И снова май, купающийся в неге
Шальных черёмух, пыхнет синевой,
И снова ночь, любимица элегий,
Поманит ввысь,
Где вдоволь над Невой
Устами звёзд целованы бокалы
С вином зарниц, искрящими вдогон,
И снова утро, свежестью лаская,
Тюльпанный рай в созвездия корон
Преобразит, к восторгу насекомых
Шмелиный хор становится слышней,
И день-деньской, знакомо-незнакомый,
Падёт в объятья магии теней,
Лиловой тогой волны драпируя,
Весенний гон и сладок, и не зрел –
Ещё не май,
Но мартовскую сбрую
Спешит украсить почками апрель.
Жила – была туча огромная,
Ветрам не подвластная.
Лежала (корова коровою)
По полю распластана.
А в туче той быстрые капельки,
Её население,
Томились, хотели искания,
Хотели движения.
Случилось, а так и случается,
Одно совпадение:
Нашёлся вдруг ветер отчаянный,
Ух, самонадеянный.
Накинулся ухарь порывистый,
И выдохся, смеху–то.
А туча-то всё-таки сдвинулась
Не ходко и нехотя.
А небо – оно не дремотное,
Не рай, не аркадия.
Терзает, кидает – работает
Машина какая-то.
Итак, расцвела ситуация,
Созрели события.
И далее грянула адская
Гроза – тучебитие.
Ах, как всполошилось тут общество.
Природа пиратствует.
И хлынули вон (пусть позлобствует)
Дождём – эмиграцией.
А туча? Не знаю судьбы её.
Тут нет продолжения.
Исчезла, такое обыденно,
Из зон наблюдения.
А что же те капли ретивые?
Тут нет продолжения.
Исчезли, и диво не дивное,
Из зон наблюдения.
Так жил.
5.2.81.
Лежал, уткнувшись в мрак лицом,
Пел иногда сквозь слёзный ком,
И ветер времени песком
Мои дни нёс.
Дождливый день вместо платка
Несла к лицу моя рука.
Справлялась слёзная тоска
С моим огнём.
Кулак расплющивал в ладонь,
Печаль расплёскивал бедой,
И ветер времени водой
Смывал мой след.
И, если можно так сказать,
Жил так, не зная сколько ждать,
Но, зная точно: надо ждать.
И так болел.
Если не будет России
Игорь Дань
Ранним утром виденье чудесное,
В ярком сне, словно блики зеркал,
Русый мальчик с глазами небесными
Старый глобус в ручонках держал.
Рядом мать, молодая и сильная,
В русском поле ржаное жнивьё:
- Мама, мама, а где здесь Россия?
Где она, покажи мне её?
Над полями встает зорька ранняя,
Весь восток полыхает огнём:
- Ах, сыночек, Россия - бескрайняя,
Но она есть и в сердце твоём.
Смотрит мальчик озерами синими
В мир волшебный грядущего дня:
- Мама, если не будет России,
Это значит - не будет меня?
Мать разгладила кудри красивые
На макушке дитя своего:
- Ах, сынок, коль не будет России,
То не будет уже ничего.
Сны неясны, туманны, как водится,
Только тот не забыть никогда.
Видел в матери я Богородицу,
Видел в сыне младенца Христа.
А в последних словах предсказание
Понял я и пронес сквозь года:
- Мама, если Россия бескрайняя,
Значит, будет Россия всегда!
Дети Ярослава
Игорь Дань
Не мог увидеть Ярослав
Зигзаги наших судеб.
Какая смесь, гремучий сплав,
В крови потомков будет!
Турецкий плен...
Ливонский гнёт...
Ордынские набеги...
Всё это в русичах живёт,
И будет в нас навеки.
И эту глушь, тьмутаракань
Аршином не измерить.
Мы как и прежде платим дань
За прошлые потери.
Ну что же, Русь, пришла пора
Сказать о самом главном -
По обе стороны Днепра
Потомки Ярослава!
Оставив ненависть гримас,
Поведайте без фальши!
Да кем бы были вы без нас,
Былые братья наши?
Нет, я в историю не рвусь,
Там так темно, и всё же...
Поверьте, Киевская Русь
Не русской быть не может!
И ты, Москва, престол Христов,
Пойми, уняв гордыню,
Что Киев - Мать всех городов,
А ты - его твердыня!
Отчизну топчет вражья рать,
Бьём лбы, на радость Польше.
Как мы умеем воевать,
Никто не может больше.
А почему?
Родные мы,
По крови и по духу.
Святая Русь во власти тьмы,
Где в головах разруха.
Летят ракеты сквозь туман,
Бьют пушки зло и слепо!
Где для одних герой - Богдан,
А для других - Мазепа.
- Не братья! - говорите вы!
- Не братья! - мы вам вторим...
- Не видеть вам руин Москвы!
- Не взять вам Киев с боем!...
Конца и края злобе нет,
В крови по шею братья.
Свербят обиды древних лет,
Летят во тьму проклятья.
Они взрывают нам умы,
Переполняют сердце:
"Как далеки они и мы,
Иуды - иноверцы!"...
А между тем, британский мир
Нас видит чем-то целым.
Там разделительный пунктир
Едва прочерчен мелом.
У них одна "благая" цель -
Схватить за горло, насмерть!
Разрушить веры цитадель,
И грабить...
Грабить...
Грабить...
Поддался Киев...
Но Москва
Враждебна англосаксам.
Где вера русская жива,
Бессильны лесть и баксы.
И эта вера - БЛАГОДАТЬ,
В нас вросшая корнями!
Мы можем всё пропить, продать,
Но крест нательный с нами.
Не русский тот, кто крест продал!
Он никуда не годен!
Ведь крестик - это не металл,
А ключик в рай Господень.
Мы со Христом!
И только с ним!
Он всех нам благ дороже!
Мы и в аду наш крест храним,
Зашив его под кожу!
Есть то, что глубже всех глубин -
Души чуть слышный голос!
Он помогал нам брать Берлин,
Лететь в далёкий космос...
Мы - русичи!
Мы - Божья рать!
Христовы Честь и Слава!
Мы будем жить и процветать!
Мы - дети Ярослава!
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
