Цикл я вскрываю душу часть X. ты ушла а я сгорел,

ЦИКЛ «Я ВСКРЫВАЮ ДУШУ»
ЧАСТЬ X. «ТЫ УШЛА — А Я СГОРЕЛ, НО НЕ СТАЛ ПЕПЛОМ»

Ты всё-таки ушла.

Закрылась дверь.
И тишина ударила по нервам.
Я не поверил сразу в эту смерть,
Ведь без тебя оставался я впервые.

Я бросился к окну, как сумасшедший,
Искал твой силуэт среди машин.
Во мне кричал мужчина, ставший прежним,
И мальчик, вновь оставшийся один.

Я мог догнать.

Упасть к твоим коленям.
Перекрывая улицу, орать.
Просить ещё последнего мгновенья
И клясться никогда не отпускать.

Но я стоял.

И кулаки до крови
Сжимал, чтоб вслед за болью не пойти.
Любовь не даст мне права поневоле
Тебя обратно в прошлое тащить.

Ты выбрала себя.

И это ранит
Сильнее всех обид и горьких фраз.
Я понял: тот, кто искренне оставит,
Порой сильнее любит, чем тот, кто спас.

Но разум говорил со мною тихо,
А сердце разрывало грудь огнём.
Оно ревело:

«Как же так случилось?!
Мы только научились быть вдвоём!»

Я бил словами в тёмные страницы.
Я рвал стихи.
Я проклинал рассвет.

Мне так хотелось заново разбиться,
Чтоб больше никогда не видеть свет.

Хотелось стать безжалостным и грубым.
Сказать: «Она не стоила любви».
И броситься к губам случайным женским,
Чтоб там твои забыть глаза мои.

Но я не стал.

Я выбрал эту муку.
Без обезболивающих тел.
Я не вложил в чужую нежность руку,
Которую тебе отдать хотел.

Пускай горит!

Пускай внутри пылает
Всё то, что я годами не прожил.
Огонь не только души убивает —
Порою он сжигает просто ложь.

Сгорело всё:

Моя слепая гордость.
Привычка быть спасителем для всех.
Жестокая, отточенная твёрдость,
Которой я прикрыть пытался страх.

Сгорели обещания пустые.
Контроль.
Упрёки.
Ревность.
Суета.

И под золой остались две живые,
Ещё горячие от боли, — руки.

Те самые, которыми держал.
Которыми сжимал тебя всё крепче.
Я думал: так любовь не потеряю.
Но чем сильнее — тем она конечней.

Теперь я разжимаю кулаки.

Смотри: на них следы моей войны.
Я столько лет спасался от тоски,
Что сам не замечал своей вины.

Я не святой.

Во мне хватает злости.
Я до сих пор кричу тебе во сне.
Мне хочется, чтоб ты пришла сегодня
И прошептала:
«Я вернулась. Я к тебе».

Я представляю, как открою двери,
Как ты шагнёшь, заплаканная, внутрь.
Как мы обнимемся и снова всем поверим,
Как будто можно прошлое вернуть.

Но даже если ты сейчас вернёшься,
Мы не имеем права лгать опять.
Любовь не оживает от объятий,
Когда никто не научился отвечать.

Нам мало просто дикого желанья.
Мало страсти.
Нежности.
Тоски.

Любовь — не вечный крик о покаянье.
Любовь — когда не прячешь кулаки.

Поэтому я выдержу разлуку.
Не потому, что стал сильней огня.
А потому, что больше эту муку
Не превращу в оружие против себя.

Я буду жить.

Сначала — из упрямства.
Потом — из любопытства к новому дню.
Я научусь не путать постоянство
С желанием услышать:
«Я люблю».

Я буду жить.

С твоим теплом под кожей.
С воспоминаньем о твоих руках.
Но с каждым новым утром стану всё же
Не меньше жить, не больше умирать.

Ты всё-таки ушла.

И я сгорел.

До голоса.
До нервов.
До предела.

Но из огня поднялся не тот, кем был, —
А тот, кого душа во мне хотела.

Я не стал пеплом.

Слышишь?

Я — огонь.

Но не пожар, сжигающий любимых.
Я тот живой, согревающий огонь,
Который не становится могилой.

И если ты увидишь этот свет
Когда-нибудь в окне чужого дома,
Не возвращайся только из-за боли.

Вернись,
Лишь если сердце позовёт.

А если нет —

Иди.

Я выдержу.

Я переживу последний этот бой.

Ты унесла любовь.

Но не всю жизнь мою.

Я в ней остался.

Целый.

И живой.

Ваш Щесняк Кирилл