РУСЬ ЗА МНОЙ. РУСЬ ВО МНЕ

Русь за мной. Русь во мне. Русь в душе.
Мне другой необъятности мало.
Я люблю тебя так, что уже
Даже вечности кажется мало.

От Калининграда — к восточным морям,
От метелей — до южнего зноя.
Ты не просто земля под ногами —
Ты огромное сердце живое.

Мне бы утром пройти босиком
По росе, где васильки синеют,
Где над старым родительским домом
Соловьи до рассвета хмелеют.

Мне бы видеть, как клин журавлей
Режет небо над русским простором.
Как закат золотится в полях
И река отвечает соборам.

А русская женщина — Боже, храни.
В ней такая негромкая сила:
Она скажет всего: Ты себя береги, —
А как будто весь мир обняла и простила.

Не словами умеет любить —
Поправляет воротник у порога.
Может ждать. Может верить. Хранить.
И молиться тихонько у Бога.

А мужчина здесь любит без лишних речей:
Дом построит. Посадит берёзу.
И становится только сильней,
Если жизнь проверяет морозом.

Мы умеем последним делиться куском,
Незнакомого звать своим братом.
И накрыть на простой старый стол,
Чтобы гость уходил не чужим, а богатым.

Вот такая ты, Русь. Без конца.
Не измерить тебя километром.
Ты живёшь не на карте — в сердцах,
В запахе хлеба, земли и рассвета.

Я от края до края — русский.
Не по крику. Не ради словца.
Просто мне эти реки и рощи
Каждый раз открывают мне снова Россия тебя.

И когда над землёй нашей грянет беда,
Мы становимся крепче гранита.
Потому что Россия для нас — не черта.
Это мать. А родная мать — не забыта.

За неё не нужны мне слова напоказ.
Я люблю её тихо и свято.
Но попробуй спросить, что Россия для нас, —
Я отвечу: от Волги до сердца — святое.

Пусть шумят над Россией леса.
Пусть весною разливаются реки.
Пусть летит журавлиная стая
Над землёй, что навеки останется нашей.

Мне не надо другой красоты.
Мне другой широты не измерить.
Русь за мной. Русь во мне. Русь в душе.
И я счастлив в Россию верить.

Ваш Щесняк Кирилл