Федорович Дмитрий

Ольга Дмитриева Пиир: литературный дневник

Что осталось в памяти?
Федорович Дмитрий



Что осталось в памяти?
Дороги,
Дымка заповедная тайги…
Что, немного? Даже пусть немного,
Для меня хрустальной Селенги,
Ветрами умытого Байкала,
Что пророс корнями в душу мне –
За глаза.
Там даль меня ласкала
Розовостью сопок по весне,
Жгла январской беспощадной ночью,
Накрывая шёпотом небес,
И рвала мировоззренье в клочья
Основаньем новых антитез…
Исподволь в тебя неторопливо
Проникает там таёжный дух:
Сонные ветров речитативы,
Первый робкий зимний белый пух,
Откровенье лунно-звёздной шири,
Горький дух багульника, туман –
И единство с бесконечным миром,
Недоступное для горожан.
Вновь вокзалы и аэродромы,
Скудный быт палаток и кают…
Отчего так тянет вон из дома
В нежилой дорожный неуют?
При судьбы печальной дешевизне,
Старостью заведенной в тупик,
Кажется, что в этой краткой жизни
Что-то не успел и не достиг.
Ждать ли снова свой счастливый случай?
Память отзывается, дразня…
Где-то звёзды падают беззвучно
С небосвода.
Но не для меня.




Гэндальф



Как всё же далеко непросто –
уйти, когда пришёл твой час,
когда так мирно светят звёзды
и боя пыл уже угас,


когда окончена работа
и мир, казалось бы, спасён –
а сердцу грустно отчего-то,
и прошлое ушло, как сон…


Как странно, переживши столько
событий, вызовов, веков
и помня мир, когда он только
вставал из музыки богов,


вступить в покой! О да – свобода.
Но сердце спрашивает: Что ж?
Куда теперь? Ведь нет исхода! –
и чувствует покоя ложь.


Среди друзей – надёжных, верных –
в дыму боёв, в беде людской,
я тоже стал похож на смертных –
о, как я ждал тебя, покой!



Но тишина порой тревожит:
ведь столько лет путей, борьбы,
и я теперь участник тоже
чужой надежды и судьбы.


Я научился их терпенью,
наивной вере, простоте;
и стал чуть-чуть иным теперь я
за годы прожитые те.


В глазах людей – легенда света,
но толку нет от громких слов:
вы ищете во мне ответа?
Я сам его искать готов…



Я видел зла угрюмый морок,
бродя по выжженным полям,
терял порою тех, кто дорог,
давал советы королям;


я видел, как они сражались,
как падали и шли вперёд;
меня терзали боль и жалость –
так проходил за годом год…


Но время – странная идея.
Она ведёт не только вниз.
И я иду. Иду, надеюсь,
туда, где свет. Туда, где высь.



И вот – ни боли, ни сомнений,
ни тяжести земных забот;
рассеял свет остатки тени,
и новый путь меня зовёт.


Но сердце позабыть не может
края, где проживают те,
кто, не имея крыльев, всё же
летят к надежде и мечте!


Их смех, их храбрость, их простое
уменье жить среди полей –
всё это я беру с собою
на борт эльфийских кораблей.



Но – время! Время на пределе,
и есть конец у всех дорог.
Я знаю: всё, что мог, я сделал,
и всё, что должен был, сберёг.





Другие статьи в литературном дневнике: