Тихо, легко, осторожно
Тайно и неторопливо
Ходит олень. Подорожник,
Мята и солнечный ливень,
Дятел и сойка, и в кронах
Непостижимое небо,
Этой тропою укромной
Вместе идут, бесконечность
Их окружает. Олень же
Слушает, остановившись,
Мир. Этот воздух нетленный
Словно из детства, давнишний,
Неуловимо всегдашний
Свет, атмосфера вниманья
И уводящая дальше,
Чем постижимо, прямая
От затворённого сердца
За горизонт, словно в вечер
Сада, потёмок весенних
Мантией, лёгшей на плечи,
Медленно ткущего жизнь.
Владисдав Старикан
.....
Задрожат стволы дубов, как жилки.
Сучья затрещат на все лады.
Вылупятся белые снежинки
Из холодных капелек воды.
Неизвестный Левашов Виктор
Сквозит февраль и бьётся о бетон
панельных глыб, воздвигнутых, как ересь.
Коробки стен, в упрямой силе мерясь,
дробят метель, рождая в щелях стон.
Шипастый снег, в сметеньи вихря греясь,
слезит глаза и спешно гонит вон:
здесь шабаш ведьм, смерчей взбешённых гон.
И город пуст, как брошенная крепость.
Безлюден парк. Зарыт в сугробы пруд.
Размах ветвей повержен в ярый хаос,
что – впрочем – ветер не почёл за труд.
Забыт покой и сумерек усталость,
как нищенка, бредёт в лохмотьях дня,
ни слова им упрёк не оброня.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.