Ольга Надпорожская. Не умирают любящие Бога!27 июня — сорок дней со времени кончины иеромонаха Романа *** Ночью накануне отпевания отца Романа гроб находился в Храме Покрова Пресвятой Богородицы в деревне Боровик, возле него до утра читали Евангелие. Где-то в середине ночи я вышла из Храма, решив ненадолго прилечь в доме для паломников. Возле Храма в полный голос пел соловей, а со стороны алтаря уже занималась заря — в конце мая на Псковщине белые ночи. И вдруг вспомнила песнопение отца Романа: Белая ночь приготовила ложе на Псковщине, Белая ночь воскурила туманами лёгкими, Из-за тумана деревья как будто подвешены, Состояние было примерно как в пасхальную ночь — усталость и в то же время внутреннее напряжение, желание, чтобы продолжалась молитва, ощущение какого-то незримого торжества. Даже приглушённый розовый цвет неба напомнил пасхальный свет — когда не только все облачения в Храме красные, но кажется, что всё изнутри наполнено светом. Уйти от этого было просто невозможно. Поэтому вернулась в Храм и только под утро ненадолго заснула там на скамейке. Проснулась от того, что стукнула дверь — в Храм входили печерские монахи, скоро должна была начаться заупокойная Литургия. Конечно, это была ночь скорби, но в то же время, вспоминая эти часы, понимаю, что хотела бы пережить их ещё раз. Другое песнопение отца Романа вспомнилось, когда после отпевания гроб перенесли в лодку, чтобы везти по реке в скит Ветрово: Мой старый друг. Когда на склоне дня И положи, прошу, в сосновый чёлн, О лилии! Не следуйте за мной. Я не вернусь, я больше не вернусь. Безветрие. Неведомый покой. Кто бы мог подумать, что этот поэтический образ, как будто даже избыточно прекрасный, может настолько буквально воплотиться в жизнь — ведь в жизни вообще не бывает ничего подобного. Бесполезно пытаться понять — предчувствовал ли отец Роман, как всё будет, или действительно слово может обладать такой поразительной творческой силой. А одно не очень известное стихотворение удалось полностью вспомнить только к концу сорокадневного поминовения отца Романа. Оно вспомнилось и как ответ тем, кто после погребения задавал вопросы: а почему его не похоронили в Псково-Печерском монастыре или в Троице-Сергиевой лавре? Почему похоронили где-то в глуши, куда так трудно добираться? Отец Роман неоднократно говорил близким людям, что хотел бы, чтобы его похоронили в Ветрово, запечатлел это желание и в стихах: Душа полна благодаренья. Зачем из сена изголовье Желанны сердцу псалмопенья, Болит заранее утроба: Не стоит жалости, поверьте, Последние строчки этого стихотворения дают право сказать уже не о поэзии, а о Евангельских словах, которые поразили меня в день погребения отца Романа, может быть, больше всего. Они читались на Службе в Храме, и сначала подумала, что этот отрывок всегда звучит во время заупокойной Литургии. А потом поняла, что по смыслу они относятся к попразднству Вознесения, и что именно это Евангелие и должно было звучать в тот день. Это слова прощания Спасителя с учениками, но прозвучали они так, как будто и отец Роман прощался ими со всеми нами: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мiр дает, Аз даю вам. Да не смущается сердце ваше, ни устрашает. Слышасте, яко Аз рех вам: иду и прииду к вам. Аще бысте любили Мя, возрадовалися бысте (убо), яко рех: иду ко Отцу: яко Отец Мой болий Мене есть… » (Ин. 14: 27-31). Говорю о прощании отца Романа с нами, но понимаю, что это слово очень условно. Наверное, слово расставание подходит больше, но и оно не точно. Знаю, что отец Роман останется в нашей жизни, и не только стихами. «Не умирают любящие Бога!» — это его собственные слова, звучащие как отголосок Евангелия. Дай Бог, чтобы это кого-то утешило! Сайт «Ветрово» © Copyright: Шельгова Татьяна, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
