«И приходит понимание чего-то ещё.
И не касаясь между нами
в грациозе и пластике
течет ещё одна реальность,
покруче фантастики.
Ее немногие видят
бегут за ней, а потом
одни уходят на небо,
другие уходят в дурдом».
рок-группа Znaki
Моя комната это айсберг самой тихой и спокойной реальности, а под ним нахожусь я. Или даже прячусь. Или нахожусь в изоляции (очень нравится этот образ). А может быть просто брошен в плен собственного ума, который принимает разные формы. То растягивается, становясь прозрачным, как паутина, то стягивается туго, как кокон.
И я всегда жил в окружении этих молчаливых и немых айсбергов. Дрейфовал на собственных льдинах от одного берега к другому. И глупо будет роптать на судьбу, ставя ей в вину, что не находил я на этих берегах людей по крови себе близких и подобных. Сам виноват. Оставлял одних, надеялся на что-то другое...
А везде в сущности одно и тоже. Кроме декораций. Но на них достаточно и одного взгляда, чтобы держать в памяти.
Это как быть одному на высоком утесе. Смотреть вниз. Видеть мир во всех красках. И слышать его звук. Вернее, речь. Голос. Или лучше смотреть в даль, становясь непроницаемо задумчивым и грустным. И одиноким. И, конечно, одиноким. Одиночество, куда же без него.
Домой, домой, домой,
с Крестовского съезжая
моста, я вздрогнул: Боже мой,
какая жизнь простая,
как всё проявлено: торчат
деревья, трубы,
и мокрый снег летит, и спят
в снегу гребные клубы,
и все молчит, срезаясь за
стекло косым квадратом,
то набегая, то сквозя,
то волочась закатом,
а там, средь серых плоскостей,
смиряются, смиряют,
хоронят, любят, ждут гостей,
живут и умирают,
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
