Андрей Хаданович. Настолка

Лучший подарок – это книга,
сказали друзья и подарили стол-книгу,
ведь книга – для читателей,
а стол – для писателей.

Литература – настолка для одного,
но если вас больше?

В семь лет были шахматы.
Потом настольный теннис
на домашнем столе (стол-книге).
(И сетка – тоже из книг.)
После универа – бридж,
две пары аспирантов
всю ночь в общежитии
наводили мосты.
Потом долгое время ничего,
и наконец они, паровозики-вагончики.

Снова и снова в оригинальной версии –
Ticket to ride — и за стол
незаметно подсаживается Джон Леннон.
Иногда от польских производителей –
Wsiasc do pociagu –
и на столе уже более заметно
танцует Марыля Родович.

Набор цветных карточек:
вагоны,
локомотивы,
названия маршрутов.

Фигурки вагончиков разных цветов.
Мои всегда зелёные.
Если где-то увидите зелёный вагон,
знайте: это мой...

Есть карта Америки,
карта Европы,
Африки,
Азии,
множество разных стран
и бесчисленные города.

А моей, чёрт возьми, нет.
Есть Варшава и Киев,
есть Вильнюс и Рига,
не говоря уж о тех, о которых не говорю.
Но Минска нет,
и Гродно, и Бреста с Полоцком.

Нет и моей страны.
То есть как будто есть.
Только на карте Польши.
Почти как я сам.

Но там она с флажком
не самых приятных для меня цветов –
тем, где зелёный.
Если где-то увидите,
знайте: это не мой...

Чаще всего мы играли
в Америку и Европу,
наверное, готовясь ко всему,
что вскоре случится.

Как прокладывали туннели в горах,
паромные переправы,
как возводили мосты через всё,
что можно соединить мостами,
и все-все границы были для нас открыты,
каждый поезд мог привезти домой.

Сегодня, когда спрашиваю знакомых:
«Где ты?» – и слышу в ответ:
«В Берлине, в Вене, в Лондоне, в Копенгагене,
в Торонто, в Солт-Лейк-Сити, в Портленде»,
я говорю им: «А, знаю,
у меня там железная дорога».

Некоторые считают Землю
планетой круглой формы –
чепуха, не смешите мои паровозики!

Вспоминают Птолемея с гитарой,
верхом на трёх черепахах –
гей-ла-ла-ла-ла! –
ближе, но всё равно холодно.

Вселенную держит стол-книга,
проложенные маршруты
и бутылка с красным
сразу за краем земли!

Творцы мира играют
прямо сейчас в настолку,
волнуются, пьют,
разжигают адский азарт –
и часто безбожно мухлюют.

И всё, что намухлевали,
зовётся Историей,
Геополитикой,
Цивилизацией,
Идеологией,
Мировой религией (и Атеизмом),
Культурным Наследием,
Литературным Каноном
и Так Далее.

А правда подходит для сказок и стихов,
ведь всё равно не поверят.

2026

(Перевод с белорусского)

Оригинал:

Настолка

Найлепшы прэзэнт – гэта кніга,
сказалі сябры й падарылі стол-кнігу,
бо кніга – для чытачоў,
а стол – для пісьменьнікаў.

Літаратура – настолка для аднаго,
а калі вас болей?

У сем гадоў былі шахматы.
Потым настольны тэніс
на хатнім стале (стол-кнізе).
(І сетка – таксама кнігі.)
Пасьля ўнівэру – брыдж,
дзьве пары асьпірантаў
усю ноч у інтэрнаце
наводзяць масты.
Потым доўга нічога,
і ўрэшце яны, паравозікі-цягнічкі.

Раз-пораз у арыгінальнай вэрсіі –
Ticket to ride – і за стол
неўпрыкмет падсядае Джон Ленан.
Часам ад польскіх вытворцаў –
Wsiasc do pociagu –
і на стале ўжо заўважней
танчыць Марыля Радовіч.

Набор каляровых картак:
вагоны,
лакаматывы,
назвы маршрутаў.

Фігуркі вагончыкаў розных колераў.
Мае заўсёды зялёныя.
Калі ўбачыце дзе зялёны вагон,
ведайце: гэта мой…

Ёсьць мапа Амэрыкі,
мапа Эўропы,
Афрыкі,
Азіі,
шмат асобных краінаў
і не зьлічыць гарадоў.

А майго, халера, няма.
Ёсьць Варшава і Кіеў,
ёсьць Вільня і Рыга,
маўчу ўжо аб тых, пра якія маўчу.
А Менску няма,
і Гародні, і Берасьця з Полацкам.

Няма і маёй краіны.
Ток бок нібыта ёсьць.
Толькі на мапе Польшчы.
Амаль як я сам.

Але там яна са сьцяжком
ня самых прыемных мне колераў –
тым, дзе зялёны.
Калі дзе пабачыце,
ведайце: гэта ня мой…

Найчасьцей мы гулялі
ў Амэрыку ды Эўропу,
мабыць, рыхтуючыся да ўсяго,
што здарыцца неўзабаве.

Як мы рабілі тунэлі ў гарах,
паромныя пераправы,
як будавалі масты праз усё,
што можна злучыць мастамі,
і ўсенькія межы былі нам адчынены,
кожны цягнік мог прывезьці дадому.

Сёньня, калі ў знаёмых пытаюся:
“Дзе ты?” – і чую ў адказ:
“У Бэрліне, у Вене, у Лондане, у Капенгагене,
у Таронта, у Солт-Лэйк-Сіці, у Портлэндзе”,
я ім кажу: “А я ведаю,
у мяне там чыгунка”.

Хтось лічыць зямлю
планетай круглае формы –
лухта, не сьмяшыце мае паравозікі!

Згадваюць пра Пталемэя з гітарай
верхам на трох чарапахах –
гэй-ла-ла-ла-ла! –
бліжэй, ды ўсё роўна халодна.

Сусьвет трымае стол-кніга,
раскладзеныя маршруты
і пляшка з чырвоным
адразу за краем зямлі!

Стваральнікі сьвету гуляюць
проста цяпер у настолку,
хвалююцца, п’юць,
распаляюць пекла азарту –
і часта бязбожна мухлююць.

І ўсё, што намухлявалі,
завецца Гісторыяй,
Геапалітыкай,
Цывілізацыяй,
Ідэалогіяй,
Усясьветнай Рэлігіяй (і Атэізмам),
Культурнай Спадчынай,
Літаратурным Канонам
і Гэтак Далей.

А праўда пасуе для казак і вершаў,
бо ўсё адно не павераць.