Когда полковник написал
И долго жить мне приказа́л он,
Я ждал билет на небеса
На раскуроченном вокзале.
Междоусобная вражда
Терзала сёла и столицы.
На небеса билет я ждал —
Вверять в Господнюю десницу
Судьбу своих окопных лет
Средь канонад и байонетов.
На небеса я ждал билет,
Но лишних не было билетов.
Роман, а может, его не делить на катрены, а дать сплошь? А то между вторым и третьим получается как бы перебой. Ничего страшного, но слитно легче бы читалось...
Да ну, Роман, какая там честь?! Оно мне покоя не дает, не могу забыть или отключиться. Оно гениальное. Пусть будет в дневнике, это для меня честь.)) Я все его показываю.))
Роман, и ведь эта простая фраза - на небеса я ждал билет - повторяется три раза в разных комбинациях. И так просто, и в этой простоте такая правда... И финальные строки настолько неожиданны и так резко разворачивают лицом к случайности - жестокой и равнодушной, необъяснимой...
Всегда все получают свой билет - каждый в свой срок... Страшная касса на этом раскуроченном вокзале. Вот еще слово - раскуроченный. Единственно возможное здесь. А я думаю про Сабину Шпильрейн - как написать о ней. И пока ни ищется ничего такого...
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.