Дмитрий Артис почти сразу после получения почётного звания «Поэт 2011 года» (по версии портала «Стихи ру» войдя в тройку лучших) решил поразить своих почитателей стихотворением «Остров». Поскольку стихотворение датировано 2010 годом, то, думается, что Артис не рискнул представить ранее свой шедевр именно потому, что ещё не имел звания первого поэта. А теперь уж можно – победителю всё простится. Впрочем, вот само произведение, вокруг которого скрестились взгляды непрофессиональных критиков.
***
вот бы собрать всех своих детей
под одной крышей собрать детей
закрыть крепко-накрепко двери
окна закрыть крепко-накрепко
щели замазать смолой заклеить
вентиляцию скотчем
и включить газ
вот бы усадить всех своих женщин
за один стол усадить всех женщин
накормить их досыта напоить их
допьяна напоить накормить досыта
едой самой вкусной вином самым
сладким вином напоить
и вспороть животы
вот бы поселить всех своих друзей
в одном доме поселить всех друзей
под одной крышей собрать за один
стол усадить и включить и вспороть
и взорвать и вспороть и включить
и взорвать всех
вот бы мне оказаться на острове
на необитаемом острове оказаться
и научиться разговаривать
с птицами на простом
человеческом
языке
Что это – очередная пощёчина общественному вкусу? Или – результат психического расстройства? Или всё гораздо проще – эпатажный рекламный трюк, где при желании можно отыскать всё, что угодно, кроме самой поэзии? Читатели-рецензенты разошлись во мнениях. Причем, их мнения не менее любопытны, чем само произведение, вызвавшее их к жизни. (Дядюшке Фрейду, думаю, хватило бы на хорошую научную работу). Вот только несколько из них:
«Изумительно пишете».
«На стихирской сцене сеансы саморазоблачения триумфально продолжаются!»
«Какая кровожадность. Жадность. Жадность. Жадность ещё никого до добра не доводила. А Вам не будет одиноко на этом необитаемом острове?»
«А может взобраться с пулемётом на самую высокую гору?».
«Дмитрий!
Не скрою от вас, сначала поддавшись настроению стиха, очень
забоялась за детей, а, увидев строчки про нас голубушек,
так радостно стало, что и про нас красивых, белых и пушистых вы не забыли.
Останемся на века в вашей нетленке. Спасибо!»
«Пoдпuсyюcь пoд кaждым Baшuм словом - кaк бывшuй пeдaгoг-фuлолог с мнoгoлeтнuм стaжeм u псхолог по второму образованию, начитавшаяся глупых книжек».
«Сильно и страшно, Дима...
И не обращай внимания на некоторых чудаков, прежде превозносивших тебя до небес, а здесь с таким же рвением бросающим камни...
Удивило - вроде большие дяди-тёти, а повелись, как дети, отождествляя ЛГ и автора...»
«Эти стихи для заумных читателей или садистов».
«Не согласна. Это просто эпатаж. Поведение, свойственное подростковому периоду. Запустить камнем, чтобы тебя увидели.
Прочитала стихотворение несколько раз. Во-первых, конечно, это не стихи. Стихи у Артиса есть, но это именно эпатаж, и только. Поэтому стихотворением называю условно.
Во-вторых, это признак стойкой депрессии, если давнее эпатажное состояние(стихотворение 2010 г.) имеет значение и сейчас. Что-то надо с этим делать, выход искать, а не жить в тупике. И не надо никого убеждать, что это лишь состояние Вашего ЛГ. Проходила, знаю.
В-третьих, прочитав, сначала подумала: вышел, наконец, из-за розовой шторы ("стихи из-за розовой шторы" - это я цитирую мнение другого человека о стихах Артиса, оно, во многом, совпадает с моим). Но, перечитав, поняла, что нет. Вспомнила поведение подростка, с которым работала. Из кожи лез, чтобы показать свою "крутость", а дома прятался, в стенку вжимался, когда приходили чужие. Грустно...
В-четвёртых, даже если отринуть всё вышенаписанное мной, надо бы всё-таки помнить всем нам, господа писатели, о мере ответственности за Слово сказанное. И Артису, да и не только ему пора бы говорить "на простом человеческом языке", чтобы столь негативная реакция, выраженная в рецензиях, не возникала».
«Листать ленту рецензий было забавней, чем откапывать двойной (или тройной) смысл этого жизнеутверждающего произведения».
Ну, что ж, что задумывал автор, публикуя на своей странице столь экзотическое произведение, то и получил – вызвал шум. Но голое трюкачество и истинная поэзия вещи не совместимые. В этой связи мне вспомнилась ватага имажинистов, возглавляемая Шершеневичем и Мариенгофом. Всё это уже было – и эпатаж, и изощрённость, и пощёчина общественному вкусу…
Однако в поэзии встречаются действительно сильные строки, по форме похожие на эпатаж, а по сути – вызывающие в обывателе содрогание. То содрогание, которое должно щёлкнуть каким-то тумблером в одеревеневшей обывательской душе. Владимир Маяковский действительно как поэт пошёл на риск, бросив в толпу эту жуткую строку «Люблю смотреть, как умирают дети…» И Маяковскому гораздо сильнее досталось от сытой публики, жующей калачи в голодной стране, кишащей беспризорниками. Поэт на то и поэт, чтобы искать и находить «инструменты», которые способны дотянуться до хорошо защищённых от любого внешнего воздействия струн человечьих душ.
…Что же осталось в конце концов от имажинистской изощрённости? В моей читательской памяти закрепилась лишь одна-единственная строка одного из поэтов-имажинистов (да и то наполовину чужая) – «Человек – это звучит гордо! И в морду ему! В морду!». Строка, которая могла бы быть эпиграфом к большому количеству стихотворений. Эпиграфом? А, может быть, эпитафией?
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
