Портрет отца художника. Константы Галчиньский

Отец мой очень был ленив. Мы целыми часами
смотрели, как бездельник наш возился вечно с псами.

То засвистит, то мухой он застынет у Портрета,
то в зарослях под окнами начнёт читать газету.

Но больше он любил читать с убийствами романы.
чем больше висельник пролил крови невинной дамы,

чем смешней, чтоб спрятать в сумке, он ей голову срезал,
тем прекрасней изумрудный блеск очей его сверкал,

тем чудесней блеск очей тех изменялся и играл,
когда взор его лучистый как зелёный куст сиял.

Другим же увлечением отца были сосуды
различных видов и цветов, которыми проходы

всех комнат дома своего он доверху заставил,
а в них были варения с рецептами без правил:

из барбариса и «осты», болгарской розы, мотыля,
клубники сорванной, когда на небе юная Луна

и дует южный ветерок, черешни, «здры», «барлы» -
ищи слова те в словарях, они – давно мертвы,

как словами, так душою можно осень ощущать –
пишет так поэт Гораций. Он любил его читать,

И было у него окно любимое, а в нём,
когда, окутав тишиной, спускался вечер в дом,

светила круглая Луна, дом заполняли тени мглой
и лишь трещал сверчок в щели кирпичной средь тиши ночной,

он, подойдя к окну, вставал, вздыхая свежий аромат
словно огромный пёс из гор с названьем Святой Бернард.

Я был тогда мал, как пчела. Когда в дымке тумана
увидел в сумерках главу отца я Великана,

мной овладел хохот и страх, как показалось мне,
ночной колпак тянул отца в объятия к Луне.




PORTRET OJCA ARTYSTY

Ojciec lubi; lenistwo. Ca;ymi dniami
widzia;e; pasibrzucha, jak si; bawi; z psami.

To zagwi;d;e, to much; zdusi pod Obrazem
i marsz w g;szcz pod oknami do czytania gazet.

Najch;tniej lubi; czyta; o mordach. Im wi;cej
przela; jaki wisielec rzewnej krwi dziewcz;cej,

im zabawniej nakraja; do walizki g;ow;,
tym pi;kniej si; pali;y oczy szmaragdowe,

tym cudowniej blask oczu i gra;, i si; mieni;,
w promieniach ;renic ojciec siedzia; jak w zieleni.

Za; drug; pasj; ojca stanowi;y s;oje
r;;nych kszta;t;w i barwy, kt;rymi pokoje

przewiewne swego domu zastawia; do g;ry,
a w s;ojach najdziwniejsze sta;y konfitury.

z r;;y bu;garskiej, z motyla, z ostu, z berberysa
i z truskawki zrywanej podczas p;;ksi;;yca,

gdy wiatr z po;udnia wieje, z trze;ni, zdry i bar;y —
szukaj tych s;;w w s;ownikach, bo dawno umar;y,

a s;owa jesie; maj; tak jak ludzka dusza —
m;wi Horacjusz. Ojciec lubi; Horacjusza.

Mia; tak;e ulubione okno. W oknie swojem,
gdy si; wiecz;r po;o;y; na wszystko spokojem,

;wieci;a pe;nia, lekkie cienie dom zaleg;y
i tylko ma;y ;wierszczyk ;wierka; w szparze ceg;y,

ojciec ;eb w okno wstawia; i z lubo;ci; dysza;
jak wielkie psisko z g;ry ;wi;tego Bernarda.

By;em wtedy nie wi;kszy od pszczo;y. Gdy w dymach
zmierzchu ujrza;em w oknie ;eb ojca-olbrzyma,

strach i ;miech wstrz;sa;y, bo krzywa szlafmyca
ci;gnie — my;la;em — ojca prosto do ksi;;yca.

1934