***

Тома Мин: литературный дневник

Что такое созерцание?


Не мы решаем пробудиться, но Бог решает сам
однажды разбудить нас


Уединение, не
разъединение


Тело с переломанными костями


Что такое созерцание?


Созерцание — это высшее выражение
умственной и духовной жизни человека.


Это духовная жизнь, трезвая, деятельная,
вполне сознающая самоё себя. Это духовное чудо.


Это непроизволь­ное благоговение


перед жизнью святостью.
Это благодарность


за живое существование.
за осознание
того, что наша жизнь берет начало


из невидимого, трансцендентного
мозерцания


бесконечно щедрого Источника.
Созерцание — это, прежде всего, осознание реальности
этого Источника.


Оно знает Источник, неясно, необъяснимо,
но с уверенностью,
превышающей разум и веру.


Ибо созерцание — это своего рода духовное зрение,
к которому, в сущности, стремятся и разум, и вера,
т.к. без него они неизбежно остаются несовершенными.


Однако созерцание это не зрение, потому что оно видит «не видя» и знает «не зная».
Это глубочайшая вера, знание, слишком глубокое,
чтобы его постичь в словах, понятиях или образах .


На него можно намекнуть символами,
но в тот момент, когда созерцающий пытается выразить,


что он знает, он отрицает то, что утверждал,
и отказывается от своих слов.
Ибо в созерцании мы знаем, «не зная».
Или, точнее, мы знаем, но по другую сторону знания
или незнания.


У поэзии, музыки,
искусства есть что-то общее с созерцательным опытом.


Но созерцание идет дальше эстетической интуиции,
дальше искусства, дальше поэзии.
Оно идет дальше философии
и умозрительного богословия.
Оно превосходит, восполняет их,


в то же самое время заменяя и отрицая.
Созерцание


всегда сверх и вне, за пределами нашего знания,
наших систем, выше объяснений, рассуждений,


выше нас самих.
Чтобы войти в мир


созерцания,
в каком-то смысле надо


умереть,
но эта смерть


оказывается выходом
в жизньвысшую.


Это смерть во имя
той жизни,


которая оставляет позади все, что мы знаем и ценим
как нашу жизнь и мысль, наш опыт, наши радости.


Таким образом,


созерцание
вытесняет и отбрасывает


все иные формы интуиции и опыта,
будь то в искусстве, философии, богословии,
в литургическом опыте,


или на обычных уровнях любви и веры.
Это отрицание,но оно, конечно,


только мнимое.
Созерцание совместимо со всем перечисленным,
т.к. является завершением


этого разнообразного опыта.



Но в самом опыте созерцания
все другое мгновенно исчезает.
Оно «умирает»


для того, что­бы снова родиться на более высоком уровне.


созерцание
прикасается
к знанию


и даже опыту
познания Бога


как бы коснувшись Его.
источник всего,


что существует.
трансцендентного и невыразимого Бога.
Оно
Или вернее, как будто его невидимо коснулся Бог...
Коснулся Тот, у Кого нет рук, но Кто —


подлинная реальность и источник всего, что существует.
Поэтому Это то экзистенциальное прикосновение,
которые мы имеем в виду, когда говорим — метафорически —
что нас коснулся Бог.


Созерцание
это также


ответ на призыв Того,
Кто


говорит в глубине на­шего существа,
ибо мы сами — Его слова.
Кто не имеет голоса,
говорит во всём,
что существует, живет
и тем не менее
мы слова, которые должны Ему ответить,
отозваться как эхо


на Его призыв,
даже вместить


и выразить Его.



Созерцание именно такое эхо.


Это отклик из самой глубины нашего духа,
в которой


сама наша жизнь теряет свой особый голос


и отзывается величием и милостью Сокрытого и Живого.
Через нас Он отвечает Самому Себе,


и Его ответ это божественная жизнь,
всеобновляющее божественное творчество.
Мы сами становимся


Его откликом и Его ответом.
Как будто, творя нас, Бог вопрошал,
а пробуждая нас к созерцанию,


Он отвечает на этот вопрос,
так что созерцающий
оказывается
одновременно и вопросом, и ответом.


Созерцательная жизнь подразумевает два уровня сознания:
сознание вопроса и сознание ответа.


Хотя это два разных и весьма отличных друг от друга уровня, они в то же время являются осознанием одного и того же.


Сам вопрос является ответом, а мы сами — тем и другим.
Но мы не можем осознать это, пока не перейдем на другой уровень сознания. Мы пробуждаемся и понимаем, что вопрос —
свой же собственный ответ,


а не что-то совершенно отличное.
И это все можно суммировать


в одном сознании — не посылке, а опыте — «Я есмь».


А что можно сказать?


Или Вы думаете, что в такую ночь должны рождаться ведьмы?


Да, говоря языком мистерии,


Вальпургиева ночь одна из самых мистических в году. Но вот у меня лично есть не просто знакомые, а именно такой вот человек (правда связь давно потеряна), девушка, которая родилась незадолго до полуночи 30 апреля, но врач сделала запись на 1 мая. Ну и что?
Нормальная девчонка росла,


ничего мистического в ней не было.
Хотя я склонен считать, что все русские женщины - ведьмы,
но уж в силу моих убеждений (в смысле от слова "ведать").


Все-таки многое зависит от того, какой знак Зодиака,
точная дата


рождения, а также и как называли оного человека.
Конечно,
то что приходится на такие праздники (все-таки у многих народов с дохристианских времен в это время был праздник весны)
возможно и может повлиять.


Просто эти люди были бы людьми первого весеннего дня,
если бы вера прошлых религий ещё существовала бы в нынешнее время. А у нас лишь отголоски былых религий.



Другие статьи в литературном дневнике: