Мир после закрытия

воспоминания, как старьевщики,
являются на рассвете.
ощупывают прожитое холодными пальцами,
сбивают цену.
уходят,
распихав по карманам мои восклицания.

сегодня они унесли осколки
того утра,
когда солнце разбилось в наших глазах
на мелкие "прости".

нет ни ветра,
ни эха пробежавших трещин.

только пустота
учится дышать, как младенец,
но без крика.

***

мы плыли
внутри мокроты
откашлянного времени.

каждое "может быть"
подыхало,
не успев стать воспоминанием.

с каждым выдохом
терялось чье-то имя.

мы окапывались в поводах молчания -
они хоронили нас
в разговорах по пьяни.

мы хотели откашлять время.
вернуть плевок асфальту.

***

завтра вползает с изнанки рубахи.
укладывается в нагрудном кармане.
рассыпается табаком
сломанной сигареты.

ты просыпаешься.
произносишь:
"завтра - это вчера, которое нажралось
и не помнит своего имени."

рубаха прилегает плотнее.
пахнет чем-то вчерашним.

а завтра уже здесь.
это пуговица,
которую некогда пришить.