Азриэль, заинтересовали Ваши «Художники-отцы искусства...». В самом названии уже есть сильный вопрос: каждый новый автор действительно начинает с себя — или за его спиной всегда стоят предыдущие художники, поэты, книги и образы?
Мне сейчас особенно интересно, где Вы сами проводите границу между влиянием и собственным голосом. В какой момент чужая традиция перестаёт быть чужой и становится частью твоего собственного текста?
С уважением,
Сергей Бухдрукер
Я думаю, что на самом деле за каждым новым автором, будь то писатель или художник, стоят другие авторы и образы, книги почти всегда! Я думаю искусство это такой предмет, что даёт волю твоим чувствам! А как же дать волю чувству, если нету твёрдого фундамента. К чему веду? Да к тому, что конечно автор будет использовать старое так сказать, будет использовать старые приёмы, что были использованы до этого. Ведь так легче сформулировать мысли, передать красоту через старые образы или отсылки к другим авторам и тд. Но новое выходит, когда человек начинает связывать свои мысли и чувства в неком ином алгоритме. Например, новое сравнение, которое очень не очевидно (это простейший пример). Ведь по сути, если так подумать то мы говорим и дышит, как дышали и говорили люди, может 50 лет назад или 100 лет назад. Но к чему я подводил вообще весь мой монолог, так это к тому, что новое рождается ещё именно от твоего чувства. Как я говорил, что быть может дышим и говорим мы одинаково, но мир воспринимаем по разному (как по Канту). Именно виденье автора на ту или иную ситуацию или вопрос, делает его уникальным. Моё мнение, извините, что возможно много воды,
Спасибо за рецензию и за вопрос, а также хочу поинтересоваться вашим мнением, когда автор перерастает в самостоятельную единицу?
С уважением, Азриэль!
Азриэль, благодарю! Мне очень близка Ваша мысль: самостоятельность автора начинается не там, где он перестаёт пользоваться накопленным культурой, а там, где через знакомые средства начинает проявляться его собственный способ видеть мир.
Для меня автор становится самостоятельной единицей тогда, когда его текст уже невозможно полностью объяснить перечнем влияний: источники видны, а итоговая комбинация мыслей, чувств и выбора — уже его.
С уважением,
Сергей Бухдрукер
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.