Кованов Александр Николаевич
Он выжил...
Моему дедушке
Кованову
Ивану Федуловичу -
старшине 4-го
Украинского фронта
Мой дед не расписывал стены
Рейхстага в победном году.
Не брал ни Варшаву, ни Вену.
Он выжил в кромешной аду,
когда подо Ржевом смешались
с огнём и землёй небеса.
Двенадцать от роты остались
Отчизну от смерти спасать.
Потом в госпитальной палате
он видел кошмарные сны
о том, как солдаты-собратья
слетаются в пекло войны
А дальше: Луганск, Запорожье.
И Никополь надобно взять.
Эх, если б подробнее можно
мне было о том рассказать...
Затем Перекоп. В лобовую.
По трупам. Чужим и своим.
По крымской земле, напрямую!
Как будто был небомм храним.
А в Ялте попал под бомбёжку.
Контузило. Ранило в грудь.
И дед мой, хромая немножко,
в обратный отправился путь.
По совести жизнь свою мерил,
трудился на благо страны.
До вздоха последнего верил,
что больше не будет войны.
(6 мая 2026 г. 18.36. СПб)
Когда-нибудь...
Кованов Александр Николаевич
Татке
9 лет 8 месяцев
В М Е С Т Е
Когда потухнет это небо,
я стану воздухом твоим.
Когда в стране не станет хлеба,
то крошек хватит нам двоим.
Когда Земля сойдёт с орбиты,
пытаясь горы уронить,
я, применив рычаг забытый,
тебя сумею сохранить.
Когда Антарктика растает
и будет рай для субмарин,
я стану островом, спасая
тебя от холода глубин.
Когда-нибудь... Пройдут эпохи.
И я кричу в глухой эфир,
что на своём последнем вздохе
спасу тебя. И этот мир.
(30 апреля 2026 г. 14.06. СПб)
Другие статьи в литературном дневнике:
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь .
Соглашаюсь