Боже, дай мне хоть ночь тебя не любить

Мне эта любовь уже жмёт под рёбрами,
Как будто там сердце забыли тушить.
Мы были безумными. Были добрыми.
Но, Боже, как больно настолько любить.

Ты входишь под кожу — не телом, а светом,
И там остаёшься, как вечный апрель.
Я клялся себе, что однажды сумею
Закрыть эту душу. Захлопнуть ту дверь.

Но стоит тебе появиться неслышно —
И рушится всё, что я строил внутри.
Я снова живой. Я опять ненормальный.
Я снова горю от одной лишь любви.

Алые розы сгорают в ладонях,
Белые крылья чернеют в огне.
Я будто распят между небом и болью,
А ты, как причастие, бродишь во мне.

Я пил тебя взглядом. Дышал тобой жадно.
Ловил твои пальцы, как воздух в груди.
Мне мало тебя — и от этого страшно.
Мне страшно однажды тебя отпустить.

Не потому, что без тебя я погибну.
Наверное, выживу. Люди живут.
Но кем я проснусь, если сердце остынет?
И что за черти тогда во мне умрут?

Мне говорят: Отпусти. Это просто.
Как будто любовь — это выключить свет.
А если ты стала моим кислородом,
Как мне объяснить себе , что нет той кем живу?

Я не святой. И любовь наша — тоже.
Мы били словами сильнее ножей.
Но даже когда становилось тревожно,
Мне хотелось к тебе. Ещё ближе. Ещё сильней.

До дрожи. До хрипа. До бешеной нежности.
До той высоты, где срывается страх.
Где двое уже не считают погрешности,
А просто сгорают друг в друге дотла.

И если любовь — это вид сумасшествия,
То я признаюсь: я давно пациент.
Мне выписан голос твой вместо лекарства,
И запах волос вместо тысячи стен.

Я больше не спорю ни с Богом, ни с небом,
Не спрашиваю, почему именно ты.
Мне только бы раз оказаться там,
Где ещё не успели друг друга разбить.

Где ты ещё рядом. Где я ещё верю.
Где ночь пахнет розами после дождя.
Где я открываю тебе свои двери
Не чтобы спастись — а любить не щадя.

И всё-таки, Боже, когда станет тесно,
Когда моё сердце устанет гореть,
Дай мне хотя бы одну только ночь
Её не искать.
Её не хотеть.

Не вырви любовь.
Не убей.
Не разрушь её.

Я не прошу становиться чужим.

Просто дай мне уснуть
хоть однажды спокойно,

Не слыша,
как имя её
бьётся внутри.

Ваш Щесняк Кирилл