Обьемлет душу странное веселье…
Так узник, выйдя ночью из тюрьмы,
Как будто упоен горячим зельем
И видит наяву цветные сны…
Все столь легко, возвышенно и просто.
Когда живит дыхание весны.
Исчезла самолюбия короста,
Свободен ум от мысленной возни.
Любовь Христова сердце осияла -
Мне хочется весь шар земной обнять.
И если Богом стерто смерти жало,
То царствует отныне благодать!
Желавшим зла готов изречь прощенье,
Я верю только в торжество добра.
Любовь жемчужным греет ожерельем
Мне душу окрыленную с утра.
Ощерилась, ревя, драконья пасть,
Почуяв запах своей жертвы.
Дочь царская была готова пасть
От ужаса и туги смертной.
Разверзлись во мгновенье небеса,
И молнией спустился Всадник.
Блистали гневом праведным глаза,
И реял плащ багряный сзади.
Святой Георгий огненным копьём
Убил зловонного варана.
Кровь мутная пузырилась ручьём
По скалам из отверстой раны.
Небесный Всадник к луке привязал
Варана чёрно-жёлтой вервью.
Во град приехав, он родне отдал
Живую дочь... Христову веру
Народу громогласно возвестил
И стал средь бела дня невидим.
И к нам на помощь с неба прииди –
Вновь Запад Русь возненавидел!
В войне он пораженья не простит
И ленточки твоей боится!
Зверь знает – русский дух его сразит,
И слышен в мировых столицах
Гул от шагов Бессмертного полка.
Святое гордо реет знамя.
Георгий, сев на быстрого коня,
Как исстари, водительствует нами!
(
мой родной!
Чума Чедчий
моему деду, Куксину Николаю Петровичу, и всем Героям ВОВ, посвящается...
вот скажи мне, дед, какой ты дед?
я не о родстве, я о другом:
мне сейчас гораздо больше лет,
чем тебе, убитому врагом
в кровью захлебнувшемся бою
в самом, что ни есть, расцвете сил
за простую преданность твою
Родине, которую любил.
всем смертям и недругам назло,
в те года, что были так страшны,
бабушке и маме повезло
не сгореть в пожарищах войны,
потому что память о тебе,
жданном и любимом, всякий раз
укрепляла веру их в мольбе
и дарила силы в трудный час.
знаю, что незримо, сквозь года,
ты шагаешь рядышком со мной.
я ведь это чувствую всегда,
мой не постаревший, мой родной!
и когда душа покинет плоть
я ей улыбнусь смиренно вслед,
потому что там, где сам Господь
нам готовит встречу - мёртвых нет!
лоскуточки
от прежнего сердца остались одни лоскуточки.
врач в сторону смотрит, не в силах хоть чем то помочь.
она же у Господа просит всего лишь отсрочки,
ведь если - Отец Он, то, значит, она - Его дочь.
уже не хватает терпения, сил и отваги
на кардиограммы, УЗИ и такую же муть.
всего то нужны - авторучка, да листик бумаги,
да два-три часа без огня, проскользнувшего в грудь.
ей так надоели полжизни в стерильных палатах,
анализы, снова анализы, шёпот сестёр...
ей в детстве казалось, что так, в белоснежных халатах,
являются Ангелы к тем, кто несчастен и хвор.
но жизнь всё уверенней ставила жирные точки
в местах, где для знака вопроса хватало причин,
и нет уже рядом того, кто мог сшить лоскуточки,
чтоб сердце стучало ещё, хоть денёчек один.
главврач, нетерпимый к брожению и беспорядку,
с утра, на обходе, оставил на койке пакет.
в него положил он простой карандаш и тетрадку,
и этим продлил ей с рождения данный билет.
затравленно мечутся чувства на мятой странице.
всё легче дышать по ночам и трудней по утрам.
но души не лечатся даже в ТОЙ САМОЙ больнице -
для этого нужен, хотя бы малюсенький, Храм...
Родине
там, где виды твои унылы
и меж нами всё тоньше нить,
дай мне, Боже, душевной силы,
как и прежде, тебя любить
черствоватым порою сердцем,
неокрепшим подчас умом
в дни, когда никуда не деться
от сомнений в себе самом.
ходит-бродит вокруг измена,
рыщут-свищут беда и смерть,
только вера твоя нетленна
в то, что это не грех - терпеть.
и она исцеляет раны,
окрыляет в нелёгкий час
тех, чьи взгляды на жизнь туманны,
кто в трясине невзгод увяз.
притязанья к тебе нелепы,
а врагов всё сильней страшат
те духовные наши скрепы,
что толкают твоих солдат
сделать шаг к амбразуре дота,
умереть, но не сдаться в плен
и не ждать, что одарит кто-то
хлипким миром войны взамен.
то смеёшься, сползая в бездну,
то рыдаешь, завидя свет,
а захочешь - и я исчезну
и уж больше не вспомнишь, нет.
но чем горше несчастья наши,
чем бледнее твои черты,
тем вернее, что нет ни краше,
ни родней для меня, чем ты!
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
