Я не умел просить я учился болеть

Мне говорили: «Болит — потерпи.
Не будь обузой. Всем бывает плохо».
И я учился прятать боль в груди,
Как прячут плач за запертой эпохой.

Мне было стыдно слабым приходить,
Сказать: «Побудь. Мне страшно. Я не справлюсь».
Проще молчать. Работать. Всё тащить.
И улыбаться: «Ничего. Я справлюсь».

А если вдруг срывался организм,
И тело объявляло забастовку,
Я чувствовал не боль — я чувствовал свой стыд:
Как будто жизнь проваливал неловко.

Но странно: там, в больничной тишине,
Где не просили быть большим и сильным,
Впервые разрешали просто мне
Поспать. Читать. Быть слабым. Быть бессильным.

Там спрашивали: «Где сейчас болит?»
И это было почти словом «вижу».
Никто не говорил мне: «Не хнычь. Терпи».
И мир впервые становился ближе.

А дома — снова: «Ты должн. Да. Давай.
Кому такой ты нужен? Соберись же».
И я взрослел, не выбирая край —
Я просто становился тише. Тише.

Наверно, потому и до сих пор
Мне трудно знать, чего я сам желаю.
Я в магазине вижу сотню форм —
И ни одной себе не выбираю.

Я слишком долго слушал всех вокруг:
Кому помочь? Кого сейчас спасать мне?
Но если спросит кто-нибудь: «А ты?» —
Во мне внезапно делается страшно.

Мне легче заплатить чужим рукам,
Чем попросить родного: «Будь со мною».
Я вещи сам таскал по этажам,
Но не умел делиться тишиною.

Ведь близость — это страшное «нуждаюсь».
А помощь — это риск услышать «нет».
Поэтому я молча надрываюсь,
Как будто просьба — это мой позорный след.

«Им не до меня». «Они не смогут».
«Я не из тех, кого хотят спасать».
Вот так ребёнок вырастает взрослым,
Который может всем — себе не дать.

Но я устал доказывать судьбе,
Что место рядом надо заслужить.
Мне можно быть растерянным. Болеть.
Мне можно не спасать — и всё же жить.

И если силы кончатся во мне,
Я больше не дождусь большой беды.
Я раньше попрошу: «Побудь со мной.
Мне страшно одному. Не уходи».

Пускай дрожит непривычное «помоги»,
Пускай от просьбы жаром вспыхнут щёки.
Я больше не обязан быть стальным,
Чтоб кто-то счёл меня достойным.

Я не обуза, если мне нужны
Чужие руки, голос или плечи.
Любовь не выдаётся за труды.
И боль — не пропуск к человеческой любви.

Я столько лет кричал себе: «Я сам!» —
Пока внутри почти не стало силы.
Теперь мой самый взрослый в жизни шаг —
Не выстоять.

А попросить:

«Побудь со мной.
Мне этого так надо».