Последний писк могикан

Наброски третьей, завершающей части винтажно-постапокалиптической дилогии «Могикане».

Начало http://stihi.ru/2022/11/04/529
Продолжение http://stihi.ru/2026/05/15/8283



Эпиграф:
«Всё, что выстирано – выстирано, а всё, что нет – нет».
(х/ф «Шкворчание ягнят»)

Глава первая.

– Заходи, братан,
в «Дом колхозника»!
Ни одной звезды,
ни одной звезды,
но  всем до звезды, – мурлыкал Дед.
– На классику потянуло,– пробормотал я, но Дед услышал.
– Сам подумай, малец,– прервался  он,– откуда в Верхних Подколенках гостиницы, тем более отели?  А в тамошнем  Доме Колхозника такая дежурная по этажу… Любому «Дипёрплу»  на десяток хитов хватило бы!
–  Не сомневаюсь. Но они про дым над водой пели, а про отель «Калифорния», это «Иглс».
– Час от часу не легче…  Дыыыым над водооою!  Гарь и вонь в лицо, выйду на крыльцо и пивко откроооооою!

– Вот, подобрал кошечку,– продемонстрировал мне Дед  серую полосатую сиротку средней пушистости,– Каденцией назвал.
– Да какая ж она Каденция? Мурка-Муркой.
– Не люблю вычурных имён. Сказал Каденция, значит Каденция,– положил дед конец дискуссии.
Котейка меланхольствовала и в разговоре  участия не принимала.

По телевизору рассказывали, что эпидемий чумы на Руси не случалось по причине любви славян к бане по-чёрному.
– Помнится, в такой вот баньке я потискал сиськи Маньке,– мечтательно  произнёс  дед.
– Да ты прям поэт,– хмыкнул я.
– Лирик,– согласился он, – и чутка баталист.
 
– На первый путь прибывает скорый поезд Нижние Серёдки – Верхние Серёдки.  Нумерация вагонов начинается. Первый вагон, второй вагон, третий вагон… тринадцатый вагон. Нумерация вагонов закончена!


Глава вторая.

– В хозяйстве пригодится,– сообщил Дед, с кряхтением наклонившись, чтобы поднять брошенный кем-то взгляд, – Тяжёлый,–  добавил он, взвесив находку на ладони.

– Ох, и натерпелся же я там траху…
– Ты хотел сказать «страху»?
– Я сказал ровно то, что хотел…

– Что за звук такой?
– Да это ночная бабочка. Залетела на огонёк, а теперь бьётся в стекло, как последняя муха.
– Ночная бабочка… Проститутка что ли? Странные они какие-то у вас здесь… Да и цену ломят…

В углу кто-то копошился – то ли сперматозоид, то ли  холерный вибрион – без микроскопа  было не разглядеть.

Каденция, выползавшая из своего домика,  походила на выдавливаемую из тюбика серую, полосатую и  мохнатую зубную пасту. Паста выпускала-втягивала когти и громко мурчала.


Глава третья.

Семейство Баскервильевых – Григорий Чарльзович  и его жена Берта – проживало вместе с собачкой Жужей в однушке на третьем этаже жилого комплекса «Гримпенский парадиз».
Постепенно на месте рощицы, когда-то начинавшейся метрах в десяти от дома, возникло болото,  получившее после фельетона одного ушлого журналюги неофициальное название Гримпенская Трясина.
«При рытье котлована были допущены нарушения, исправить ничего нельзя»,– авторитетно заявляли многочисленные экспертные комиссии, исследовавшие этот природный феномен.
Ситуацию усугубили гринписовцы, выступившие в защиту зубастых комаров-эндемиков, расплодившихся в болоте. 
Эти кровососущие, мало того, что оставляли  следы засосов на шеях и царапины на спинах, умудрялись незаметно выудить наличность даже из закрытых портмоне, спрятанных на самое дно барсеток. 
В очередной раз лишившись и без того небольшой зарплаты Григория Чарльзовича, семейство всерьёз задумалось о переезде.
Средств, чтобы купить другую  квартиру у преподавателей русского языка и литературы не было.
Попытки  снять жильё в благополучном районе разбивались, словно утлые судёнышки о рифы  несогласия арендодателей с наличием  собачки в семье потенциальных квартирантов.
Все уверения в её, Жужином,  высочайшем почтении, адекватности, аккуратности и преданности, впечатления на квартировладельцев не производили.
«Эти арендодатели хуже карасину»,– каждый раз после очередного отказа утешала Жужа  Берту Баскервильеву.

И вот однажды в ненастный осенний день, когда влажная мгла, пришедшая из трясины, окутала  «Парадайз», Берта призвала Григория Чарльзовича на кухню для серьёзного разговора тет-а-тет.
–  Мы должны избавиться от Жужи,– заявила супружница, едва за ними закрылась дверь.
–  Му, му, – только и способен был  промямлить кандидат филологии.
–  Я не хотела тебя расстраивать раньше, но Жужа говорит «обеспечЕние», «оксюморОн» и  «звОнит». А как она коверкает слово «керосин»!
 
Старик был стар.
Не в смысле «star», а в смысле не нов.
За долгие годы его чувства подпритупились, его рефлексы приподзамедлились, его взгляд приподрассеялся,  его лодка приподрассохлась, парус приподпорвался и приподобвис,  вёсла и кормило приподнадтреснули.
Однако, проснувшись по привычке ещё до захода солнца,  он  натянул на  бом-брам стеньгу всё, что требовалось, напряг всё, что нужно, рявкнув «эй, баргузин», пошевелил вал и остальное, до чего дотянулся.   
Старая лодка, скрипя старыми шпангоутами, неспешно отошла от старого причала.   

Шёл пятый час рыбалки.
Старик кемарил, не сильно переживая, что вернётся домой без улова – такое случалось
и раньше.
Брюзжания старухи, мол, нужно не спиннинг закидывать, а динамит, электроудочку, или, на крайний случай, невод, он привычно парировал рассказами про  строгие правила рыболовства и высокие штрафы, взымаемые  бдительным и неподкупным рыбнадзором за самое малое нарушение.
Резкая поклёвка едва не застала опытного рыбака врасплох.
Спиннинг изогнулся, коснувшись вершинкой воды, катушка затрещала, сбрасывая леску.
Вываживание было долгим и осложнялась тем, что старику приходилось отвлекаться, чтобы отогнать от лодки других рыболовов, акул, касаток и прочих любителей халявной поживы.
При этом нужно было щадить старое весло, чтобы оно  не треснуло окончательно.

– Ты кто?
– Я – Жужа,– сообщила вывалившаяся из подсака на дно лодки собака породы водолаз, снимая с шеи верёвку с двумя привязанными шлакоблоками.
– А…
– А Золотая Рыбка просила набраться терпения. Ваш звонок очень важен для неё. Да, чуть не забыла вы можете  нажать «один» – если претендуете на пластиковое корыто; «два» – на железное, оцинкованное; «три» – на деревянное; «четыре» – на стиральную машину-автомат;  «ноль» – дождаться ответа оператора; «решётку» – вызвать рыбнадзор. У тебя есть что нажимать?
– У меня нету.
– Значит, проблема с корытом пока поставлена на удержание. Но ты не переживай, все разговоры записаны для повышения качества обслуживания.
– А...
– А на меня не смотри. Я больше по одиноким ночным путникам специализируюсь.  Ты, случайно, не одинокий путник?
– Да какой из меня путник, нешто сама не видишь?
– Вижу. До берега довезёшь?
– Довезу, чего уж.

Старик понял, что клёва сегодня ждать нечего, распустил старый парус, рявкнул «эй, баргузин» и, пошевелив всё, до чего дотянулся, направил лодку к берегу.
Жужа, развалившись на полубаке, внимательно наблюдала за стариком, но помогать ему не торопилась, размышляя, налево или направо ей бежать краем моря.


Глава четвёртая.

– Догоняю!– сообщил Дед, ловя из змеевика в бутыль последние капли самогона.
– Слово «погоня» заиграло для меня сейчас новыми смыслами,– брякнул я невпопад.
– Что бы ты понимал, малец! Отсечение головы и хвоста – это философский базис,  это  двуединство начала и конца, альфы и омеги,  хрена и редьки, чуфыря и муфыря, наконец!

Едва я появился на пороге дома, Дед с гордостью вручил мне воскресный выпуск  многотиражки клуба анонимных алкоголиков «В трезвый путь!».
В разделе «творчество наших читателей» были опубликованы стихи автора, скрывшего своё имя за псевдонимом Д.Б. Едный.

 «Как родная меня мать провожала»*
я компоту засосал в одно** жало
может два графина, может, поболе,
и пошёл гулять с конякой по полю.

Вот гуляем с ним от края до  края,
а компот нас, что  ни шаг, подпирает.
Но поём, скрестимши бёдра,  без мата:
«не ходил бы ты, сынок, во солдаты»*

Мы поём, а про себя разумеем,
что придётся зарубиться со змеем,
с тем, который, что твой доллар, зелёный –
ведь просил нас  сам министр обороны,

да так слёзно, мол, орёлики, братцы,
нам ли этого поганца пугацца?!
Обольём его берёзовым соком
и поленом вдарим по лбу с наскоку!

Мы с конём кивнули, дык, мы готовы,
сабли вОстры и не стёрты подковы!
На раз-два порубим злыдня в капусту,
и затопчем, чтоб ему было пусто!

А потом, открыв трофейные шпроты,
за победу сдвинем чарки с компотом!
Ну а спросит кто, мораль тут какая?
Я отвечу: водка – зло, точно знаю!

– Ты ли, чо ли? – глянув на Деда, спросил я, сплагиатив Надежду из «Любовь и голуби».
– Я,– потупился Дед.
________
(*)Ефим Алексеевич Придворов
(**) да,  я знаю про ударение
 

Глава пятая.

Застал деда на завалинке, мирно смолящим цигарку в обществе троих дружбанов.
– Поначалу я храбрился. Но когда навстречу выбежала в одной ночнушке соседка с телепающимися в разные стороны сиськами, вот тут испугался не по-детски,– услышал я завершение рассказа.
Дружбаны сочувствующе покивали.
Спрашивать о чём шла речь, сами понимаете, было неудобно.

– Чем занимаешься?
– Коньячу.
– Что-что?
– Вначале курвуазьировал, теперь курвуазёрствую.

– Ву ле ву? – интересуются под музыку Агнета и Анни.
– Аха! – соглашается с  ними Дед, – аха, аха, аха!
– Ву ле ву? – уточняют Анни с Агнетой.
– Не сумлевайтеся, аха! – подтверждает Дед.
– Ты бы чуть потише свой энтузиазм проявлял,  а то бабуля услышит.
– Я из её слухового аппарата батарейку вынул,– сообщил Дед.
– Упс!
– Что «упсаешь»? Натворил чего?
– Бабуля попросила в слуховом аппарате батарейку поменять…
– Упс!– выдал уже Дед.

На месте отсутствующей крышки канализационного люка красовался транспарант «МЫ ОТКРЫЛИСЬ!!!», прикреплённый к гирлянде цветных воздушных шариков.

– Всё в этой Вселенной взаимозависимо,– поделился Дед очередным откровением. 
– Да быть такого не может!– подначил я его.
– Вот ты думаешь, почему с возрастом люди умнеют?
– И почему же?
– Чтоб убедительнее оправдывать свои косяки, которые по мере взросления становятся всё эпичней!
– А как же старческий маразм?
– Это вообще высший пилотаж! С маразматика какой спрос? 
– А…
– А каждое правило имеет исключения,– не дал мне Дед закончить,– это любой лауреат премии Дарвина подтвердит. Если сможет.

«В результате резкого торможения общественного транспорта, вызванного внезапным выбеганием на проезжую часть неустановленной гражданки с неустановленными намериениями, возникло подвергание пассажиров резкому выпадению из сидячих мест и падению со стоящих мест, повлёкшее неудержание в руках  стакана с горячим чаем,    последующим срывом с него плохо закреплённой крышечки,  выплеском находившейся в ёмкости жидкости объёмом не менее 140 миллилитров, температурой не ниже 67 градусов Цельсия и выливание упомянутой  жидкости  на водителя, вследствие чего произошло причинение оному ожога кожных покровов третьей степени площадью не менее 10 квадратных сантиметров и недопитие оплаченного напитка. Потерпевшие, после оказания первой помощи,  от госпитализации отказались.  Введён план «Перехват».  Рассматриваются несколько версий происшествия, среди которых профессиональная деятельность. Начальник следственного комитета и наша редакция взяли расследование под личный контроль»,– писал неизвестный обозреватель рубрики «Происшествия».


Глава шестая.

Седой профессор, поправив пенсне, постучал указкой по кафедре, привлекая внимание аудитории.
– Недавно закончена,– произнёс он неожиданно глубоким для субтильного лингвиста басом,– расшифровка записей, найденных при раскопках древнего стойбища, возникшего на месте ещё более древнего лежбища.
Этот, поистине уникальный труд,  даёт нам представление не только о стилистике, грамматике и пунктуации, но и о думах и чаяния наших предков.
Адаптивный перевод текста, выполнен сотрудниками отдела адаптивных переводов древних рукописей при помощи искусственного интеллекта «Здравомысля», разработанного сотрудниками отдела разработок искусственных интеллектов.

Книга жалобов и предложениев.*

На Евстратия Заполошного. 
Порушены обеты трезвости!
Здравствуйте, уважаемая администрация России!
Поклон бью не земной, а всего лишь поясной и прошу объяснить, почему я сегодня выехал из Старых Висюлек на  телеге до Новых Висюлек?
Грязь, куда ни глянь, привело к некоторым мыслям в наше неспокойное время. 
Или готовят диверсию в виде эпидемии, или писари с ключниками  устали.

В канун Фрола Горемычного.
На чью десятину вы живёте???!!!
Матриархат нам всё давал, но вы всё отняли!
Как внучка прокурора с многолетним  стажем, буду признавать халатность через суд!
Хватит  с людей издеваться!
Полюбите людей, и люди полюбят и вас, и власть имущию!

Аккурат третьего дня опосля Фрола Горемычного.
Дворовая девка Матрёна  и остальные, регулярно ездия на телегах, могут подтвердить грубое нарушение имперских законов неизвестной двуколкой, а в результате идёт дождь, люди мокнут, болеют.
Я в группе риска и, если заболею, то  буду обращаться в суд.
Нужно не отписки давать, а замену сломанной телеге!

Как специально на Охрима-Простофилю.
Требую прислать официальную бумагу с печатями о причинах, когда телег будет больше.
Кучер попеременно стегал лошадь и грызал семечки, а в это время граждане отравлялись заболеваниями, а кучер требования об убавлении температуры воздуха и скорости  ветра игнорировал!
___________
(*) Основано на реальных событиях, орфографии и пунктуации.