Гил Хон Андрей Розанов 5

Ольга Дмитриева Пиир: литературный дневник

О Maxе и не только
Гил Хон


Скажу, пожалуй, пару слов о "Max"е
Для осознания полноты картины.
Для граждан пребывающих в "релаксе" –
Так в стойло загоняется скотина.


Похоже, повторяться всё же надо,
И я скажу опять предельно ясно –
Туда, куда сегодня "гонят стадо"
Ходить не стоит – плохо и опасно.


А помните, как вас ещё недавно
В плечо кололи с вашего согласия?
И "совпадение", право же, забавно –
Как объявлялась эта "катавасия"?


И там, и там – для "вашего же блага!"
И там, там – "совсем без принуждения!"
Заботятся? Они?! Ну, блин, бугага!
Ну прямо всё для блага населения! )


Забыта декларация о гласности.
Чинуши те, в ком совести ни грамма,
Конечно в "целях вашей безопасности"
Лишают вас whats up и телеграмма.


Для "блага фермеров" лишают их скотины –
Коров полуживых в огне сжигание...
Во сферах всех "заботы" паутина
Опутала и мысли, и сознание…


***


Когда услугу предлагают так,
Что от неё не просто отказаться,
Не отличит, пожалуй, лишь дурак,
Что есть добро, что – мутные эрзацы.







Русский
Андрей Розанов 5


Край ржаной, пшеничный да гречишный.
Край берёзовый, малиновый, кедровый.
Был влюблён в тебя ещё мальчишкой.
И люблю ещё сильнее снова.
Я люблю наш русский вольный ветер,
Дождь и снег, и солнце на восходе.
В ночь кромешную и в день, когда он светел,
Песнь хмельную при любой погоде.


Да хромой избушки ставень низкий,
Ширь степей, орбиты перегрузки
И Победы память - всё мне близко
И понятно, потому что русский.
Русский в каждом обронённом слове,
В каждой песне, с горечью и лаской.
Русский с примесью татарской крови
И, конечно, с примесью цыганской.


И в окне, распахнутом под вечер
Настежь, как душа в рубахе рваной,
Разольётся песня болью млечной
Про твои залеченные раны.
И взойдёт хоралом прямо в небо,
В яркий край, где вход игольно-узкий.
И войду в него, как быль и небыль.
Верю, потому что просто русский..!





Другие статьи в литературном дневнике: