Город Петра
среди мраморных плит и гранита.
Я не знал своих дедов, но помнил отцов,
чья судьба словно в бронзе отлита.
Мне здесь было по кайфу, как будто вчера
я резвился, а позже влюблялся.
Наблюдал свысока за мной город Петра.
Как я верным навеки быть клялся.
Припев:
Город Петра, на чухонских болотах,
Заячий остров, теченье Невы.
Времени храмовая позолота
и хранящие тайну какую-то львы.
И хранящие тайну какую-то львы.
Я порою блуждал, у иллюзий в плену,
заходил ненароком в «Сонеты».
Я стремился к любимой, желая весну,
но запихивал в шкаф лишь скелеты.
Достоевский за мною бежал с топором,
и Прекрасная дама в туман уплывала.
И никто, знал-не ведал, что будет потом,
как и то, что когда-то бывало.
Припев.
Я, как азбуку, знал наизусть: пять углов.
Я шатался по Рубинштейна.
Этот город постель мне стелил, давал кров,
помогал, коль лажал я, мгновенно.
Я без этих бы улиц не стал, кем я стал.
Я считал бы, что город мне снится.
Уходя, я приду на Финляндский вокзал,
чтоб однажды опять возвратиться.
Припев.
Свидетельство о публикации №126111000840
Достоевский с топором неожиданно оживляет привычный парадный Петербург. Ваша биография словно всё время разговаривает с городскими книгами и улицами. А выход к Финляндскому вокзалу оставляет правильное чувство: расставание ещё не отменяет возвращения.
С уважением, Сергей Бухдрукер.
Сергей Бухдрукер 10.11.2026 04:32 Заявить о нарушении
Сергей Тихой 17.11.2026 02:13 Заявить о нарушении