Маму приняли в специальный комитет многодетных матерей, где ей помогли встать в очередь на улучшение жилплощади и вообще много чем помогли. Одним из видов помощи, который оказывал этот комитет, было распределение гуманитарной помощи из европейских стран и США. Я приходила каждый день от бабки Нины, мы с мамой привозили на коляске большие коробки с гуманитарной помощью и с восторгом, а иногда и с удивлением рассматривали их содержимое. Порой там были весьма любопытные вещи.
Во-первых, нам выдавали по норме финское детское питание. Очень скоро двойняшки на этом питании начали прибавлять в весе и стали похожи на нормальных розовых и пухленьких детей, а не на большеголовых цыплят.
Во-вторых, однажды в одной из коробок обнаружилась целая пачка одноразовых подгузников. Картинка на упаковке помогла маме определить способ их применения. Напомню, что в Советском Союзе всеми гигиеническими нормами рекомендовалось применять тряпичные подгузники, которые делались из марли и многократно стирались, после чего живописно сушились на всех поверхностях в комнате, распространяя запахи хозяйственного мыла, которое тоже, кстати, продавалось по талонам.
В-третьих… даже не знаю, что в-третьих, потому что нам попадались такие продукты западной цивилизации, о которых мы даже слыхом не слыхивали. Например, однажды мы нашли в коробке жидкость для мытья посуды. Об этом тогда никто ничего не знал, потому что посуду мыли также хозяйственным мылом (ни в коем случае не туалетным, а то запах останется!). Две бутылки мы растягивали как могли: разводили в алюминиевом тазу и, помыв посуду, оставляли мыльную воду на следующий раз.
Американцы всегда укладывали в посылки шоколад и шикарные шерстяные армейские одеяла. Теперь, когда я еду поездами с ночевкой, я всегда вспоминаю эти одеяла, потому что в поездах выдают примерно такие же.
Немцы и финны обязательно клали в посылки большие металлические банки с сухим молоком и яичным порошком, так что, имея муку в наволочках, можно было спокойно делать порошковые блины. Особой любовью у нас пользовался так называемый «Ланчемет». Как на самом деле назывались эти консервы, я не помню, но мы их называли именно так. Сейчас они куда-то пропали, я их уже много лет не вижу в продаже, но тогда они казались нам настоящим деликатесом, потому что по вкусу это была настоящая ветчина, которую в СССР ели только по праздникам.
Дядю Сережу, ответственного за стирку пеленок, очень раздражал заграничный стиральный порошок. Он совершенно не пенился, потому что это был порошок для автоматических стиральных машин, выпуск которых как раз наладили на Западе ведущие мировые производители. У нас была стиральная машина активаторного типа, сейчас такие уже мало кто использует. В ней был барабан для стирки и центрифуга для отжимания белья. Технология стирки была такой: сначала в барабан наливалась горячая вода, которую к тому времени нам уже провели, потом туда натиралось на терке хозяйственной мыло, потому что знаменитые советские порошки «Лоск» и «Лотос» совершенно пропали из продажи, а проклятый импортный порошок «совсем не мылился», и затем барабан включался на прокрутку. Белье из него доставалось и полоскалось в раковине в проточной воде; когда все белье было выстирано, его нужно было аккуратно по кругу разложить в центрифуге и включить ее на отжим. Этим дядя Сережа занимался после работы.
Излишки продуктов западной цивилизации, особенно зловредный стиральный порошок, мы обменивали, например, на мясо и считались очень благополучной в плане питания многодетной семьей.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
