Демиан Торн

В мире есть лишь три из недоказанных вещей, которыми люди пользуются чаще всего:
God, love and soul

Здравствуйте, маленькие друзья! Сегодня я расскажу вам сказку о... шучу, конечно. В общем, никаких смыслов вы здесь не найдете — здесь их просто нет. Однако, если кто-то не знал, то напомню: мир никому не обещал, что поддается аристотелевской логике — мир объективной реальности, разумеется. Зато мир сапиенсов поддается много чему (история соврать не даст), а при приличном промоушене еще и трансформируется соответственно. Хотя инструментов такой трансформации немного. Лично мне на сегодня известны два таких инструмента, сменившие друг друга. И оба уже отработаны. Но вот отличный вопрос: а может ли поэзия изменить и трансформировать мир? Нет, не может. Но что же тогда такое эта поэзия? Поэзия — это сжатая форма прозы. Иногда — ее апогей. Для каждой из культур это сжатие происходит по-разному. А в результате перевода происходит культурный обмен. Слышали когда-нибудь о стреле времени? Если да, то можете прочувствовать, что между культурным обменом и физическим понятием «стрелы времени» есть глубокое внутреннее сходство. Главная точка соприкосновения здесь — необратимость процессов. Необратимость, усложнение и эволюция, стирание абсолютных границ. Но есть и различия: в отличие от физической стрелы времени, где энтропия ведет к разрушению и однородности, культурный обмен может породить новое разнообразие, когда из слияния двух старых культур рождается третья, уникальная, противостоящая хаосу и распаду. И пусть поэзия не может изменить мир, зато она может показать его фрагменты в моменте. И зачастую очень даже красиво показать. Как песню. Как мастерство слова. Вы же не думали, что вы мыслите (формируете некие смыслы, в т. ч. и скрытые) чем-то другим, кроме слов? Или думали? Ведь есть и такие, кто на первое место в мире сапиенсов ставят власть, политику, деньги, а язык — где-то уже далеко после, не понимая, что, оставшись без языка, мыслить им об этих вещах будет просто нечем. Именно язык создал главный фундамент бытия сапиенса — культуру, нервом которой является поэзия, хотя это уже и не так очевидно. Увидим ли мы с вами закат поэзии в общей атмосфере гегемонии человека, как в «Гиперионе» Симмонса, мне не известно, но то, что он произойдет, — несомненно. А пока представлю три варианта культурного обмена от мастеров слова, где перевод не является эквивалентно лингвистическим, но являет собой уже отдельное произведение, когда вариант перевода звучит прекраснее оригинала...
1 - Поражение Сеннахериба Байрона в переводе Алексея Толстого.
2 - Вересковый мед Стивенсона в переводе Маршака.
3 – Среди чужих Ли Бо в переводе Гитовича.
Читайте и наслаждайтесь. Если сможете.

Написать личное сообщение    Добавить в список избранных

Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.

Соглашаюсь