Цикл я вскрываю душу часть VI. ты увидела худшее в

ЦИКЛ «Я ВСКРЫВАЮ ДУШУ»
ЧАСТЬ VI. «ТЫ УВИДЕЛА ХУДШЕЕ ВО МНЕ — И Я ВПЕРВЫЕ НЕ СБЕЖАЛ»

Ты увидела всё то, что я так долго
От посторонних прятал и от близких:
Мой страх потери, ярость, боль ребёнка,
Мои паденья, слабости и риски.

Ты видела, как я теряю волю,
Когда внутри поднимется тревога.
Как превращаю нежность в поле боя
И сам минирую к любви пути.

Ты слышала слова, за чьей жестокостью
Стояло только: «Ты не бросай меня».
Как я скрывал отчаянную робость
За холодом искусственным огня.

Я мог ударить словом — точно, метко,
Туда, где у тебя сильней болит.
А после сам стоял в своей же клетке
И ждал, что всё во мне ты сможешь исцелишь.

Ты плакала.

Не громко.
Без упрёка.
И оттого мне было тяжелей.
Ведь твой усталый взгляд сказал жестоко:
«Я всё ещё люблю. Но я люблю и становлюсь слабей».

И в этот миг мне захотелось скрыться.
Захлопнуть дверь. Исчезнуть до утра.
Я так привык из близости разбиться,
Что первым превращал её в костёр.

Но я остался.

Господи, как трудно
Не убежать, когда увиден весь.
Когда стоишь не сильным, не разумным —
Таким, какой без панциря ты есть.

Я сел напротив.

Долго собирался.
В груди слова царапали края.
И наконец без маски я признался:

«Я ранил ту,
Которая мне дорога.

Не потому, что ты была плохою.
Не потому, что мало мне дала.
Я просто каждый раз перед любовью
Боялся, что она меня сожжёт дотла.

Я столько лет спасался нападеньем,
Что разучился бережно просить.
Мне легче было всё предать сомненью,
Чем прошептать:
“Мне страшно потерять и разлюбить”.

Я не хочу, чтоб ты меня прощала
Лишь потому, что видишь мою боль.
Она не оправдание кинжалам,
Которые вонзаю я в нашу любовь.

Я отвечаю за свои поступки.
За каждый крик.
За холод.
За контроль.

И если ты уйдёшь — я не разрушусь.
Но если остаёшься — я поменяюсь.
Не тобой».

Ты подняла заплаканные веки,
И столько в них смешалось тишины,
Что я впервые понял: в человеке
Любовь и боль порою сплетены.

Ты мне сказала:

«Я тебя не брошу
За то, что ты не каменный герой.
Но я не стану женщиной, которая
Себя приносит в жертву ради боли той.

Я рядом, если ты готов учиться
Не только брать, но слышать и беречь.
Я рядом, если сможешь извиниться
Не для того, чтоб всё оставить, как ты есть.

Мне нужен ты.

Не правильный.
Не вечный.
Но тот, кто не скрывается во лжи.
Кто может быть ранимым человечно
И не ломать другого от души».

Я протянул ладонь.

Ты не коснулась.

Ещё не время.
Рано.
Слишком больно.

И сердце изнутри перевернулось:
Любовь не обязуется быть скорой.

Я понял: доверие не возвращают
Одной красивой клятвой на рассвете.
Его по миллиметру собирают
Из честных тех поступков, а не обещаний.

И я не торопил.

Не стал давить.
Не превращал раскаянье в спектакль.
Я просто рядом начал заново учиться жить,
Чтоб больше наша близость не была распятьем.

Прошли недели.

Ты была со мною,
Но между нами сохранялась грань.
И я не смел назвать её стеною —
То был твой берег, право и мораль.

Однажды ты сама шагнула ближе,
Прижалась тихо к моему плечу.
И я услышал то, что всех признаний выше:

«Мне всё ещё страшно.

Но я ещё люблю».

Я не ответил клятвой.

Только руки
Сомкнул вокруг тебя — не как капкан.
И понял: мы прошли сквозь эту муку
Не для того, чтоб всё начать с обмана.

Ты видела во мне не только свет.
Увидела и мрак — без оправданий.
Но я впервые не сбежал в ответ,
Не спрятался за гордостью и страхом.

И если есть у близости цена —
То не страданье, ревность и тревога.
А смелость быть увиденным до дна
И всё равно к любимой сделать шаг, найти дорогу.

Я не просил:

«Люби меня любым».

Я прошептал:

«Я стану осторожней.
Не идеальным.
Но живым.

И рядом с тем, кого люблю, —
Надёжным».

Ваш Щесняк Кирилл