www.stihi.ru/2011/08/21/1729

Урюпинск

Летит челночный хаос
и днём со светом в згу.
Везет с Москвы "нах хаус"
Икарус мелюзгу.
Столичный рупор в ухо
вливает пустоту.
Тусовки и порнуха:
то ту «тату», то ту.
Америка зараза
систему строит ПРО
на русский Сектор Газа,
на ЮКОС И Газпром.
Рябит за красной шторой
треклятая черта,
калашник за которой
то там то там: «та-та».
Россия вся - застенки
высокого Кремля.
Борис, Емеля, Стенька
добыли мне «ля-ля».
Свобода русской пробы -
вожди да бунтари...
Не станет оком жопа,
хоть как её не три.
Аршином горе мерю.
Травлю в себе раба.
Пробитым сердцем верю,
что протрубит труба.
Босой и  виноватый
живу и глух, и слеп.
Копаю пай лопатой,
жую китайский хлеб.
Согбенно мою плаху,
тельняшкой рваной тру.
Сквозь слезы шлю их на фиг…
Урюпинск точка ру.


Игорь М. Наблюдать за листвой http://www.stihi.ru/2006/08/26-1967

Наблюдать за листвой

Есть занятье, тебе оно кажется странным,
Не работа, не праздность, не спорт, не покой,
Отрешившись от мира, с внимательным тщаньем,
Через воздух и свет наблюдать за листвой.

Не банкир, не бредпитт, или там далай-лама,
Не аскет, не буддист, - равнодушный изгой,
Сколько знаю себя, с грустной юности самой,
Я мечтал об одном: наблюдать за листвой.

Не могу объяснить. Да, смешная нелепость,
Потому и тебя не зову за собой.
Дождь мне выстроил самую прочную крепость,
Буду с башен её наблюдать за листвой.

Даже ты не поймёшь: не люблю тебя что ли,
Коль готов заплатить счастьем встречи с тобой,
Чтоб всю жизнь одиноко, с сердечною болью,
Наблюдать за листвой, наблюдать за листвой.


Андрей Мартынов Слово Гаршин http://www.stihi.ru/2012/03/20/9692

Гаршин

+               
Врач твердил — вся сила в броме,
утопая в бороде.
Бог на небе, царь на троне,
рыба в море, Вы в беде.

Ведь у Вас, милейший Гаршин,
нездорова голова,
мир злодеям, жалость падшим —
это всё слова, слова.

Это, батенька, не шутки,
мозг горячкой воспалён,
сон у Вас излишне чуткий,
принимайте на ночь бром.

...
А ему одно лишь снилось —
в чистом поле эшафот,
крест к губам — монаршья милость,
криком вывернутый рот.

Хрястал кнут в весельи жутком —
берегись, ожгу сейчас!
и стекал кровавым сгустком
с мясом выстеганный глаз.

...
Взоры строги, мысли тупы,
за любовь и веру — месть.
Всю дорогу — трупы, трупы.
Сколь ещё? А Бог их весть!

Ум ваш слаб, грехи велики,
нрав порочен, вид смешон,
и лоснятся жиром лики
размалёванных икон.

Повелителям Вселенной
я хочу задать вопрос.
Всякий вами убиенный,
не Господь ли наш Христос?

Каково вам, зная — рядом
каждый день вершится казнь,
бычить глаз державным взглядом,
упиваясь властью всласть?

И сумняшеся не шибко
брать за горло не спеша.
А на горле бьётся жилка,
а внутри кричит душа!

Я живой, я всех живее,
я ещё здоров вполне!
Что за мерзость там чернеет
в предрассветной пелене?

Что за гнусные качели
между вкопанных столбов?
Не желаю, не намерен,
не согласен, не готов!

Травка, солнышко и небо.
Как вам будет без меня?
Я не жил. Не знал. Я не был!
Я не видел. Я не я!

+
Звон в ушах. Озноб и тряска.
Мутных пятен чехарда.
Голос. Бархатный, но властный.
Ну-с, приступим, господа.

Шорох. Кашель. Стук приклада.
Человек. Лицо в анфас.
Поспешать бы, барин, надо.
Да, голубчик. Я сейчас.

Быстрый шёпот. Крест. Священник.
Книга. Ряса. Ткань. Рукав.
Умный бред о прегрешеньях
и о смертью смерть поправ.

Я Вас, батюшка, не вправе
обвинять, я не судья.
Но не Вас сейчас удавят,
а меня. Меня. МЕНЯ!

...
Он кричит. Кровавый выпот
уж со лба его течёт.
Мозг безумца ищет выход.
Вот он — лестничный пролёт.

Мысль пришла над самой бездной —
эскулап не виноват.
 
Бром напиток бесполезный
для того, кто видел ад.


Андрей Мартынов Слово Первомай http://www.stihi.ru/2011/04/29/2847

Первомай

Самолёт бумажный кружит,
пляшет в небе голубом,
высыхают быстро лужи,
красят дяди старый дом

И слезают с дальних полок
груды летнего тряпья,
как же скучен был и долог
"зимний вечер" для меня

К чёрту валенки, галоши,
тёплый зимний малахай, 
ведь сегодня день хороший,
ведь сегодня Первомай

Рядом мама молодая,
рядом папа молодой,
мы идём и нас встречает
город праздничной толпой

Он успел принарядиться,
знать, проснулся раньше всех,
всюду радостные лица,
песни, музыка и смех

Так в свистелку буду дуть я,
что попросят наконец
помолчать меня и купят
мне в награду леденец

И такой поход, ребята,
раз бывает лишь в году,
жаль, его так непонятно
демонстрацией зовут...
.......................

Жаль ещё, что нет той силы,
чтобы плёнку отмотать,
потому что это было
сорок с лишним лет назад


Кузичка Масина  когда шатаются устои http://www.stihi.ru/2012/05/29/6022

когда шатаются устои

когда шатаются устои
и старый мир трещит по швам
всё вырождается в пустое
и начинается кошмар

ветеринар выводит перхоть
быки не ведая стыда
не покрывают больше сверху
коров печальные стада

рабочий класс хватает камень
уйдя в бессрочный перекур
а петухи вслед за быками
не топчут больше бедных кур

верхи не могут и не надо
кричат низы и хорошо
мы будем строить не лопатой
а экскаваторным ковшом

и птичий грипп нам не помеха
да мы его одним броском
так век от века век от века
болтают синим языком

а в это время из подвалов
где был какой-нибудь притон
выходят свиньи и немало
и размножаются притом               



Егор Мирный Мать http://www.stihi.ru/2011/02/08/7622

Мать

сказал  архангел:  "твою  мать".
мать  вышла  тихо...

теперь  бы  мне  не  переврать:

была  портнихой
и  шила  белым  по  живому
без  лекала,
да  зашивалась
и  по  новой  начинала.

была  солдаткой
и  ждала  себе  живого,
хотя  бы  трезвого,
хотя  бы  никакого.
и  дождалась,  представьте,  евнуха,
который
наобещал,  нагородил
холмы  и  горы.
была  с  ним  суженой/расширенной/распятой,
война  случилась,
что  ты,
евнуха  -  в солдаты,
солдатка  с  радости  ушла  глухим  полесьем,
пропала  без  вести  по  сводкам  местной  прессы.

была  дикаркой,
в  куклу  евнуха  иголки
вгоняла,  ведьма.
с  лешим  гнали  самогонку,
он  подбивал  её  не  раз  на  шуры-муры,
она  тушила  об  несчастного  окурок
и  пропадала  на  четыре  ночи  кряду,
а  он  курил  кальян  со  "спайсом"  вкуса  мяты.

была  работницей  она  (дефис  крестьянкой)
и  с  бригадиром  целовалась  после  пьянки,
а  бригадир  потом  ходил  суров,  потерян,
ей  говорил,  что,  мол,  женат,
жене,  мол,  верен,
и  снова  пил  и  верен  был
на  сеновале,
потом  допился  до  чертей,
не  ел,  не  спал  он,
мечтал  о  чистых  отношениях  и  браке,
но  вот  решил:  "да  ну  её,  заразу,  нахер"

была  весёлой  продавщицей,  бизнес-леди,
худой  прыщавый  паренёк  всё  ею  бредил,
кидал  открытки  ей  на  множество  емэйлов,
она  хотела  не  его,
она  хотела
того  охранника,
что  под  покровом  ночи
хотел  её,
нет,  делал  вид,  что  очень  хочет.

была  невестой,  белоснежной,  круглолицей,
жених  прекрасен,
он  начальник  всех  милиций,
и  года  два,  а  может  пять,  не  в  этом  дело,
существовали,
совмещались,
тело  в  тело.
когда  казалось  -  вот  он  рай,
бери  в  ладошку,
она  осталась  без  него
со  мной  и  кошкой.

была  собой:
порой  стеснительной
излишне,
живой,  напевною.
была,  да  тихо  вышла,
легка  походка  и  тепла,  что  шубка  лисья.
и  я  был  рад,  что  я  на  свет  не  появился.



Андрей Моисеев Королева http://www.stihi.ru/2013/03/12/427

Королева

Невзлюбила судьба отчего-то Нехаму.
Никогда ей не сыпалась манна с небес –
роковая болезнь унесла ее маму,
с горя зАпил отец – и бесследно исчез.

Понимала Нехама, что жизнь – не вареник,
но на этом запас её бед не иссяк –
оказалась одна, без работы, без денег,
да еще не пойми от кого на сносях.

Языки уже были готовы к работе,
только тётка Дебора прикрикнула: «Ша!
Я хотела бы видеть, как вы запоете,
если в доме разруха и нет ни гроша!»

А Нехама сама-то – почти что ребенок,
и душа за дурёху у многих болит.
Мириам отдала простыню для пеленок,
целый день с колыбелью возился Давид.

А когда наконец-то  закончились роды
(разве спрячешь такое от здешней молвы?)
то соседи –
красильщики и коноводы –
наклонялись над люлькою, словно волхвы.

Кто сказал, что местечку волхвы не по чину?
Ну и ладно – о Библии речь и не шла.
А Нехама опять удивила общину –
Маргаритою дочку свою назвала.

«Что за странное имя!» - ворчала Дебора,
«Может быть, она гойка?» - справлялся Семён.
А девчонка росла, невзирая на споры,
в окружении древних еврейских имен.

Раздавала улыбки направо-налево,
не рвалась со скандалом из чьих-нибудь рук.
И Дебора заметила: «Ишь, королева!»
«Королева Марго!» - подхватили вокруг.

И хотя королевство – отнюдь не Монако,
но дающего не оскудеет рука –
как ни беден молочник Юдович, однако
приносил каждый вечер стакан молока.

А  Нехама стирала белье у забора,
выносила помои, колола дрова.
- Отдохни, - говорила порою Дебора, -
разбужу, не волнуйся, часа через два.

Никого у Деборы – ни деток, ни внуков,
ей девчонка – как путнику свет от костра.
Накормив, искупав, уложив, убаюкав,
напевает над люлькой почти до утра.

Пой, Дебора! Пройдут времена – и увидишь
Королеву, что правит своею судьбой,
эту рваную куклу и песню на идиш,
и тебя, и Нехаму ведя за собой.

Пой, Дебора,
рассвет уже близится, пой же,
всё еще утрясется – не думай о том!..
Вот такая случилась история – в Польше.
В тридцать пятом. А может быть, в тридцать шестом.


Андрей Моисеев Снежный бунт http://www.stihi.ru/2011/12/19/9270

Снежный бунт

Враз помянешь святых всех,
Окунувшись в туман-зыбь.
С бесконечных небес снег –
На больную страну сыпь.

Будет снег, а потом – наст.
Тяжко ляжет на всё тень.
Как тогда замело нас,
Так метёт и по сей день.

Не помазанник наш царь,
Вор и жулик его князь.
Оттого в небесах – гарь
И на грешной земле – грязь.

Крутанет у виска ум,
В душу плюнет душа – эх!
Правда-матушка, ааауууу!
Не пробьешься к тебе – снег…

Мы привыкли, что век – крут,
Знаем, лиха почем фунт.
Вольный выбор у нас – кнут,
А не хочешь кнута – бунт.

Что ж, наместник, давай, ври,
Возноси над страной миф!
Нам отсюда – в Париж, в Рим
Или просто в иной мир.

Мы уходим навек в снег.
Хоть и светел он, да не свят…
Молча дворник глядит вслед,
От лопаты подняв взгляд.


Андрей Моисеев Глубокое осеннее ненастье... http://www.stihi.ru/2012/11/22/1128

Глубокое осеннее ненастье...

Глубокое осеннее ненастье
Накрыв дома, легло на провода.
Висели тучи, мокрые, как снасти,
С них капала до вечера вода.

Казалось, день потерян без возврата,
Но туча с  тучей разминулась вдруг,
И желтое пожарище заката
Распространилось медленно вокруг.

А на востоке, в небе темно-сизом,
Пока еще не опустилась мгла,
Несвойственным для осени сюрпризом
Торжественная радуга взошла.

И было это краткое виденье
В косых лучах закатного огня
Наградою за все несовпаденья,
За все обиды прожитого дня.

Дарили веру полосы цветные
И в жизнь, и в справедливый Божий суд.
И даже безнадежные больные
Не умирали несколько минут. 


Дмитрий Московский Перламутр http://stihi.ru/2015/04/09/4804

Перламутр

Когда опять застольные друзья
О бренности земного бытия
Начнут вздыхать под марочные вина -
Мне ранняя припомнится весна,
Великая локальная война,
Глубокая, сугробная лощина.

В лощине стыли мёртвые тела.
Здесь никого судьба не сберегла,
Никто из-под огня ночной засады
На этот раз не вырвался живой…
Жестокий, страшный, скоротечный бой,
Где даже пленным не было пощады…

Растаял предрассветный полумрак -
Нам командир «спускаться» подал знак,
Нательный  крест поцеловав при этом…
Но всю лощину вдруг наполнил свет,
И каждый неподвижный силуэт
Был озарён, пронизан этим светом.

И мы глазам поверить не могли  –
Сиянье поднималось от земли,
Тянулось вверх прозрачными  лучами,
Лучи переплетались меж собой,
Потом живою радужной дугой
Лишь на мгновенье замерли над нами…

Что истинны молитвы и псалмы,
В единый миг уверовали мы
В одно незабываемое утро…
Да, на земле могу не быть и я,
Но точно знаю – нет небытия,
Есть бесконечность, цвета перламутра…


Дмитрий Московский Смерть http://stihi.ru/2013/12/28/9321

Смерть

Я видел смерть. Она ко мне тянулась
Из призрачного царствия теней…
Как женщина, она мне приглянулась,
Но я в тот день не приглянулся ей…

Она была, действительно, красива,
Белел её изысканный наряд,
А я лежал пред нею неучтиво,
И очень грязен был на мне бушлат.

Она скользила медленно по склону,
Над россыпью больших, весенних луж,
Туда, где круговую оборону
Держали двадцать обречённых душ.

На каждого взглянула безучастно
И никого с собой не увела...
А горько оттого, что слишком часто
Она не так разборчива была…


Дмитрий Московский Ангелы http://stihi.ru/2015/05/08/3933

Ангелы

 - Папа, я фото случайно нашла… Для чего
В самую дальнюю полку ты спрятал его?
Слово... «секретно» на нём и, наверное, дата…
Значит, на снимке какой-то секретный отряд!
А у тебя настоящий  в руках автомат?
Где это, папа? Скажи мне, кто эти солдаты?

- Ангелы, дочка… Здесь ангелы рядом со мной…
Это они той  далёкой, холодной  весной,
Оберегали  меня  на  военных дорогах…
- Где же теперь эти ангелы, папа?
- Ушли…
Крылья легко унесли их от нашей земли…
Все, до единого, дома, - в небесных чертогах…

- Папа, ты плачешь?
- Да нет, - я не плачу, малыш…
Просто, на ангелов если так долго глядишь -
Резать глаза начинает от яркого света…
Вот и сейчас – мне уже нестерпимо светло…
Часто на ангелов, дочка, смотреть тяжело…

Спрячу давай, я опять фотографию эту…


Красс Намордников (Сергей) Апокалиптическое http://www.stihi.ru/2010/12/24/748

Апокалиптическое

 Ревела буря. Падали столбы
на головы испуганных прохожих -
и кровь, и ливень, и ступни толпы
цвели на рожах.
Под визги женщин и предсмертный мат
всё начинало книжкою казаться;
из рваных труб сочился аромат
канализаций.
Взбухал асфальт. Крошились кирпичи
да лопались, позванивая, стекла.
Сирена выла сукою в ночи,
потом - замолкла.
Еще раскат. Еще один удар.
Пожар пополз по улицам знакомым.
Горели: кирха, здание суда,
вокзал с роддомом.
Обломки статуй высветил огонь:
безрукий вождь и безголовый воин...
А мимо - черт возьми! - ладонь в ладонь
шагали двое.
Одной с партнером цепко обручась,
в другой - тряся пакетами из "Спара",
прошли, не плача и не хохоча -
такая пара.
Ни то, ни се. Страшны как смертный грех.
На личиках - планктонная унылость.
Но та херня, что зажевала всех -
остановилась...
Сквозь толщу туч, притихнув наверху,
небесные смотрели горожане,
как трепетно влюблен моржовый х*й
в п*зду с ушами.


Недбаева Ирина Зачем она тебе была нужна http://www.stihi.ru/2010/03/16/5564

Зачем она тебе была нужна

... А помнишь, забывали у костра
Всё, что хотели, пели, как хотели,
Ты звал меня "практически сестра",
А я смеялась - ну, мели, Емеля!
- Ты что, влюбился?
- Облизнулась? Никогда.

Но не бывает разнополой дружба!

Вставали между нами города,
А ты звонил и спрашивал - что нужно?

Лет частокол... Я плакала, бывало -
Разводы, дети, время как вода...
Когда я по привычке оживала
В реанимации - за дверью был всегда...

Ты вёл меня сквозь жизненные бури,
А сам разбился о пустячный снегопад...
Ты пил на этом свете всё подряд,
А в бардачке валялась "Ночь нежна"...
Скажи теперь хоть беспросветной дуре -
Зачем она тебе была нужна...


Недбаева Ирина  Аркадские пастухи. Н. Пуссен  http://www.stihi.ru/2009/11/07/6059

* * *
Тысячелетия людей не изменяют:
Всё умираем, как обычно… Сердце стынет,
И я молчу, а юноши читают
По молодости надпись на латыни.

Сотрут ветра остатки биографий
С дешёвых "мраморов" - ну, кто на что копил..
Да ради Бога! Суть всех эпитафий -
Лежит здесь мёртвый, но он тоже жил.


Юрий Октябрёв Благодарю http://www.stihi.ru/2016/10/23/9387

Благодарю

                За радость тихую дышать и жить
                Кого, скажите, мне благодарить?
                О. Мандельштам


С годами поумерят чувства прыть,
и настаёт пора благодарить
осознанно, застенчиво, светло
за то, что с этой жизнью повезло.

За то, что не сужается река,
а в ней плывут четыре поплавка,
и лески не запутаны в траве –
другим концом в небесной синеве.

За это, за другое, и за сто
оплаченных по совести счетов,
которые выписывает мне
седой заимодатель в вышине.

И я благодарю, не зная слов,
поклонами плывущих поплавков,
благодарю как помню, как дышу,
как улыбаюсь утром малышу.

Пускай текут мгновения, легки
как тело в невесомости реки,
чтоб довелось и дальше, может быть,
за что-то эту жизнь благодарить.


Людмила Орагвелидзе «Старуха вяжет зимние носки...» http://www.stihi.ru/2009/11/20/6196

* * *
Старуха вяжет зимние носки,
Скрипит под нею старая кровать.
Кто знает глубину её тоски?..
Старухе скоро - девяносто пять.

Она торгует шерстью и шитьём
На придорожном рынке у моста,
И если напрямик, сквозь бурелом,
То до него обычная верста.

Старуха вяжет. Может быть, продаст...
Невестка варит яблочный компот.
Мяукает голодный "Гондурас" -
Зачуханный, бесхвостый чёрный кот.

Невестка злится. Вновь... не с той ноги.
(Старуху вязко пробирает дрожь).
"Бои-ишься? Ведьма! Дай пожить другим,
Ты и до ста, наверно, доживёшь."

Старуха вяжет. Катится слеза.
(Утёрла незаметно рукавом)
Потом взглянула вверх, на образа,
На небо, загрязнённое окном.

А до икон достать - длина руки...
А до небес - обычная верста...
Старуха вяжет зимние носки,
Она не хочет, Господи, до ста...


Борис Панкин «Пиво - мерзкое. Дева - дерзкая...» http://www.stihi.ru/2011/06/18/115

***
Пиво - мерзкое. Дева – дерзкая.
Из колонок фонит попса.
Мимо станции "Пионерская"
на таксо проезжаем. Сам

я не сильно в хлам - как бы датый я.
Дева, в сущности, в уматень.
Мы с ней странствуем сутки пятые,
что-то празднуем пятый день.

Знать бы что, к чему эти ралли нам,
в сизых сумерках городских.
Крепко кралю обняв за талию,
контролирую нас двоих.

Вот доедем до Комендантского,
купим водки в ночном ларьке
да шампанского - будем пьянствовать
до паралича в мозжечке,

до нирваны по всем параметрам,
до мерцающих миражей,
чтобы утром, очнувшись замертво,
ни о чём не жалеть уже.


Евгений Петропавловский   Над волнами времени  http://www.stihi.ru/2010/01/18/1661

Над волнами времени

Жалкая тень смотрителя давно заброшенного маяка,
коматозный старик, угасающий в больничной палате,
струится по монитору подобием тонкого ручейка,
пульсируя, теплится в дыхательном аппарате.

Врач на обходе подле него хмуро вздыхает:
«Отключить бы деда, намучился всласть». И
спешит удалиться, поскольку прекрасно знает:
милосердие наказуемо, сиречь не в его власти.

А когда персонал расходится по домам
и ночная тишь заполняет больницу,
старик покидает присоединённое к трубкам и проводам
неподвижное тело. Превратившись в птицу,

он расправляет крылья, делает взмах, сквозь стекло
пролетает, не ощутив преграды,
и взмывает в небо, сыплющее светло
ему навстречу безмолвные звездопады.

Поглаживая пространство крыльями, в зыбкий полночный час
он достигает заброшенного маяка
и правит путь вдоль луча, который давно погас,
сквозь мгновения, растянувшиеся на века.

Он пронзает взглядом спины морских валов,
проницает глубины, объятые вечной тьмой.
И над бездной разносится его неумолчный зов,
обращённый ко всем, кому уже не вернуться домой.

И тогда из придонного ила поднимаются корабли.
Экипажи, обрастая плотью, распределяются по местам
и ведут свои суда вслед за птицей, парящей вдали,
к не указанным ни в одной лоции берегам.

Флотилия, разрастаясь, втягивается в окоём.
Покачиваются борта - не перечесть названий…
На мостике флагмана Ван дер Страатен высится нагишом:
(истлела одежда на летучем голландце за время скитаний).

На «Титанике» оркестр наяривает то контрданс, то фокстрот;
среди танцующих пар снуют стюарды с подносами…
Дымит в четыре трубы «Лузитания»… «Амазонка» плывёт,
разрезая волны форштевнем, вспенивая воду колёсами…

На галеасе «Жирона» налегают на вёсла рабы;
дон Алонсо Мартинес де Лейва видит птицу, слушает птицу;
лучший капитан «Непобедимой армады», баловень злой судьбы
понимает: скоро долгое плаванье завершится.

Скоро, скоро их, наконец, приведут к берегам
обетованной страны, о которой солёные волны поют
всем заплутавшим и отчаявшимся морякам –
даже тем, кого дома давно не ждут.

Они плывут, растворяясь в ночи; им подать рукой
до счастливых мест, где можно, встав на последний прикол, отдохнуть.
Там птица над всеми, кому суждено обрести покой,
опишет последний круг перед тем, как пуститься в обратный путь;

и вновь, поймав погасший луч заброшенного маяка,
станет листать крыльями время, неотличимое от пространства,
торопясь вернуться в тело умирающего старика,
ибо жизнь и смерть должны иметь хотя бы видимость постоянства.

…А наутро лечащий врач, обходя за палатой палату,
привычно остановится, повздыхает подле его утлой постели,
задумчиво прислушиваясь к дыхательному аппарату,
вглядываясь в светлую ниточку на мониторе, дрожащую еле-еле.

И ему, дивящемуся безжалостно-цепкой природе
человеческого метаболизма, будет, как всегда, невдомёк,
что это не жизнь из одряхлевшего тела уходит,
а морская волна впитывается в вечный песок…


Евгений Петропавловский Призрак старого парка... http://www.stihi.ru/2004/04/24-215

Призрак старого парка...

Отговорила роща золотая,
и всё покрыто палою листвой...
Бутылки из-под листьев выгребая,
идёт дедок с потрёпанной сумой.
Патрульно-постовой наряд не тронет
привычного, как дождик, старика;
порою на ходу смешок обронит
иной ханурик, выпивший слегка,
да пацанёнок, чуждый пацифизма,
засунет пальцы в рот и засвистит...
А дед плывёт, как призрак коммунизма,
и лишь себе под чоботы глядит...
Снимите, люди, шляпы виновато,
когда шагает в сумерки герой:
он - в ранге Неизвестного Солдата -
остановил фашиста под Москвой,
пред ним склонились Вена и Варшава,
ему сдалась в Берлине вражья рать...
Он заслужил в стране родимой право -
себе на хлеб - бутылки собирать.
...И он уходит в отблеск обветшалый.
А в небе, не прощая ничего,
струится журавлиный клин усталый.
И в том строю есть место для него.


Евгений Петропавловский Петрович и Тьма http://www.stihi.ru/2003/03/14-844

Петрович и Тьма

   Виртуальные частицы сквозь Петровича проходят. И Петровичу не спится: он на кухне колобродит. Матерится, недовольный тёплой водкою из кружки, ест огурчик малосольный и идет к своей подружке - бабе Рае, зло храпящей под заштопанной периной. Страшен, будто в дикой чаще, ейный посвист соловьиный!
   Он ложится тихо рядом. Мысли муторны и странны. Под его тяжёлым взглядом подыхают тараканы; муха бьется о гардину хоботатой головой; и - покидая паутину - заползают за обои пауки, которым жутко... А Петровичу мешает - рядом - эта проститутка, что с Морфеем согрешает. Может, ей набить сусала иль поджечь, плеснув бензину, чтобы мыслить не мешала и ценила как мужчину? Нет, нельзя: глядишь, посадят; и уж точно на работе по головке не погладят. Скажут: «Вновь, Петрович, пьёте!» И зачем такое надо, чтобы все его журили и тринадцатой зарплаты на собрании лишили?!
   С мудрой думою таковской снова в кухню он шагает, тёплой водочки «Московской» полстакана выпивает; сквозь окно глазами зверя в Космос тычется уныло, расстоянье в литрах меря до ближайшего светила: если бог там обитает - чтоб Петровичу молиться, - то на кой он испускает виртуальные частицы?
   И Петровичу обидно. За топорик он берётся. Хрясть! - и звёзд уже не видно, лишь окно со звоном бьётся. Рассыпаются осколки в стайки чертиков зелёных. «Ах вы, суки! Ах вы, волки!» - он орёт. Гоняет он их по линолеуму в брызгах перетопленного сала, топором кромсает вдрызг их пятачкастые хлебала.
   Внеземные супостаты скачут, всхрюкивая: дескать, мы тебе, козел поддатый, можем хавало натрескать! Черти прыгают в прихожей, в спальне бесятся охально. Здесь им нравится, похоже. А Петровичу печально. Виртуальные частицы застят ум ему и зренье. Как от них освободиться? Где найти успокоенье?
   Как побитая собака, в спальню он бредет, вздыхая, где в оскале вурдалака распросталась баба Рая. А на лоб её, блестящий от ночного злого пота, черт,  патлатый и смердящий, с грязной мордой идиота, затащил свою подругу (в ней - ни робости, ни грусти) и кричит: «Давай по кругу мы ея, Петрович, пустим!» Весь - паскудство, срам и злоба, он орёт: «Довольно злиться! Доведут тебя до гроба виртуальные частицы!»
«Брешешь, пёс! - Петрович, красный от желанья вражьей смерти, стонет. — Весь ваш труд – напрасный! Будет здесь каюк вам, черти! Положу за время ночи асмодея к асмодею! Я ж - потомственный рабочий, даже грамоты имею!»
   И, воздев топор разящий (бесы мигом - врассыпную), бабы Раин глупый ящик - буйну голову хмельную - пополам Петрович рубит, огурцом срыгнув устало...  Он, по сути, бабку любит, просто меткости в нем мало...
   Чу! Звонок! В фураге новой и в плаще с плеча чужого пялит зенки участковый в объектив глазка дверного. Это ходит он с дозором, недобритый и нетрезвый. Чтоб Петрович не был вором, беспокоится болезный. Он проходит тихо в двери, портя воздух с каждым вздохом. Знает он, что люди-звери всюду ждут его с подвохом и мечтают расквитаться за служебные ошибки: на нунчаках с ним подраться, надавать по морде шибко иль, как минимум, заехать по спине ему лопатой, чтоб он стал предметом смеха и ходил везде горбатый... Но Петрович приглашает, как всегда, его к буфету. Полстакана наливает и бурчит: «Закуски нету»...
После, к выходу шагая, участковый без охоты замечает: «Баба Рая распахнула мозг свой что-то... Ладно. Ваш бедлам семейный мне пока без интереса: коли нет заявы ейной, то живи пока без стресса. Лишь бы шум не подымали, не стреляли тараканов; мне во вверенном квартале не потребно фулиганов!»
   И уходит в ночь, смешную, словно личико у смерти (одесную и ошую скачут черти, черти, черти)...
   А Петрович слышит - в горле ком урчащий шевелится: «По всему, нутро распёрли виртуальные частицы», - так он думает. Короче этих мыслей не бывает. Промеж них, заплющив очи, он на лоджию шагает. И, склонясь через перила, мечет он на ветер склизкий всё, что съедено им было: огурцы… кусок редиски...
А рогатые повсюду, кувыркаясь, крутят дули. «Мы с тобой, -  визжат, - покуда ты живой ещё, дедуля!» Теребя его штанину, супостат один вещает: «Ты нюхни, браток, бензину: сблюнешь душу - полегчает!»
   И Петрович видит: точно - от поганцев не отбиться... И «Московской», как нарочно, не осталось, чтоб забыться. И топор пропал куда-то... А кругом - рога и рыла... И Петрович, виновато плача, лезет за перила. И летит в незрячий космос, улыбаясь криволико; и его прощальный голос возвышается до крика: «Люди-люди, не бродите в дебрях, гиблых и пропащих! Люди-люди, не будите вы зверей, друг в друге спящих!»
   На пути его падучем - хмель сочащие светила…
   Мимо - бог плывет на туче, щеря лик зеленорыло...
   И ему в тумане светит дно родимого квартала, где кричат чужие дети: «С неба звездочка упала!»

Прихожанка (Наталья Николаева) Ночной поезд http://www.stihi.ru/2012/08/06/6683

Ночной поезд

Полночный вечер…
буду слушать поезд,
он где-то там, в шершавой темноте,
где шум листвы  теперь уже оскомист
и пахнет сеном,
сеном во скирде;

сквозь дырки в серебристых занавесках
ни ветер, ни сквозняк,
ни пыль и дым,
а что-то мотыльковое,
во всплесках
поящее дыханьем  луговым.

Мне сон нейдёт,
и стих не окрыляет,
тревожит звук дорожный и кружит
по множеству
суеминутных мает,
по множеству
сиюминутной лжи;

подушка мнёт морщины и ресницы,
вот-вот затихнет мерный стук колёс...
кому-то там, как мне сейчас,
не спится,
на стыках неответов на вопрос,

я точно знаю, что
в шершавой ночи
глядит он из вагонного окна,
и силится узнать в одной из точек
наперекор глядящую меня…

Виталий Пуханов  «На Севере, на родине пространства…»  http://www.stihi.ru/2010/01/14/5883

На Севере, на родине пространства,
Где ноги обувают в сапоги,
От холода, а не от пьянства,
Сбивает с ног, не крикнешь: «помоги».
Седов вперед ногами полз на север,
Но никому тот Север не отдал.
Ползли по снегу Блок, Есенин,
Брёл Гумилёв, и я не опоздал.


Андрей Пшенко Ужеблинполтинник http://www.stihi.ru/2009/10/31/5628

Ужеблинполтинник

В мире неправильном как иностранный глагол
Были мечты, да состарились раньше меня,
Где слишком много мальвин слишком рано нашёл,
Юности глупой зелёный трояк разменял.

Комом выходит уже полусотенный блин.

Впрочем, мне в гости...
Там рады.
И надо спешить -

Выросли барби из ненастоящих мальвин.
Я к ним привык и, похоже, пытаюсь дружить.

Ночью домой приведут проходные дворы.
Вновь не заснуть.

Мне осталось на выбор опять -
Глупые книги читать,
Но их стыдно открыть,
Умные книги открыть,
Но их страшно читать.


Сима Радченко Мне не нравится... http://www.stihi.ru/2011/09/17/635

Мне не нравится, когда умирает чей-то дедушка этажом ниже. Ведь вчера еще - шел с собакой, аккуратный, сутулый, с тростью...  Продавцу (покупая тортик) говорил - дочка, я не вижу, посмотри вон, какая дата? Ко мне дети сегодня в гости.
Ведь вчера еще - он проснулся, аккуратно постель заправил, аккуратно насыпал кофе в свой любимый стакан столетний...  А сегодня вдруг почему-то он решительно все оставил, почему-то решил, что хватит, что все видел на этом свете.
Мне не нравится, что в ботинках -  прямо с улицы -  санитары от порога прошли к кровати через весь его мир привычный... И соседка из смежной двушки, тетка Зоя или Тамара, рот разинув, на них глядела, размышляя, кто симпатичней. Что потом приходил сантехник перекрыть в туалете краны, и надолго застрял в квартире, изучая, что дед оставил.
Мне не нравится, что собака побежала, как волк-подранок, завывая настолько жутко, что мурашки по коже стаей, и лежала потом под дверью, положив перед мордой лапы. И пришли наконец-то дети, и делили свое наследство... А потом замолчали, вспомнив, что не стало сегодня папы... что захлопнулось то окошко, сквозь которое помнишь детство.


Роршах (Сергей) Пустота http://www.stihi.ru/2014/10/23/9518

Пустота

Верхняя часть лица - от солиста "Металлики".
Нижняя часть - отца, а брата Виталиком
звали. Недолго, примерно годик.
Сам-то я позже родился, и выжил, вроде.

Старшеньким стала свистящая пустота
меж пустырём, новостройкой и башенным краном.
Я разговаривал с ней, и подставлял ей раны.

Те, что нельзя показать папе и маме.

О, как она меня многому научила!
Как развлекала, ломала, свистела, лечила,
Как с ветерком на передней раме катала,
Как, наконец, никого мне дороже не стало:
странные вещи порой происходят на свете.

Здравствуй, Харон, я тебя ещё в детстве приметил.


Геннадий Руднев «Джебэ»  http://www.stihi.ru/2010/06/13/78

Джебэ
Виктору Наму

Терпкость, сухость во рту…
Над задымленной степью Ногая
одинокая птица стремится загладить черту
на версту между небом и мной,
в пустоте неземной 
полагая,
что крылу не резон,
прожигая, чернить горизонт.

Конь издох, у безводья поводья к губному надрыву
до нарыва прорвав… Не ножом, а обломком струны
ковырну ему за ухом, кровь соберу на поживу,
не напьюсь – поклянусь: не оставить от этой страны
ни стены, ни людей, ни скота и ни камня на камне,
белых девок – в полон, баб - в распыл. Гей, славяне, не трусь!
Где же Русь?
Не злодей – не владей. Ваша вошь от святош – на черта мне?
Где мой кровный улус?
Впрочем, солнце взойдёт, разберусь.

Безлошадный народ жрёт траву как рогатые твари,
тащит в рот корнеплод и себе, и скотине в расход.
Старцы пьют молоко! Дети хлещут компот! Ох, ударю…
Ох, ударю… но - чем? 
Написать бы письмо государю,
что он правит не тем
и не там, да  гонец-скороход
убежал на восток то ль с доносом, то ль с толстой депешей
про квартальный отчёт о победах и списком  бл*дей
всех мастей.

«Государь, все в измене - и конный, и пеший,
тьмы на две или три, если пеших считать за людей.

Государь, старый сотник спросил у меня, кровью брызжа:
Что воюем, дружок? Бережок да гнилая река…
Я ему: на века! - прошептал, понимая, что ближе
старику в Забайкалье, чем в Калке валять дурака
перед небом.
Мой хан, ни пространство сие, ни рабыни,
ни рабы, ни земля и ни скот не достойны хвоста
дряхлой клячи обозной, куста помертвевшей полыни,
как талмудят хазары: сует суета, суета…»

Ветер вертит кошму. Не пойму – где тут солнце восходит?
Хан, куда мне податься и драться за что не берусь
догадаться, хоть крови хватило, и на небосводе
не светило зияет - Ярило взывает к свободе.
От кого и зачем? Только степи кругом. Где же Русь?


Сафронов Андрей «Дочки-матери, бабули…» http://www.stihi.ru/2010/08/26/2565

***
Дочки-матери, бабули,
Двор, корова на кону.
Бузины тугие пули
Рассекают тишину.

Пролетающие птицы
Режут крыльями туман.
Сказка засветло ложится
На деревья и дома.

Молоко вечерней дойки
Пьют медведи из ковша.

С горбачёвской перестройки
Не менялось ни шиша.


Юрий Семецкий Маньяк Герасим, или Собачья смерть http://www.stihi.ru/2010/10/11/2935

Маньяк Герасим, или Собачья смерть

Сидим с друзьями и культурно квасим
Бурбон, текилу, шустовский коньяк...
Вдруг новости - попался, мол, Герасим,
Серийный новоявленный маньяк.

И говорят: его на баб тянуло,
Но не везло с кухарками ему.
А тут, в разгар запойного загула,
Случайно утопил в пруду Му-Му.

Намерения он имел благие
(И придержи читатель свой сарказм -
У человека, может быть, впервые
Случился охренительный оргазм),

Но жизнь всё перепутала, смешала...
Ну, кто же знал, что он такой слабак?
А с той поры искал на всех вокзалах
И в подворотнях брошеных собак.

Каштанка, Моська, Белый Бим и Филя,
Котёнок Гав, пропавшая Люси,
Их всех отправил Гера-простофиля
На рыбий корм. - Жирейте, караси!

А с Белкой-Стрелкой (видно, был в ударе)
Не стал тянуть, обеих в пруд... гуртом...
А погорел наш дурень на Мухтаре.
Ну, кто крадёт собаку у ментов?

Всё это рассказали нам в эфире,
И мы с друзьями вдули коньяка
За то, чтоб и собачки дальше жили,
И чтоб не попадались маньякам.

И я побил по пьянству все рекорды,
Напился так, что после во дворе
Ловил собак и целовал их в морды,
А утром пробудился в конуре.


Владислав Сергеев Хорошо бы ливня... http://www.stihi.ru/2006/04/20-2556

***
Как настоёбли мне
Вешние говнища!
Хорошо бы ливня
На больных и нищих...
Беспощадным душем
Сбить паучью серость,
Что по слабым душам
С осени расселась...

Многое пропало,
Многое опрело
В лапах шестипалых
Шалого апреля,
Но живым в награду -
Хорошо бы ливня,
Даже если вправду
Миром правит глина...

...
Ты живёшь, не клиня,
Сердце затворив, но
Хорошо бы ливня.
Хорошо бы ливня...


Александр Сидоров (Фима Жиганец) Баллада о драной душе http://www.stihi.ru/2005/10/21-1132

Баллада о драной душе

А всё случится так наверняка
(Сценарий немудрён и неизбежен):
Господь проснётся, выпьет молока,
Вкусит того, что сам послал себе же,

Раскрывши пыльный кондуит в раю,
Скользнувши взором вниз по списку грешных
И ткнувши перст в фамилию мою,
Господь на ней поставит крест неспешно.

Как из бутыли сказочный колдун,
Потрёпанный, помятый и усталый,
В две тысячи нечёсаном году
Душа взлетит, освобождая тару,

И тело, словно надувной матрас,
В который ненароком ткнули вилкой,
Скукожится – и Богу всё отдаст,
Как малышу - его свинья-копилка.

Всё-всё отдаст: несбывшиеся сны,
Блуждания по дебрям книжных знаков,
Тяжёлый крест всегда любить иных,
А не безмозглых кукол Пастернака;

Всё изрыгнёт гнилое естество:
Мой страх, мои чуднЫе суеверья,
Мои припадки счастья – оттого,
Что горлица изящно чистит перья,

Впорхнув в моё раскрытое окно
И сев на бледный бюст Шакеспеара…
Всё, что трагично было и смешно,
Уйдёт из жизни, словно не бывало.

Но Тот, кто Божий промысел вершит,
В срок отведённый обнажая жало, -
К хвосту моей ободранной души
Привяжет всё, что ей принадлежало.

И в бездну неба от земных невзгод
Ночной порою или спозаранок
Душа рванёт, как ошалевший кот
Со связкою пустых консервных банок.

Она задаст такого стрекача,
Что заглушит унылый хор стенаний,
О встречные кометы грохоча
Жестянками моих воспоминаний.

И ключника едва не сбивши с ног,
Душа ворвётся в щель меж райских створок,
И нА руки поймает душу Бог,
И строго вопросит: «Пошто так скоро?

Пошто ты учинила кутерьму,
По космосу грехами тарахтела?
Ведь ежели раскинуть по уму,
Тебя бы – в пекло прямиком из тела».

Потом потреплет душу за ушкО
И вымолвит: «Считай, что пофартило;
Мурлычь, лакай парное молочко…
Небось, не Гитлер. Чай, не Чикатило».


Вика Скайнова «Рассказ танкиста» http://www.stihi.ru/2010/03/20/1093

Рассказ танкиста

Нас было трое... Витька... тот...
почти что сразу...
Лишь прохрипел: "Вот, блин, не прёт...
ведь до приказу..."

Под Новый год... такая хня...
как есть - непруха.
Сполна плеснула нам Чечня!
в бочину... "мухой"...

Жгут затянул... держись, земляк...
помогут в роте...
На лоскуте висит ступня
ошмётком плоти...

А чичи, сука, взяли след,
как свора гончих...
- Не оставляй меня, Паштет...
уж лучше кончи...

А я несу сплошную муть:
- Не ссы, товарищ,
Про Новый год, мол, не забудь,
мол, чё подаришь...

На горб взвалил и побежал...
тут - или-или...
И как влупили тут по нам...
Как, бл*дь, влупили!

Аж в пятки рухнулась душа -
какая смелость?!
Ах, как бежал я! Как бежал...
Как жить хотелось...

Мне до сих пор - всё тот же сон
полночной мукой...
Те двести метров... я и он...
как вши под лупой...

- Дошли, Серёга! Всё пучком!..
Перевернули...
Три пули по спине рядком...
МОИ, бл*дь, ПУЛИ!

Ну да - война... ну да - в бою...
но... кто ответит...
Он жизнь мне подарил свою...
Как жить-то с этим?..

------

И Пашка водки нацедил,
Чуть пролил даже...
И молча выпила я с ним.
А чё тут скажешь...


Клавдия Смирягина-Дмитриева  Про  кота  http://stihi.ru/2012/04/11/5040

Про кота

Детей у них не было, видимо, Бог не дал,               
а может, не больно хотели, хотя сначала            
она колыбельку частенько во сне качала.   
Потом перестала. Устала. Прошли года.
   
Он стал ей и мужем, и сыном, но вышел срок,
и он не проснулся обычным осенним утром.         
Она на поминках не плакала почему-то.            
Друзей проводила, защёлкнув дверной замок.   

Отчётливо зная, что утром к нему уйдёт,         
легла на кровать, примостившись привычно с края.
И вспомнила вдруг, окончательно засыпая,               
что завтра голодным останется рыжий кот.   

С тех пор миновало двенадцать протяжных лет.
И кот вечерами на кухне мурлыкал звонко.
Когда схоронила кота, принесла котёнка.         
Зовёт его мальчиком. Гладит.
И в сердце – свет.


Клавлия Смирягина-Дмитриева  Сначала из дома ушли тараканы... http://www.stihi.ru/2012/11/26/5956

***
Сначала из дома ушли тараканы,
шушукались с вечера где-то за печкой,
а ночью исчезли внезапно и странно,
включая  детей, стариков и увечных.
Хозяин на радостях хлопнул рюмашку,
хозяйка  засиженный пол отскоблила.
Лишь дед, озабоченно сдвинув фуражку,
под нос пробурчал, что пора, мол, в могилу.
По осени вместе с антоновкой спелой
попадали как-то на землю синицы.
И встать на крыло ни одна не сумела.
Зарыли. Забыли. Подумаешь, птицы.
И только старик, опираясь на палку,
подолгу бродил по листве облетевшей,
и,  морщась, шептал:  «Внуку малую жалко,
расти бы, расти ей, да кукол тетешкать».
А в марте, открыв зимовавшие ульи,
хозяин увидел, что гнёзда пустуют.
Выходит, что пчёлы из них улизнули,
оставив без мёда  ребят подчистую.
В тот вечер старик, похороненный в Святки,
приснился хозяину с речью туманной:
«Ищите, покуда не поздно, ребятки,
дорогу, которой ушли тараканы…»


Клавдия Смирягина-Дмитриева Тише, девочка http://www.stihi.ru/2011/02/21/2833

Тише, девочка

                «Мёрзнет девочка в автомате» (с)
                А. Вознесенский
                « Простите, Вы не могли бы позвонить и позвать к               
                телефону одного человека?»
                (реальная встреча на улице)

Что ты, девочка, не дрожи, не ломай голубые пальцы. Это просто старуха-жизнь полотно небелёной лжи растянула на старых пяльцах. Он тебе, говоришь, не лжёт, просто вас разлучили люди. Ах ты, милая, знать бы брод, ломок первый осенний лёд, а тепла до весны не будет.
Кто его караулит? Мать? Ну, давай телефонный номер. Как назвать его, как позвать?...
Мне сказали:
- Исчезни, б***, он для вас, потаскушек, помер.
Тише, девочка, не дрожи. Это поле – не поле битвы. Значит, больше не ворожи, спрячь подальше свои ножи, иглы, игры, таблетки, бритвы. Умер, стало быть – хорони! Проживи эту боль, как ломку. Знаешь, годы летят, как дни. Ты за шкирку себя возьми, ты – сама для себя соломка.
Ты – сама для себя вокзал, самолёт и дорога в небо. Ты забудь всё, что он сказал, губы, руки, его глаза. Ты реши, что он просто не был. Слёзы, девочка, не в цене. И цена у любви иная.
Он придёт. И не раз. Во сне.
Ты поверь, дорогая, мне. Потому что я знаю.
Знаю.


Александр Спарбер Весенняя ворчалка http://www.stihi.ru/2013/04/16/3680

Весенняя ворчалка

Не для меня придёт весна
                (из пестни)

Опять весна, чтоб черт ее подрал!
О, как я, бляхамуха, ненавижу
весь этот грязный снег, всю эту жижу,
и шум, и гам, базар-шмокзал-вокзал!

Нет, на природе, может быть, оно
и ничего. А здесь - и воздух спёртый,
и, главное – куда ни бросишь взор ты –
одно говно. Везде одно говно!
Собачье, блин.

На заоконных кронах
гнездятся неопрятные вороны –

ну, вот одна – устроила гнездо
насупротив, аж на верхушке самой,
и смотрит, и кричит:  Я  стану мамой!
Я скоро, скоро, скоро стану мамой!
А ты – ты стар! Ты стар!

- Заткнись! Не то –
как вспомню детство, как возьму рогатку –
ты у меня пойдешь плясать вприсядку
и полетишь, родимая, в траву.
А может, в снег…нет, все-таки на травку…
Да ладно, я шучу. Живи, мерзавка.

И я еще, пожалуй, поживу.


Сергей Сухонин Бедный Василий http://www.stihi.ru/2008/11/02/164

Бедный Василий

У запойного Васьки умирала жена,
Угасала от рака.
И в бреду по постели металась она.
И скулила собака.

И скрипело от зимнего ветра окно,
Снег скользил по аллеям.
Васька пил без закуски на кухне вино,
Ни на грамм не хмелея.

Думал: «Я куролесил, себя не берёг,
Весь прокуренный, пьяный.
Почему же не мой приближается срок,
А Татьяны?

Обливаюсь слезами, но жив и здоров.
Сын же ждет не дождётся,
Что навеки покинув безрадостный кров,
Мать к нему вознесётся…

Словно в жизни иной, бесконечно давно,
Сын наш сгинул в Афгане,
И с тех пор лучшим другом мне стало вино,
Но проклятьем для Тани…»

И взгрустнулось вдруг Ваське о детстве босом,
Что доныне манило.
Закричала Татьяна о чём-то с трудом.
И собака завыла.

Васька воду в стакан по привычке налил,
И с водою к супруге.
А она вдруг сказала: «Ты б цветы подарил
На прощанье подруге».

Васька только кивнул, и, накинув пальто,
В зимний холод спустился,
Позабыв в суете отупляющей, что
До копейки пропился.

Никого здесь не знает, нигде не занять;
Ветер жалящий в спину.
Пусть потом на судьбу будет Васька пенять,
А сейчас – к магазину!

Он в цветочную лавку, рыча, словно зверь,
Ураганом вломился,
И, закрыв на задвижку тяжёлую дверь,
В продавщицу вцепился.

Она деньги с испуга хотела отдать,
Но бандит этот странный
Закричал, что на деньги ему наплевать,
И забрал лишь тюльпаны…

У запойного Васьки умирала жена,
С громким хрипом дышала.
Но увидела мужа с цветами она, –
Улыбнулась устало,

А потом рассмеялась, забыв обо всём,
А Василий заплакал.
И, с надеждою смутной, виляя хвостом,
Подбежала собака.

«Ты мне столько цветов никогда не дарил,
Неудачник мой милый!» –
И Татьяна, вздохнув, замолчала без сил:
Жить закончились силы.

И завыла собака в предсмертной тоске,
Дрожь Василия била.
А Татьяна, с цветком в онемевшей руке,
В лучший мир отходила…

И скрипело от зимнего ветра окно,
Снег скользил по аллеям.
Васька пил на поминках, как воду, вино,
Ни на грамм не хмелея.

Знал он – скоро придёт, и под вечер пришла
Неизбежная кара.
Появились в квартире его опера,
И с поминок – на нары.

Васька тупо суда ожидал, а вдали,
Средь кромешного мрака,
На могиле жены, где метели мели,
Замерзала собака…


Лев Сыроежин Но дети этого не знали... http://www.stihi.ru/2011/07/26/3187

Но дети этого не знали...

Он пил совсем не беспробудно, а с перерывом на работу,
с улыбкой пьяненького Будды на кухне крохотной в субботу
он смело резал хлеб и правду, но путал имена и числа,
учил жену часов пять кряду, а жил как будто не родился,
как будто впереди лет триста - счастливых лет до тихой смерти
в душе он был большим артистом, и это знать могли бы дети.

Она носила, как порфиру, горжетку, меховые боты
и повторяла: "не до жиру" и ненавидела субботы,
когда уборка, стирка, ужин и перебранка со свекровью,
и тихо изменяла мужу, не ради страсти, для здоровья.
Душой по-птичьему пугливой любила море, свежий ветер.
Она мечтала жить красиво, и это знать могли бы дети.

Жизнь не текла, едва сочилась, рапидным кадром застывая,
ни божий гнев, ни божья милость их не пугали, жили с краю,
обычной жизнью без рефлексий, не лили слёзы крокодильи.
Купили дом, гараж и Лексус, вот только деток не родили.
Лишь сердце ныло от печали и запиналось на рассвете...
Но дети этого не знали, их просто не было на свете.


Тео Тео Хесус http://www.stihi.ru/2013/05/09/3848

Хесус

В тот год не выдался урожай,
все ждали голода и смертей,
и муж сказал ей : "Нельзя рожать,
мы не прокормим ещё детей".
Она была упрямо-тверда
и слушала только Голос,
который шептал, что придёт беда,
коль срежет невинный колос.
И молча выносила свой груз,
под градом соседских реплик,
и нарекла ребёнка Хесус,
и мальчик тот вышел крепким.
И, до пяти с половиной лет,
в штормящем житейском море,
он был семье как в окошке свет
и с ним отступало горе.
А как-то летом, в кромешный зной,
он в поисках приключений,
решил переплыть на берег другой
и был унесён теченьем.
Его нашли на второй же день,
целёхоньким, будто спящим,
и только смерти чужая тень
острила черты щемяще.
И хоронили деревней всей,
в молчании беспробудном,
но кто-то выпустил голубей
и все зашептали: " Чудо..."
А мать, слезинки не расплескав,
скрывая тоску и муку,
сказала мужу : "Ведь ты был прав",
и сжала до хруста руку.   


Роло Томаси Кот Баюн http://www.stihi.ru/2011/12/26/1779

Кот Баюн

В который раз я пал в бою
за дело правое, и снова
ко мне приходит кот Баюн
из мракобесия лесного.
Садится рядом и урчит,
и смотрит пристально-зловеще
на мой копьем пробитый щит,
на плоть мою, что стала вещью.
Душа стремится в облака,
меня негромко окликает...
Кот станет кровь мою лакать,
когда умру я.
                Всё.
                Лакает.

Не через год, не через два,
а через сотни тысяч «через»,
когда прогнившая листва
мне отрастит скелет и череп,
я вдруг воскресну и в бою
паду от вражеской десницы.
В который раз мне кот Баюн
на смерть грядущую приснится.


Егор Трубников Принц - Про рыбу  http://www.stihi.ru/2009/08/12/263

Принц - Про рыбу

Демокриту приписывается около 70 работ.
До нашего времени ни одна из них не сохранилась.

Стоял закат. По морю плыли волны. Цвел виноград. Росли карагачи. Один мужчина, — лысый, в меру полный, — на берегу уключину точил. Закончив труд, мужчина сел в корыто, поплыл вперед и в море кинул сеть. И начал ждать, читая Демокрита. Интеллигент, дери его медведь. В воде ходила рыба косяками, в уху желая к ужину попасть. Мужчина не следил за поплавками. Он громко ржал. Совсем забросил снасть. Но рыбы, Демокриту благодарны за то, что изономию внедрил, большой толпой, хихикая коварно, проникли в сеть и сгрудились внутри. Такой объем живого рыбомяса имел немалый вес. В какой-то миг вся эта жизнерадостная масса пошла на дно, а с нею и мужик.

На дне темно. И холодно изрядно. Мужчина был немало удивлен. Ведь только что все было шоколадно. И вдруг — хренак! — вода со всех сторон. И как-то маловато кислорода. И что-то давит — сильно и везде. Здесь не прожить, похоже, даже года. И вот, держа эмоции в узде, мужчина рассудил, что атомарно все вещество (так пишет Демокрит), и пустота, безбрежна и кошмарна, повсюду между атомов царит. Но стало быть, вода не однородна. И вот, сувая пальцы в пустоту, мужчина — представительный, дородный — по жидкости пополз. На красоту такую собрались дивиться скаты и прочие насельники морей. Мужчина выполз, гордый, но помятый, — и поспешил до берега скорей.

Мужчина полз не слишком вертикально и потому ближайшею землей внезапно оказался остров скальный, некрупный и, как видно, нежилой. Но что же делать — надо ждать подмоги. Вот жалко, что нельзя разжечь костер. Он ждал неделю. Две. Озябли ноги. Мужчина похудел, как солитер. У Демокрита все довольно ясно: поскольку во вселенной можно всё, то, стало быть, от гибели ужасной какое-нибудь чудо упасет. И вот мужик опять ползет по морю, надеется прибиться хоть куда. Однако, — ты смотри, какое горе, — земли не видно, всюду лишь вода. Над ним глумилась жижа ледяная. Ну хоть бы риф! Хотя бы просто мель! Мужчина, Демокрита проклиная, по океану ползал семь недель. Когда неделя кончилась седьмая, попал мужик в акулее меню.

* * *

Запомни, принц: философам внимая, не надо верить в ихнюю фигню.


Егор Трубников Принц - Про мясо  http://www.stihi.ru/2009/07/09/5303

Принц - Про мясо

Лежало посреди России мясо. Огромный кус, пудов наверно в пять. Народ точил про это мясо лясы: мол, чье оно, да как его понять. От мяса исходили испаренья, маня к себе людей со всей страны. Вокруг куска устраивались пренья: не сделать ли из мяса ветчины? Не порубить ли мясо на котлеты? Не накормить ли тех, кто отощал? Но главное — откуда мясо это? Господь ли его русским завещал иль сатана подкинул злоехидно, чтоб отвратить от верного пути? Ответов было нифига не видно. А мясо тухло. Надо бы спасти.

«Слепить пельменей! — крикнул дядя Ваня, простой интеллигент из Костромы. — Пельменями сильна держава станет, народы выйдут из ее тюрьмы, приедут кулинары из Парижу, чтоб опыт перенять передовой!». Как жаль, что в глубину навозной жижи был дядя Ваня спущен с головой. Рабочий из Сибири, дядя Петя, помог ему слегка окончить речь. «Пельмени — вздор! Из мяса надо эти... люля-кебабы в пламени запечь! И затолкать их в жопу сраным чуркам, которые плодятся там и тут!» Рабочий был накачанным и юрким, но все равно попал в навозный пруд. «Да пусть гниет! — вскричал сантехник Вася, столичный алкоголик и эстет. — Как жили мы без этого без мяса, так и еще протянем пару лет». Столичный житель был дослушан молча, практически в звенящей тишине. Столичный житель жизнь свою закончил в элитном, свежем, импортном говне. «Позвольте мне, — сказал профессор Громов. — Я тут успел немножко посчитать. Выходит так, что мясокус рекомый нам надобно на атомы разъять, а их раздать — по десять миллионов на каждого из жителей страны». Профессор был дослушан благосклонно, а после бит лопатой со спины.

Судили да рядили дней пятнадцать. Протухло мясо. Не уберегли. И тут какой-то бомж воскликнул: «Братцы!» — и пальцем указал на край земли. Оттуда, из-за края окоема, когтями рвя в клочки земную твердь, восстал, любимым запахом влекомый, огромный и хтонический медведь. Он вышел, как бульдозер из амбара, хозяйски обозрел толпу зевак — и мясо съел. Утихли тары-бары. И кто-то крикнул: «Как же это так?». Медведь вздохнул, оскалился лениво. Задумчиво отведал крикуна. Народ поохал — и пошел за пивом. Подумаешь — медведь. А жизнь одна.

* * *

Сидел медведь. Вокруг была пустыня. И черепа лежали на песке. Он слопал всех и пребывал отныне в державной изнуряющей тоске. Вот правда, говорят, за океаном не извелась двуногая еда...

* * *

Мой принц, запомни: поздно или рано медведь придет за мясом и туда.


Егор Трубников Принц - Про елку http://www.stihi.ru/2009/07/16/2093

Принц - Про елку

В лесу родилась ель. Ее спилил плешивый мужичок из леспромхоза. Тащил ее домой, что было сил, очаровать надеясь Дед Мороза. Установил ее в большом ведре, позвал жену, собаку и ребенка. И елка — дура-дурой, в серебре — стояла. Дело было в сентябре. У мужика болела селезенка, до января дожить он не мечтал и вот решил отпразновать до срока. Откупорил заначенный «Кристалл». И умер от сердечного порока.

Мужик был, если честно, так себе, жене и даже сыну был не нужен. Жена приперла гробик на горбе, засунула туда остатки мужа и удалилась по своим делам. Настала ночь. И вдруг из чащи леса к избушке, издавая шум и гам, полезли — нет-нет-нет, не злые бесы — деревья. Впереди тащился дуб, за ним ольха, береза и рябина. Войдя в избу, деревья взяли труп и унесли в зеленые глубины. А там его поставили на пень, украсили травою и грибами и хоровод водили целый день.

* * *

Не бойся, принц, и не стучи зубами. Шампанского испей — все больше толка. У нас с тобой искусственная елка.


Николай Туманов Ты звала не меня... http://www.stihi.ru/2010/01/22/3787

...быть ребёнком – такое горе!.. я просил, я упрямо спорил… и меня отпустили к морю - сколько можно жить под замком?
...в этот пальмовый рай в ламбадах, где с рассвета на сердце радость, где себя ощущать не надо глупым маменькиным сынком…
...ночь легонько мазнула сажей – сразу утро – не спал я даже – босиком по пустому пляжу, где пока так немного тел…
...это праздник!.. рассвет так светел!.. я с макушки до пяток в лете… потому и тебя я встретил, что так долго тебя хотел…
...мы носились на водных лыжах, мы с тобой становились ближе, а когда соком лайма выжат, падал вечер на сонный пляж,
...на танцполе мы рвали нервы, мне казалось, что я твой первый… ты смеялась открыто, стервой, говорила: «Хоть день, но наш!»
...ты смешные играла роли, но какой-то неясной болью набегала слезинка соли, и делила нас пополам…
...я тогда ревновал сторицей, я смотрел на мужские лица, ненавидя крутые мышцы и шептал: «Я порву вас в хлам!»…

...две недели жары мальтийской… мы с тобою купались в риске… мы с тобой становились близки, мы сливались - всё шло к тому…
...рвался вечер «Раммштайном» в тело, ты кричала… ты что-то пела и машина твоя летела, светом фар протыкая тьму.
...я смотрел – завиток за ушком…
....................................................
...грохот… душит меня подушка, а твоя – пропищав хлопушкой – не сработала – просто брак…
...и с размаху машина - в стену… и кровавый фонтан из вены… а потом пустота, наверно… и повязкой кровавой - мрак…
....................................................
...нас настиг раздражённый идол… где-то мы оступились видно, или стало чертям обидно - захотелось - любви назло…
...но, когда возвратились звуки, выли больно сирены-муки и какие-то визги, стуки –  вырезали тебя пилой…
...этот грохот вонзался в уши – бейся, уши заткни, но слушай – улетают на небо души, не долюблены, всё равно…
...боль врывалась протяжным стоном, я хотел завиток твой тронуть… мне всё чудилось просто сон и... скоро будет финал кино...
...я тебя и не знал ведь толком, и теперь собирал осколки, подвывал одиноким волком, выгорая тоской внутри…
...я болел, я ругался матом, я пугал тишину палаты но, сегодня, когда спала ты, вдруг услышал твой бред: «Марииии…
...не бросай меня, дай мне руку…» в сердце ревность рванулась мукой, я б убил её, эту суку, что тебя у меня крадёт!
...ты звала не меня, но всё же, я молил: «Сделай так, о Боже, чтобы этот ребёнок ожил, пусть не мне… только пусть живёт!
...нет на свете её дороже… я прошу тебя, правый Боже, пусть с другим, пусть с другой, как сможешь… я ведь знаю – ты сможешь, нууу!..
...неужели так Богу нужно, чтобы в глаз её полукружия  проникал этот мёртвый ужас, жёсткой лапой тянул ко дну?»

...то ль проклятьем...
то ль Божьим именем...
но у смерти тебя я выменял...


Николай Туманов Прости-прощай!.. http://www.stihi.ru/2010/02/11/860

прости-прощай!..
звереет проводница под ровный гул Варшавского вокзала…
я знаю, мне ещё не раз приснится, всё то, что ты сегодня рассказала.

какая боль - похоронить надежду, когда любимый у раскрытой двери,
чуть обернувшись скажет, как бы между… «я ухожу… давай-ка без истерик…»
и замереть… как умереть – мгновенно… и лишь внутри себя шептать: «не-на-до!..»
прислушиваясь к эху в тесных стенах, что сохранит его шаги в парадном…

а получив на свадьбу приглашенье – не осознав – закоротило клеммы,
пришить себе на платье украшеньем цветок давно засохшей хризантемы…
и за столом, под чьи-то крики «Горько!» всем улыбаться и кивать вначале…
чтоб через пять минут осмыслить только, что не тебе – совсем другой кричали…

вернувшись ночью в стылую квартиру, ласкать постель и целовать подушку…
и на раскрытом томике Шекспира, среди страниц закладкой бросив душу,
смотреть на мир ослепшими глазами, не понимая, что уткнулась в стену…
и всех простить… 
упав под образами, тупым ножом с улыбкой резать вену…

но всё же выжить…
и услышать ветер…
и вдруг понять, когда из петли вынут,
что ты счастливей всех людей на свете
от слов врача:
«Мамаша, ждёте сына…»


Фррранцуз фор май мазер http://www.stihi.ru/2010/09/10/384

фор май мазер

В метро едет женщина лет сорока пяти,
Фонари, как безумные, скачут в окнах,
Но она их не видит, она засохла,
Не успев всеми листьями прорасти.
На руках - отсутствует маникюр,
На ногах – не туфли, скорее берцы
И душа растрёпанная, и сердце
Почему-то тоже не от кутюр.
У неё сто лет не менялся вкус,
Словно фетиш - завивка и в контур - губы.
С ней соседка по имени тетя Люба
Обсуждает спецвыпуск «Малахов – плюс»,
А в пакете - нежности килограмм,
Вперемешку с сосисками, хлебом, чаем,
Но никто на станции не встречает,
Не протянет к ней руки, не скажет «мам».
"Не подумайте, нет, он хороший сын,
Но связался с какой-то… (не дай-то Боже)...
Эта Таня им крутит, как только может,
Я молюсь, чтобы он побыстрей остыл".

Она смотрит не «на», а как будто «сквозь»,
За окном для неё проплывают горы,
Голубой распахнутый в небо город,
И она в этом городе, словно ось -
Молодая, красивая, мир разжат,
Так распахнут новому в эти «двадцать»,
Что ей впору плясать разрывая сланцы
И смеяться до верхнего этажа…
Вспоминая юность под стук колёс,
Она станет вдруг трогательной и зыбкой,
Уголками рта сбережёт улыбку
И смахнёт "росу набежавших слёз",
Поразмыслит: "Ведь всё хорошо идёт,
На работе стабильно и быт прилизан,
Дома кошка, Донцова и телевизор,
Сын живёт там с какой-то… да пусть живёт!
Лишь бы счастье наметилось у ребят.
Разберутся сами, а лезть не надо..." -
Она думает так, застывает взглядом
И тихонько танцует внутри себя.


Ольга Хворост  Биография http://stihi.ru/2011/06/19/368

Сперматозоид, тест, роддом,
Пустышка, памперс, погремушка,
Ветрянка, школа, ВУЗ, диплом,               
Работа, турпоход, подружка,
Жена, семья, машина, спорт,
Карьера, деньги, дом у моря,
Любовница, долги, дефолт,
Инфаркт, больница, крематорий.

Ольга Хворост Сказка про репку http://www.stihi.ru/2012/04/16/4423

Сказка про репку

Расскажу вам сказку по порядку:
В захолустье дед, купив жильё,
Репку посадил однажды в грядку
И потом выращивал её.

Безвозмездно удобряли всходы
По ночам у деда полсела,
И на органических отходах
Репка сквозь планету проросла.

И, как наступило время с грядки
Урожай запрятать в закрома,
Дед, доходы подсчитав в тетрадке,
Чуть от счастья не сошёл с ума.

В это ж время где-то в Оклахоме
Ошалевший фермер мистер Смит
Обнаружил прямо перед домом
Из земли торчащий монолит.

И, приняв за должное халяву,
Стал тянуть наружу корнеплод,
Дед в России, рассудивши здраво,
Тут же потащил наоборот!

Дед, вцепившись в репку, тянет к дому
От натуги скулами скрипя,
Только этот гад из Оклахомы
Тоже тащит овощ на себя.
 
Бабка к перетягиванью репки
Подключилась, крикнув "ни хрена!!!" -
Оклахомцы репку держат крепко, -
Наглый Смит и Смитова жена.

Смитихе вцепилась в юбку внучка,
Следом пёс невиданных пород;
Русская девчонка тащит Жучку
Защищать хозяйское добро!

Мурка псу впилась когтями в кожу,
И дуэтом вместе с ним орёт;
В Оклахоме кошка знает тоже -
Кто сачкует, тот потом не жрёт!
 
К состязанью подключилась мыша…
Репа сразу вылезла на свет!
В ОКЛАХОМЕ спецрезерв не вышел -
Видно там мышей домашних нет!

Александр Хинт Ловцы человеков – Разговор http://www.stihi.ru/2010/03/23/9257

Ловцы человеков – Разговор

Как стылое сердце Харона
Как крылья вороны, точь-в-точь
В саду у долины Кедрона
Темна палестинская ночь
Каймой, обрамляющей звёзды
Висит неподвижно листва
Тугой эбонитовый воздух
Шевелят только слова

- Что люди? Готовы?
- Готовы. Но каждый готов к своему - одни подрывают основы, другие желают в тюрьму.

- С легендою что?
- Всё красиво. Все смогут придти на обед: две сотни готовят рыбу, пятьсот выпекают хлеб. Вином заменили воду, а нужно - заменят ещё. У нас ведь всё для народа, для нищих.

- Таков расчёт. Что вербы?
- Готовы и вербы: три тысячи веток, впрок. Адепты расставлены верно, споют и помашут в срок. Уже и осла подобрали, улыбчив и терпелив...

Луна серебрит медалью
Верхи гефсиманских олив
Вокруг нарастает стаккато
Как будто весна-дирижёр
В огромном театре цикадном
Уволила целый хор

- Что Лазарь?
- Прикажешь, он встанет. И, может быть даже - пойдёт. Он нынче ничем не занят: не курит, не ест, не пьёт.

- Иуда?
- Рыдал и цеплялся. Но я ведь могу убеждать, есть вещи бойчее танцев, страшней, чем больная мать. Он честен, как глупый философ, и пьян, что плохой винодел. Всё ближе к решенью вопроса, вплотную.

- Таков предел. Кайафа?
- Он просто в нирване и весь расточает елей.

- Пилат?
- Удивительный парень, ведёт себя как еврей. Бывают такие штуки, что просто - гасите свет. Но руки... Всё помнят руки.

- Варраве сказали?
- Нет. Он бестолочь, мелкий сплетник, и не избежать болтовни…

В зелёном один собеседник
Другой собеседник - в тени
Кометой второго завета
Целуют пастушьи костры
Пунцовые губы рассвета
На кромке Масличной горы

- Где двое, Короткий и Длинный? Что слышно о них?
- Ничего. Никто не найдёт их могилы, не вспомнит о них никто. Ветра Аравийского моря развеяли их имена. Они всё могли испортить. Аминь.

- Такова цена. Разбросана сеть декораций, умело наносится грим. Пусть десять, нет, лучше двенадцать всё время идут за ним. Надеюсь, ему намекнули.
- Не знаю, как лучше начать...

- Вы что там, с ума свихнули?
- А как ему ЭТО сказать?! Сценарий продуман блестяще, статисты зубрят свою роль - но кровь быть должна настоящей! Густой и солёной - кровь. И вести должны быть благими ещё до четвёртой грозы. Иначе, сам знаешь - имя. Иначе, сам знаешь - весы. Иначе, сам знаешь - ветер, смещение, чёрный лёд, иначе...

- Сам знаю! Время. И нас ничего не спасёт. Наверх не пускайте женщин, одну лишь девчонку и мать. И гвозди калите покрепче, им нужно всё это держать. Туда двух солдат, построже. И чтоб никакой воды! Я знаю твой норов, Боже, я чую твои следы…

Как меченый каторжник беглый
Неистов и неисправим -
Тяжёлое рыжее пекло
Бьёт в темя Ершалаим
Расслаблены, после ночи
Стекаются к храму купцы
И третьим, последним звоночком
Вдали - колокольчик овцы


Светлана Холодова Неразлучники http://www.stihi.ru/2011/01/14/1752

Неразлучники

Когда нас не станет, когда я тебя догоню,
мы встретимся снова, как двое бессрочно влюблённых,
как два неразлучника, два изумрудно-зелёных –
на птичьем продолжить свою трескотню-воркотню

не где-то за тысячу вёрст, а на ветке одной…
и нежностью бездну разлуки и боли измерив,
уткнёмся друг другу в тропически яркие перья,
и что нам – твой холод и мой обжигающий зной?

и что нам нужда, и беда, и неправедный век,
et omnia vanitas наших судеб колченогих,
когда мы теряли и много, и – главное - многих,
солёную тёплую влагу копя между век?

уже не излечишь – не стоит стараться – никак
волшебный недуг, золотую и нежную рану
...я эти три слова могу повторять неустанно,
как попка-дурак, совершенно как попка-дурак…


Игорь Царёв Бродяга и Бродский http://stihi.ru/2010/06/18/3264

Вида серого, мятого и неброского,
Проходя вагоны походкой шаткою,
Попрошайка шпарит на память Бродского,
Утирая губы дырявой шапкою.

В нём стихов, наверное, тонны, залежи,
Да, ему студентов учить бы в Принстоне!
Но мажором станешь не при вокзале же,
Не отчалишь в Принстон от этой пристани.

Бог послал за день только хвостик ливерной,
И в глаза тоску вперемешку с немочью...
Свой карман ему на ладони вывернув,
Я нашёл всего-то с червонец мелочью.

Он с утра, конечно же, принял лишнего,
И небрит, и профиля не медального...
Возлюби, попробуй, такого ближнего,
И пойми, пожалуй, такого дальнего!

Вот идёт он, пьяненький, в лысом валенке,
Намешав ерша, словно ртути к олову,
Но, при всём при том, не такой и маленький,
Если целый мир уместился в голову.

Электричка мчится, качая креслица,
Контролёры лают, но не кусаются,
И вослед бродяге старухи крестятся:
Ты гляди, он пола-то не касается!..


Роман Цимберов Счастливые люди http://www.stihi.ru/2014/11/07/7842

Счастливые люди

Счастливые люди вокруг и повсюду:
Счастливые сверху бьют с шумом посуду.
Счастливый на улице треснул по роже
Нетрезвого друга, счастливого тоже.

Счастливый гаишник сколол штрафов чеки,
Счастливый несёт из ближайшей аптеки
Боярышник-спирта раствор превосходный,
напиток желанный, любимый, народный.

Счастливый застройщик химичит с раствором,
Счастливый парламент ведет разговоры,
Пишет шпаргалки счастливый студент,
БОМЖик счастливый вдыхает "Момент".

Счастливый чиновник считает откаты,
Счастливый бюджетник живет "до зарплаты"-
Счастливый, счастливый, счастливый народ
В счастливой стране беззаботно живёт.


Чепурных Евгений Петрович В могиле неизвестного поэта http://www.stihi.ru/2013/03/13/2294

В могиле неизвестного поэта,
В которую мы ляжем без имён,
Мерцают рядом свечка и комета,
Сроднившиеся в громе похорон.

Мы не прошли в анналы и журналы.
Живя в тени, мы не отвергли тень.
Мы ляжем здесь — одни провинциалы
Из русских городов и деревень.

Смеясь, плутаем вдоль путей-дорожек
И крошим хлеб печали и страстей.
И, как ни странно, этих малых крошек
Хватает на прокорм России всей.


Чепурных Евгений Петрович Не пейте вино... http://www.stihi.ru/2013/07/12/272

Не пейте вино и не ешьте еду,
Когда я по Вашей ладони  иду.
Не дуйте мне в грудь или в спину.
А то я нечаянно сгину.

А кто же тогда будет чушь городить?
Кто будет по Вашей ладони ходить?
Кормить Ваших глупых Пегасов
И слушаться Ваших приказов?

Кого Вы накажете за баловство?
И по носу щёлкнете больно кого?
Кому Вы поплачетесь сами?
Кого окропите слезами?

Лишь я с упоеньем взираю на Вас,
Лишь я не боюсь Ваших пристальных глаз,
Лишь я Вам так трепетно внемлю.
И, если Вам счастье протянет ладонь,
Не бросьте меня по ошибке в огонь,
А лишь опустите на землю.


Чепурных Евгений Петрович Запамятовал...  http://www.stihi.ru/2014/10/13/106

Запамятовал,
Где идут снега,
Похожие на синее мерцанье,
Большие и дрожащие слегка
И грустные, как сказки без названья.

Как ты живёшь, рябина-сирота,
Царица воробьёв, слуга печали?
Вчера сорвал две кисточки с куста.
Запамятовал,
Господи, вчера ли.

Зима дала мне отзыв и пароль,
И тишину рассудка и порядка,
И под лопаткой ноющую боль.
Запамятовал,
Что там - под лопаткой.

Ах, если бы рябине не краснеть,
И я бы не грустил на пару с нею.
А впереди стоят
Любовь и смерть.
Запамятовал,
Кто из них страшнее...


Чепурных Евгений Петрович Нет у людей ни гвоздей, ни муки... http://www.stihi.ru/2013/06/18/363

 Нет у людей ни гвоздей, ни муки.
Кто там играет на флейте?
Кто нас спасает от смертной тоски?
Вы ему больше налейте.

Вся чистота его солнечных глаз
Порождена соучастьем.
Пусть он. Сердечный. Напьется хоть раз
До абсолютного счастья.

Как ему трудно во тьме и на дне
Нам отдавать эти звуки.
А ведь и сам  на последнем ремне
Носит последние брюки.

Он понимает, что высшая есть
Воля над ним и над нами.
Бог ему даст и попить, и поесть,
И разживиться штанами.

Бог ему высветит к небу пути
И, сокрушаясь при этом,
Бог ему, мальчику, скажет: « Прости
Ты этих пьяных поэтов.

Вечно они нашумят и наврут
Как несмышленые чада.
Но и они не напрасно живут,
А потому что так надо
 


Светлана Чернышёва (Марк Светличный) Пудель цвета абрикоса http://www.stihi.ru/2010/11/21/4048

что ж вы пасмурные люди - всё глядите хмуро косо?
позадраенные в польта в шапки в махонькую жизнь…
улыбнитесь мне я - пудель пудель цвета абрикоса
дело даже не в окраске… в нежной мякоти души
 
я влечу в троллейбус утром… эротишным влажным носом
даме к поручням прилипшей ткнусь в неласковую грудь
не шипите я всего лишь - пудель цвета абрикоса
лапы зубы кудри хвостик… есть фантазия чуть-чуть?

а потом помчусь на площадь поглядеть как лижут флаги
неба сливочную пенку - жмурясь ластясь и фырча
сам причмокивая выем из промасленной бумаги
что-то вкусное ужасно с пылу с жару сгоряча      

а потом рвану к причалу и увидев стаю птичью
обомлею… но очнувшись от бухтенья катерка
на него взахлёб залаю - звонко хлёстко поэтично
так что вздрогнет дядька в шляпе и покрутит у виска…

вечер вечер... над проспектом в проводочках виснут звёзды
деловитые машины шебуршат подошвой шин…   
а потом её увижу… тоже цвета абрикоса
Дело даже не в окраске – в той же мякоти души


Чушь Собачья Непоротая  нелётная погода http://stihi.ru/2011/03/19/9890

троллейбус номер два – битюг, видавший виды,
переменивший рысь на мелкую трусцу, –
услышь мои слова, не вспоминай обиды,
айда в мои дворы – кататься по кольцу.
я накормлю тебя охапкой свежих молний,
а хочешь – светляков наловим на десерт
и полетим, трубя, сквозь облачные волны,
пугая рыбаков необщей миной черт.
да что опять со мной? – пора угомониться.
наверное, весна покоя не даёт.
взлетая мимо нот, порхать на зависть птицам,
всерьез лишая сна валторну и фагот?
забытая метла надулась, как ребенок.
но мне не по годам – верхом и в стиле «ню»…
…а кто-то, пьяный «в хлам», накрывшийся попоной,
осилив свой «агдам», ползёт навстречу дню:
брыкается роман, застряв на середине –
сплошное игого и всё – ни ну, ни тпру.
есть хронотопный план, но где же героиня?
не найдена Марго и тошно поутру…

…у пятого столба при всём честном народе
троллейбус номер два споткнулся и заглох.
кондукторша-судьба сказала: «все выходят».
горланила братва и цвёл чертополох,
дописанный финал сиял нездешним счастьем,
рыжела курага, стонали сизари,
картошку уминал на кухне трезвый Мастер,
отращивал рога троллейбус номер три…


Виктор Шендрик «Мне не виллу на Канарах…» http://www.stihi.ru/2009/10/19/6996

* * *
Мне не виллу на Канарах,
Ни в премьеры, ни в гаранты.
Я б хотел служить в гусарах,
Грудь украсить аксельбантом.

Слыть бретером и рубакой,
Быть решительным и стойким
И кричать «ура» в атаках,
И главенствовать в попойках.

На параде на кобыле
Гарцевал бы знаменитым,
Предварительно б от пыли
Чистил кивер, весь избитый.

Проникал тайком в альковы,
Разводил вокруг амуры
И писал стишки в альбомы
Заневестившимся дурам.

Ни к гаранту, ни к премьеру
Не имею укоризны,
Мне бы в бой пойти за веру,
Государя и Отчизну.

И погибнуть под Парижем,
Не вернуться из похода…
В общем, как-нибудь не выжить
До семнадцатого года.


Виктор Шендрик Всё так же алчен всадник... http://www.stihi.ru/2003/09/02-1078

* * *
Всё так же алчен всадник Буцефала.
Всё так же тонут черепа в пыли.
Всё так же обожая адмирала,
В заливе догорают корабли.
Бьют барабаны. Выметена плаха.
Осокою колышутся штыки.
Свистит ядро. Разорвана рубаха.
Поёт рожок. Равняются полки.
Горят хлеба. Храпят за Доном кони.
Чужой водою пенится шелом.
Любовно греет белые ладони
Над самоваром дряхлый костолом.
Раб иудей перечит фараону.
Костры тела ласкают на крестах.
Минуя полустанки, эшелоны
Торопятся в Освенцим и Карлаг.
Горит Москва. Поставил Бостон чайник.
На перевале гибнет “Эдельвейс”.
В студёной мгле напыщенный “Титаник”
Всё завершает надоевший рейс.
Всё так же к Риму рвётся гунн упорный.
Петарды рвутся. Забривают лбы.
Всё так же утром нужно к речке Чёрной
Курчавому заложнику судьбы.
Стрельцы с проклятьем под топор ложатся.
Трясёт Помпею. Окружён рейхстаг.
А во врата уже стучат данайцы
С загадочной улыбкой на устах.


Александр Шершнев Второй Худосочный еврейский парень http://www.stihi.ru/2010/07/30/4692

Худосочный еврейский парень

Худосочный еврейский парень, он, конечно, был царской крови,
Потому, что ходил в лохмотьях и имел одного осла,
Проповедовать мог часами и излечивал души словом,
Обрекая на добродетель даже тех, кто не делал зла.

Худосочный еврейский парень, мало знавший о гигиене,
Провисевший совсем недолго на тяжёлом своем кресте,
Разве мог он себе представить, что сейчас он для нас бесценен,
Обожаем и вспоминаем, даже всуе и в суете?

Худосочный еврейский парень, указавший нам всем дорогу,
Не ходивший и часа в школу, не левит, и не фарисей,
Убегавший от всех в пустыню, с глазу на глаз, общаться с Богом
Точно с тою же долей правды, что когда-то и Моисей.

Худосочный еврейский парень, отдававший своё монархам,
Не нарочно, а по незнанью, преступавший порой закон,
Он не строил церквей и храмов, и не ставил нам патриархов,
Худосочный еврейский парень, не писавший себе икон.

Худосочный еврейский парень, не деливший людей на расы,
Раздававший хлеба голодным, не считающий барыши,
Худосочный еврейский парень, и сегодня попами в рясах,
Что на смену пришли менялам, продаваемый за гроши.

Худосочный еврейский парень, не признавший греха и блуда,
Потому, что он много думал, и не слишком уж часто ел,
И который насквозь всех видел, в том числе и его – Иуду,
И, конечно же, уцелел бы, если только бы захотел.

Худосочный еврейский парень, бомж бездомный с душой поэта,
Что при жизни всего-то стоил три десятка пустых монет,
Воцарился себе на небе, а мы жаждем добра и света,
Не желая понять упрямо то, что этого в мире нет…


Светлана Ширанкова Insecta http://www.stihi.ru/2010/03/02/116

Insecta

Она утверждает, что раньше могла летать.
Наверное, врёт. А если не врёт - тем хуже.
Ячейка квартиры: санузел, плита, кровать,
За стенкой соседка, ворча, доедает мужа.

Им в такт телевизор хрипит, выдыхая гимн:
"Сплотимся... во имя... на благо родной отчизны..."
Она разгоняет ладонью табачный дым.
Февраль не кончается добрую четверть жизни,

Скелет батареи утратил былой нагрев,
Немытые стёкла в секрете хранят погоду.
Напротив подъезда живёт муравьиный лев -
Он ест должников, что не платят за свет и воду.

Тягучие сны заменяют собой смолу,
Где плавятся странные запахи, звуки, люди...

И ангел небесный её подает к столу
Нездешнего бога на самом красивом блюде.


Светлана Ширанкова Баллада о проходящих мимо http://www.stihi.ru/2008/08/01/1257

Баллада о проходящих мимо

Нарочито подробное и нарочито скучное описание обстоятельств героя: три комнатки, кухня, прихожая... (с) Стругацкие

Она пережила своих детей,
супруга, двух любовников, трёх кошек,
войну, пятнадцать лет очередей,
комплект белья в весёленький горошек,
которому, казалось, сносу нет
(трофейное, ещё из Бранденбурга),
аппендицит – и пляшущий ланцет
в руках у в стельку пьяного хирурга
(а может, и не пьяного – как знать.
А шрам... ей-богу, шрам – такая малость),
железную в амурчиках кровать –
она в квартире в Киеве осталась,
когда пришлось уехать в Астану, –
на ней в последний день зачали Мишку.
До ужаса холодную весну,
барак, бронхит у младшего сынишки,
нелепой смерти призрачную пасть
(но бог отвёл, заняв счастливый случай),
любовь, надежду, чувственную страсть,
святое материнское и сучье,
развод, потом попытку повторить –
удачную… почти… свекровь-мегеру,
и, если уж о боге говорить, –
неверие и истовую веру,
а после – равнодушное «никак»
бензиновым пятном по мутной луже,
когда в душе и в комнате бардак,
и новый день не лучше и не хуже
того, что был – вчера? позавчера?..
Пережила. Смогла. Перетерпела.
Крест-накрест пеленают вечера
изрядно поизношенное тело,
в котором лица копятся на дне –
любимые, знакомые, чужие,
настойчиво маня её вовне,
за грань, к нездешним долам и вершинам,
грозя обрушить хрупкое жильё.
Она чуть свет уходит прочь из дома –
на рынок, в магазин «Чулки – бельё»,
к метро, на площадь возле гастронома –
и там стоит подолгу, просто так.
Ей мелочь иногда к ногам бросают,
разок хотели натравить собак…
А прошлое глядит её глазами
на яркое безумное «сейчас»,
пытаясь ощутить, проникнуть, слиться,
поймать рисунок жестов или фраз,
да без толку. Останкинская спица
надёжно глушит радиоэфир.

Иди себе, не всматриваясь, мимо:
статистом в маске, вытертой до дыр,
участником безликой пантомимы,
но только не… Почувствовал укол?
Ещё не поздно – отвернись, не надо!..
Её рука поднимется легко –
прикрыться от назойливого взгляда,
но ты уже срываешься во тьму,
в бесчисленные сонмища людские,
собой пополнить местную тюрьму –
безводную и мёртвую пустыню.
Рванёшься, будто пленник из оков,
почуявший в металле призрак фальши,
прибавишь шаг, ещё – и был таков,
подальше от… неважно, но подальше.

Но часть тебя останется во мгле,
дрожа от жути, холода и смрада,
на небывалой выжженной земле
среди таких же проходивших рядом.


Елена Ширимова Белорусский вокзал http://www.stihi.ru/2013/04/09/2280

Белорусский вокзал

У электричек на вокзале
В субботу около восьми
Бездомный с ясными глазами
Мне шоколад совал: "Возьми".

И чужд его фигуре грузной,
Нелепым ярким лоскутком
Краснел в ладони заскорузлой
"Рот-фронт с дроблёным фундуком".

Сидел, наверное, в подвале,
Куря и кашляя в дыму,
Но в праздник щедро подавали,
Вот подфартило и ему.

Возликовал: дела пошли ведь!
Ходил, кривя улыбкой рот,
Искал, кого бы осчастливить,
Кому отсыпать от щедрот.

Шапчонку на уши приладив,
С торчащей ватой из заплат
Он был отнюдь не в шоколаде,
Всем расточая шоколад.

Картинно, жестами транжиры
В народ протягивал клешню,
Но разбегались пассажиры
И уводили малышню.

Ну правда, где его обитель?
Барак, помойка, крысы, вши...
Едва не плакал: "Не обидьте,
Я ж на свои, я от души!"

Она сверкала вроде слитка
Среди житейского гнилья –
Его надтреснутая плитка
Ценою в тридцать два рубля.

Пальто обтёрханное в складку,
На левой кисти купола...
Бомж предлагал мне шоколадку
На Белорусском. Я взяла.


Дмитрий Шунин Под столом http://www.stihi.ru/2016/02/01/707

Под столом

До года жил я под столом
С мячом и погремушками,
Беззубым улыбался ртом
И шевелил веснушками.

И если кто-то мимо шёл,
Склонившись любознательно,
Тащил его за капюшон
К себе под стол в объятия.

Мне попадались старики,
И кот, и посторонние.
Я обжигал теплом щеки
И пухлыми ладонями.

Когда темнело всё вокруг
И сверху гасли лампочки,
Я выпускал кота из рук,
Гостям пометить тапочки.

А в горле первые слова
Лежали глыбой каменной.
Я забирался на кровать
И слушал сказки мамины.


Тургут Элл-Макбак Мух http://www.stihi.ru/2016/12/06/5716

Мух

Паучка-старикашку спросили:
“Дедушка, ты столько наплёл паутины,
Столько по стенам набегался,
Спасаясь от туфель, газет и рук,
Прячась за плинтусом, в гардеробе,
Целыми днями вися между двух
Вешалок в дальнем конце чулана —
Чего же ты хочешь теперь,
Когда наступает зима,
Дом заколочен, хозяева съехали,
Старый детский бассейн,
Собравший по каплям
Все слёзы осени,
Замёрз, и сосульки на ставнях
Звенят, будоража слух?”
“Мух”, он бормочет. “Мух, мух.
Мух, мух, мух.”

Старый дедуля-диктатор,
Правивший столько страною,
Что никому не упомнить
Кто правил здесь до него,
Среди большого семейства
Смотрит в экран телевизора
Мутным, невидящим взглядом.
“Дедушка, что же ты хочешь”,
Галдят, обступив его, внуки,
“Ты, от которого прятались толпы,
Спасаясь от ружей, дубинок, лопаток
И этих в серых костюмах,
Целыми днями вися между двух
Вешалок в дальнем конце чулана, —
Что же ты хочешь теперь,
Когда бедность настала,
Люди уехали за море или на небо,
Старая Площадь Парадов
Сплошь поросла бурьяном,
И сосульки на танках
Звенят, будоража слух?”
“Мух”, он бормочет. “Мух, мух.
Мух, мух, мух.”


Татьяна Январская Воспоминания о детстве http://www.stihi.ru/2009/04/26/4879

Воспоминания о детстве

                Светлой памяти моих
                родителей посвящается

Картинки далёкого милого детства,
Где выдумка с правдой живут по соседству,
Где в даль неизвестную манит дорога
И ждёт впереди интересного много…
Где так нелюбимы молочные пенки
И все в синяках и зелёнке коленки.

Ромашки у речки по пояс и выше…
Так хочется влезть и побегать по крыше…
Всего три черешни вмещались в ладошке…
Свернувшись клубком, на кровати спит кошка…
В царапинах ноги, в чернилах все пальцы,
А мама приносит гостинцы от "зайцев"…

* * *
Ушло в бесконечность и кануло в Лету,
Осталось за речкою быстрою где-то...
Тот клён, что казался большим и ветвистым –
Стал маленьким вдруг и таким неказистым.
Как времени быстро река утекает.
Теперь-то я знаю – чудес не бывает,

Но всё же, порою, ночами мне снится
Далёкое детство… Знакомые лица...
Как в старом кино -
             Все беспечны, красивы
И счастлива я…
                А родители – живы…


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.