Интересный поэтический метод: "языковая невозможность" из "крошева" ярких абсурдных образов оказалась психологически точнее и объёмнее реализма.
Текст — сплошной оксюморон, за которым маячит фантомная биография, сгустки своей и чужой памяти, отзвуки сумасбродного праздника и состояние опустошённости и одиночества после.
"Комок Саратова" в окно — хорошо поддерживает тему "крошева", из которого состоит теперь внутренний мир героини.
При чтении возникает ощущение "неправильной", но поэтически убедительной речи.
Слабее остального показалось почти ларисово-рубальское "в бокале высохло вино".
Текст понравился настоящей поэтической странностью и психологизмом, вышедшим за пределы модного сюра.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
