Виктор Пашков

Ольга Дмитриева Пиир: литературный дневник

Стою на берегу, отсюда небо ближе,


Стою на берегу, отсюда небо ближе,
внизу туман, глубокий сон воды -
образовалось сложное затишье:
к тебе ведут осенние следы.


И Млечный путь, и строгую дорогу
сжимает время в жёсткую спираль -
Вселенная зовёт на паперть к Богу,
в его недосягаемую даль.


Молюсь, но не прошу, а слёзно каюсь
в грехах России, в сущности, в своих, -
от безысходности исхода задыхаюсь
в убогости земных неразберих.


Он видит всё и всех, но не жалеет,
что нас создал подобием своим.
Ночь затянулась, мысли в Вифлееме,
Господь простит. - А мы себя простим?


11.11.2025/21.02.2015
Пашковой (Сухановой) Марии Ильиничне.



После дождика даль туманится,


После дождика даль туманится,
солнце сушит земную весь -
принимаю: какая разница,
чем стихия окажет честь.


Шар земной на оси вращается,
по спирали несётся вверх
и со скоростью надо справиться,
ну а нет - невеликий грех.


Наша жизнь на земле - прелюдия,
невесомость, духовный пух, -
славить Господа - вот орудие:
говорить про себя - на слух.


Пустота у Вселенной мнимая,
плотность космоса как залог -
моя миссия выполнимая,
потому что со мною Бог.



Ночью в комнате дышат иконы


Ночью в комнате дышат иконы;
звёздный свет не стесняет луну;
за окном серебристые кроны
нарушают мою тишину.


Свет, пройдя по ночному тоннелю,
покрывает собой купола;
тень крестов, опускаясь на землю,
в небо взгляд устремить позвала.


То, что вижу - давно завершилось,
в чёрных дырах исчезло за миг,
я хочу осознать, что случилось
во Вселенной прошедших интриг.


Не дано: на земле я прохожий,
жизнь короткая Богом дана -
глядя в небо из тесной прихожей,
жду, когда заберёт тишина.



Колыбель, моя Белая Родина,


Колыбель, моя Белая Родина,
не печаль голубые глаза:
девяностые, страшные, пройдены,
но сказать полегчало нельзя.


Дым стоит над Славянией сутками,
запах гари и въедливый страх -
по привычке живу предрассудками,
а реальность несу на плечах.


Море знаю не Чёрное - Русское,
мне турецкий ярлык ни к чему,
ждут команды бугристые мускулы,
подчиняясь мужскому уму.


Одесситы устали от нелюдей,
Николаевцы ждут Белый Свет,
потому что их Родина Белая
и другой у них Родины нет.






Другие статьи в литературном дневнике: