Десятый класс. Я училась, как проклятая.
Бабка Нина уже вышла на пенсию, и мы жили на то, что она выручала с поездок в Польшу.
Наверное, впервые ей стало очень тяжело, но я этого не понимала.
Я была такой же неудобоваримый подросток, какой сейчас мой сын. Новая польская одежда, которую покупает бабка Нина, кучей складировалась в ванной. Не знаю, почему – то ли потому, что у меня раньше не было столько нарядов, то ли потому, что во мне проснулся женский характер – наряды я меняла каждый день. Один день поносила – уже запачкалось. А стиральная машина тогда была активаторного типа, и стирать в ней тяжко.
– Времени не напасешься! – возмущалась бабка Нина. – Стирай хотя бы сама!
Окончательно ее терпение закончилось, когда я испортила новую джинсовую юбку – поставила пятно фломастером.
– Мне больше не купить такую дорогую! – закричала бабка Нина и с досады забросила испорченную вещь под шкаф.
Нет, я все равно не понимала, что ей тяжело.
К тому времени на сто первом километре она завела целый зоопарк: индюшек, куриц и кроликов. Как и наши соседи. Кормили их по договоренности – по очереди.
Однажды бабка Нина отправилась в Польшу, а кормить скотину было некому. Оставили меня.
Последнее напутствие: «Тушенка в подполе, картошка там же, комбикорм в мешке на веранде».
Мне удалось удачно запарить комбикорм. И только.
Крышка подпола не открывалась, мне ее было не поднять. И я осталась на сто первом километре одна, без знакомых и без еды. Сотовые телефоны в то время были только у избранных.
На второй день я отыскала консервную банку кильки в томате. Осталась одна проблема – чем ее открыть?
Я отправилась к соседям. Дверь открыл незнакомый мужчина.
– О! Килечка в томате! Ценю соседей! – воскликнул он. – За знакомство!
В общем, осталась я без кильки. Поскольку я была очень вежливым подростком, то сказать, что я вообще-то пришла за консервным ножом, мне не хватило духу.
Я еще немного поискала по сусекам и нашла большие пакеты овсяных хлопьев.
Хранилище памяти.
Овсяные хлопья – продукт отечественного производства. Они стоили в то время так дешево, что бабка Нина скупала их огромными коробками на корм курицам. Мне удалось согреть воды на плитке с двумя газовыми баллонами и сварить себе овсянку.
На третий день я овсянку уже ненавидела. А на следующий день приехали мама и бабка Нина – посмотреть, как у меня дела на сто первом километре.
Скандал был ужасающий. Они потом долго не разговаривали друг с другом.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
