С того момента, как я переехала к маме, наши встречи с Аликом становились все короче и короче.
Обычно он ждал меня на лестнице черного хода и от скуки вырезал перочинным ножичком на побеленных стенах мое и свое имя.
Хранилище памяти.
Недавно я побывала на Обводном и обнаружила, что годы над аликовыми художествами не властны. Стены хоть и побелены уже по несколько раз, но все равно на них видны сердечки и наши имена.
Я ненадолго выходила, мы болтали на лестнице, целовались, и я возвращалась домой.
Тут нужно сказать, что человек я очень вспыльчивый. Мало того, у меня есть одна черта, о которой я очень сожалею. Дело в том, что на большое, обидное прегрешение, я могу не отреагировать вовсе и забыть на время. Но потом какой-нибудь маленький проступок неожиданно вызывает бурю эмоций, и начинается истерическое вспоминание и перечисление всех былых больших и маленьких грехов. Никто никогда этого не понимал, в том числе и Алик. Он, успокоенный моей ровной реакцией на какое-то событие, забывал про него, и вдруг, в другой день, в совершенно другой ситуации, я вываливала на него потоки слёз и обвинений.
Обычно Алик спокойно все выслушивал и пропадал на время. А потом опять появлялся.
Но однажды не появился.
В Горелово все про всех всё знают. Позже мне рассказали, что Алик встречается с другой девушкой. Она помогала его маме по хозяйству.
В конце года его призвали в армию.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
