Ли Бо пишет письмо Ду Фу на Северо-Восток

После долгого расставания с другом, находясь на Юге, Ли Бо пишет письмо Ду Фу на Северо-восток, зная, что оно не дойдёт до адресата.

Мой нефритовый стебель
Утратил заветную твердость.
Твой базальтовый колос,
Должно быть, как прежде, упруг.
Перед натиском лет
Отступает ненужная гордость,
Остаётся лишь память,
Как почерк слабеющих рук.

О, единственный друг!
В этом маленьком южном селенье,
Безнадежно затерянном
Средь болотистых душных равнин,
Незавидная участь
Растерявшегося поколенья
Ранит душу мою,
Отравляя бесцветные дни.

Невозвратное время
Пиров, маскарадов и флирта,
Состязаний поэтов
И неспешных бесед при луне
Нынче кажется сном.
Поднебесная кровью залита.
Может, после кошмара ночного
Мы в чужой очутились стране?!

Невесомые ткани,
Скрывавшие прелести фрейлин,
Не спеша истлевают
В стороне от заросших дорог.
И на тысячи ли
Край родной серым прахом устелен.
И для нас, заблуждавшихся,
Это слишком жестокий урок.

Сколько сильных мужчин
Пали жертвами распрей придворных,
Устояв перед натиском
Четырех бесконечных стихий!
Растворилась их кровь
В водах рек и равнинных, и горных.
Мало новых мелодий,
И на них не напишешь стихи.

А небесные девы –
Те, которых не смели коснуться,
Неприступные феи,
Что для нас были слишком юны,
Ради прихоти варваров
Рады в низком поклоне согнуться,
Исполняя свой долг
С частотой появленья Луны.

...Но довольно! Не то
Ты, пожалуй, решишь ненароком,
Что твой верный Ли Бо
Превратился в зануду, в брюзгу!
Лишь одно придает
Силы мне устоять перед Роком:
Это образы снов,
Что в моём возникают мозгу.

Нынче снился мне сон;
Ниспослало мне Небо виденье:
Мы в беседке вдвоём
Пьём вино. Чуть стрекочут сверчки.
Мы сильны, веселы.
И доносится с озера пенье.
Старый кот на циновке
Жёлтых глаз своих сузил зрачки.

Всё, как будто вчера:
Светлый день ожиданьем наполнен.
Нет беседе конца,
И не нужно особенных слов.
Разливая вино,
Ты увидел в кошачьих глазах наступающий полдень.
Над спокойствием чаш
Тихо плыли края рукавов.


Рецензии
Надеюсь, не надоел своими замечаниями. В данном случае сработал мерзкий характер. Очень уж выбиваются из контекста маскарады, фрейлины и другое, включая фей. Тут так: Бродский (извините, что именно здесь я Вам о нем напоминаю) в своем римском цикле ничем не выдал что пишет в 20-м столетии...

Владимир Черноморский   19.01.2019 23:56     Заявить о нарушении
Не надоели, продолжайте )
Даже не попытаюсь спорить. Всё именно так. Почему - об этом чуть ниже.
Более того, Бродский и в своём стихотворении "Письма династии Минь" (которое, будучи услышанным мною в юности по "Голосу Америки" в исполнении автора, и сподвигло меня на написание "Китайского цикла") ни единым анахронизмом себя не запятнал, разве что слово "таблетка" чуть-чуть режет слух. Классик, что тут сказать )
Теперь мои "пояснения" по поводу "вестернизации".
Почему написалось так, как написалось? Причин несколько.
1. Да просто так вышло. Автор был молод и особо не заморачивался над шлифовкой текста.
2. Неосознанно ориентировался на лучшие примеры блестящих переводчиков китайских поэтов (Гитович, Ахматова), которые вольно обращались с терминологией (одна "лютня" чего стОит: "Я вспомнил пир,/Когда по лютне нежной/Атласные/Скользили рукава".
3. Перед любым переводчиком с китайского или графоманом, которому взбредет в голову написать что-то "синологическое", встанет дилемма: либо переводить китайские термины, заменяя их на славянские архаизмы (как Гнедич при переводе Гомера или - вспомните "Сон в красном тереме"), либо использовать слова, заимствованные нами из западных языков ("студент" вместо "сюцай", например). Использование китайских слов в русской транскрипции, как правило, перегружает текст и делает его напыщенным.

А вообще, поделюсь сильным впечатлением, которое я испытал, когда лет 20 назад по случаю прошёл краткий курс китайского языка. Меня поразил тот простой факт, что в китайском языке еще со времен династии Хань вошли в обиход и используются до сих пор такие исконно китайские слова, которые на современный (!) русский язык переводятся исключительно с помощью заимствованных латинизмов или эллинизмов, например "университет", "генерал", "офицер", "канцелярия", "экзамен", "аттестация", тот же "студент", "департамент" и прочая и прочая. И модернизация Китая практически не сказалась на их языке - заимствований и сегодня крайне мало: зачем брать на вооружение иностранные слова, когда уже есть термины для всех необходимых в современной жизни понятий?
Так уж по-разному развивались и обогащались китайский и русский языки (и, соответственно, китайская и русская цивилизации), ничего тут не поделаешь.

Владимир, спасибо Вам. Многословность моя - наверное, от дефицита общения с мудрыми и доброжелательными рецензентами.

Марсель Шамсивалеев   27.01.2019 00:41   Заявить о нарушении
Глубокое удовлетворение объяснением, данным в под 1), а также в последнем абзаце. А вот ссылки на великих не убеждают. В былые времена допускалось много вольностей не только в поэтических, но и вообще переводах. В результате, мы, например, имеем "Аравию", "Гудзон", "Мехико" и т.д. Гнедичи не заморачивались, а поэты, занимавшиеся этим ради куска хлеба, просто писали сочинения на тему, изредка заглядывая в подстрочник (не в текст).

Владимир Черноморский   27.01.2019 05:46   Заявить о нарушении
Согласен.
Вспомнилось ещё про великих - как-то сравнил перевод С.Я.Маршака "старинной моряцкой песни" "Русалка" и оригинал. Хм, да... Познавательно ))

http://s-marshak.ru/works/trans/trans018.htm

http://mainlynorfolk.info/martin.carthy/songs/mermaid.html

Марсель Шамсивалеев   27.01.2019 13:06   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.