Тридцать сребреников
Иль тот, кто трижды отступился?
Кто замысел до дна узнал,
А кто от страха отстранился?
Стоял Иуда в стороне,
Сжимая цену договора.
Но, может, в этой тишине
Он был не вором, а актёром.
Не будь предательства — тогда
Не стало б креста и воскресенья.
И, может, страшная вина
Была лишь частью предназначенья.
История любит ставить клейма,
Назначив грешных и святых.
Но иногда одна дилемма
Сильнее приговоров злых.
Кого мы судим две тыщи лет,
Не слышав голоса живого?
А вдруг у истины есть след,
Который скрыт внутри другого?
Пусть спор не кончится вовек,
Пусть каждый выберет свой взгляд.
Но страшно, если человек
Навечно сделан виноват.
Свидетельство о публикации №126091001329