Босоногим странником пройду... Александр Насонов

Об авторе

Александр Насонов, уроженец г.Асбеста, родился 21 июня 1984 г., погиб на СВО 17 октября 2024 г. Получил специальность газоэлектросварщика в техникуме, учился на историческом факультете Уральского государственного университета, с археологическими экспедициями участвовал в раскопках на Енисее, объездил весь Ямал, последние годы занимался сельским хозяйством в Байкаловском районе. Был человеком искренне верующим. Родные не знали о том, что Александр писал стихи, и обнаружили их только после его гибели. В 2026 г. при помощи предпринимателя С.Красовского была издана книга стихов Александра «Позывной «Дачник».

***
Босоногим странником пройду
По дорогам Родины любимой,
Взяв себе в попутчицы звезду,
Что зовёт меня неотвратимо.

Я отправлюсь по святым местам,
По российским городам и весям:
Потому что знаю я, что там –
Дух мой будет радостен и весел!

Поклонюсь я каждому кусту,
Всякой птице улыбнусь при встрече:
И, даст Бог, быть может, дорасту
Я до понимания их речи!

Как Шукшин, берёзку обниму,
Ведь и мне она – родня-сестрица.
А берёсту положу в суму –
Для костра вечернего сгодится.

Как годилась предкам для письма
И для сотворения посуды.
Радовала млечностью тесьма,
И дышали свежестью сосуды.

В тихой речке ноги омочу,
Чрез подошвы, тишину вбирая.
Помолчу, а может, закричу…
Солнце улыбнётся, догорая.

***
Как белые ядрёные грибы,
Стоят в России желтоглавы храмы.
Нам не избегнуть, не избыть судьбы,
Не исказить сей вечной панорамы.

Растут они и тянутся достать
Своими куполами до зенита.
Встаёт на берегах святая рать,
А вкруг стоят берёзы и ракиты.

Затейлив узоры, строен стан –
Вот богатырь, что девица в платочке.
Так тянется их дружный караван,
Стремясь сойтись в одной небесной точке.

***
Это не Бог оставляет нас,
Это мы его оставляем.
На потом, на завтра, про запас.
Он не в центре. Он где-то с краю.
Мы приходим к нему только в трудный час,
Когда некуда больше деться,
Когда ночь кругом,
И земным очам
Нужно светом его согреться.

***
Собираем танки и ракеты,
Производим гексоген и тол.
Выпускаем книги и буклеты
О вреде и зле табачных смол.

Если же подумать, что вреднее?
То, наверно, всякий уяснит –
Дым табачный несравненно злее,
Взорванное тело не болит.

Взрыв, удар, и вмиг душа от тела
Удалилась карму пожинать.
Так что бейте из орудий смело –
Для души сплошная благодать.

Ну, а тело, если что осталось,
Соберут, положат в красный гроб,
Похоронят, да поплачут малость,
Да покурят, боль смягчилась чтоб.

Боль души сравнится ль с болью тела?
Эту боль нельзя похоронить.
Ведь, какая б ноша не висела –
С этой болью надо как-то жить.

Он сказал: «Подставь другую щёку»
И раскинул руки на кресте.
Но не вняли Божьему пророку…
Кровь его на титульном листе.
На всемирном титульном листе.

***
Тишина звенит, как струна!
Тишина кругом, тишина…
Надо мною – неба зенит,
А во мне тишина звенит.

 Сегодня пьян без вина –
Тишина во мне, тишина.
Надо мною звёзды плывут,
Тишина какая вокруг.

Тихо в мире, тихо в душе.
Может, так не будет уже?
Может, это в последний раз –
Тишина в предзакатный час.

Всюду хворь, вражда и разлад,
Всюду лжи и срама парад.
А во мне тишина звенит,
Надо мною – неба зенит.

Я уйду в тот тихий затон,
Где душа не исторгнет стон,
Где окрест тишина и даль –
Там, где мёртвым живущих жаль.

Я устал, мне нужна тишина,
А вокруг сплошная война…
Надо мною – неба зенит,
А во мне тишина звенит.

***
Без чинов, без зарплат, без погон
Были мы в незапамятном детстве.
Повелось на земле испокон ¬–
Детям быть и в друзьях, и в соседстве.

Чтобы позже, встречаясь, друзья
Узнавали сквозь дни и погоны
В чинных дядях и тётях себя,
Тех, что с детства, со школы знакомы.

***
Разговаривают звёзды
В зимней звонкой тишине.
О мирах далёких грёзы,
О любви и о войне.

В этой зимней чудной сказке
Места нет для войн и битв,
С горки катятся салазки,
Снег из-под копыт летит.

Запряжённые мечтою
Скачут лошади мои,
Я из снега зданья строю,
Из бумаги – корабли.

Не беда, что из бумаги,
Коль жива ещё мечта.
Коль не сняты ещё флаги,
Есть любовь и красота.

***
Трещат поленья в русской печке.
Опара пенится в квашне.
Собака дремлет на крылечке,
Грызя большую кость во сне.

А снег всё валит беспрестанно,
И валит жар в нутро избы.
Как было б жить, наверно, странно
В стране другой, иной судьбы.

Но я в России, слава Богу!
Окно избы глядит в простор.
Я вижу небо, лес, дорогу,
Что меж полей кладёт пробор.

***
Тишина – это духа свобода,
Голос Бога, звучащий внутри.
Это миг, когда Вечное Слово
Объясняется в вечной любви!

Тишина – это мысли свобода,
Собиранье энергий внутри,
Это дверь потаённого хода,
Это горные монастыри…

Это вешних потоков разливы,
Обращённые внутрь и вспять.
Это листья зелёной крапивы,
Это сочные спелые сливы,
Это жёлтые пряные нивы…
Это то, что нельзя описать.

***
Деревья падают на землю.
Они стареют, как и мы.
В их жизни также час последний
Неотвратим совсем, увы…

Деревья тоже умирают,
Прожив свой век в лесном краю.
И белки больше не играют,
И птицы больше не поют

В их мощных, вверх смотрящих кронах.
Лишь по лежащему стволу
Проплачет громко серый ворон –
На нём он начал жизнь свою…

***
Так пахло у бабушки летом,
Лишь только ступи на крыльцо –
Травою, живительным цветом
Дышало пространство в лицо!

Веранда, перила, крылечко,
А там, за крылечком, оно ¬–
Ромашка в кудрях, как овечка,
Зелёный ковёр – полотно.

И я, босоногий мальчонка,
С росою, с землёю – одно!
Я чувствую сердцем, печёнкой,
Что счастье всем людям дано.

На целую жизнь мне довольно
Той радости с миром родства, 
Что в детстве легко и привольно
Мне в душу с ромашкой вошла.

Давно уже бабушки нету.
Я не был давно в том дому.
Но к детскому цвету и свету
Душа ковыляет сквозь тьму.