В Начале была Музыка

Содержание:

1. Вступление к осенней драме;
2. Донская цыганочка с выходом;
3. Шопен Ноктюрн;
4. Музыка души;
5. Встреча Зимы. Пьеса для флейты и фортепиано;
6. Скерцо.  Нега слов;
7. Случайная мелодия. Фортепианный этюд;
8. Сударыня барыня;
9. Скрипичный этюд. Февральская лазурь;
10. Рио-Рита;
11. Весеннее стаккато;
12. Девчонка из седьмого класса;
13. Фортепианный этюд. Импровизация;
14. Скрипка Гварнери;
15. Никколо Паганини. Каприччио;
16. Твой красного цвета концертный рояль;
17. Хабанера или... ад зеркал;
18. Ночной летний дождь;
19. Воздушный поцелуй;
20. Саксофон. Соло



Осенний клавесин

Шёл дождь
и шелестя листами,
нёс свою
нотную тетрадь.

Свой опус
он решил назвать
"Вступление
к осенней драме".

Претенциозно? -
ну и что!-
Его нисколько
не смущает
названье опуса
и то, что
краски он
слегка сгущает.

Ещё не вечер.
Листья льют
зелёных сумерек
прохладу,
а дождь,
как дождь,
идёт по саду
и исполняет
свой этюд.

Звучит
осенний клавесин...
И в этой
россыпи гортанной,
сплетая звуки,
фортепьяно
чуть брезжит...
или... моросит?
Но вот уже
туман висит
и всё промокло
от пиано.

Довольно
напускать тумана.
К чему
пустая трата сил?

Вторую часть
он опустил
и сразу начал
с барабана...

По ошарашенной
листве
хлобыщет
дождь остервенело,
пришёптывая,
то и дело
в плашмя
уложенной траве.

Потом затих.
Потом остыл
слепой,
блаженный
от успеха -
деревья плакали!..
(от смеха).
Он им невежество
простил.

Донская цыганочка с выходом

Закат печаль позолотит,
с ума сведёт разлуку.
Горит звезда моя, горит
на радость и на муку.

Плат с кистями, шаль с каймой,
не мой ты и ничейный…
Осенний свет моих очей -
зари твоей - вечерний.

Вечер нежен... или... ночь
вечера нежнее?..
Грусть-тоска из сердца прочь!
Чьи глаза влажнее...

Не костёр, горит закат!..
Ярым сердцем таю.
В лад с тобою,  иль не в лад
ночку коротаю?..

Любо сердцу! То-то, страсть,
рвётся ретиво'е!..
Пропадом да не пропасть
нам в ночи с тобою!..

Ты постой... нет, поспеши! -
Поцелуй покрепче!..
От души... от всей души!
Станет сердцу легче.

Шопен. Ноктюрн

Ноябрь. Пятница.
Недолгий день осенний.
Не нужно прятаться
и уходить... в себя.
Пусть сумерки
изысканною ленью
блаженные...
мгновения дробят.

Пусть сон нейдёт...
Пусть эта
полудрёма...
мерцая в темноте,
Весну твою... вернёт.
Пусть с ней... тебя
в просветах
возле дома
он, не спеша,
немного подождёт...

Музыка души

Зажгите свет… и - плед на плечи...
И в сумерках, при свете том,
раскройте том, с которым легче
испить души осенний стон…

Вернув себе первоначалье
звучаний музыки души,
внемлите ей. Пусть все печали
легчайший снег припорошит…

Вам, книгочею, снега ноша
вечерних сумерек легка.
Тихонько, бабочкой, пороша
начнёт под окнами мелькать,
подёнкой снежною кружиться...

И сердце  станет отпускать,
и можно спать идти,  ложиться,
когда в окне начнёт светать...

В себя вбирая дни и ночи,
восход светила и исход,
душа без сердца быть не хочет.
Да не оставит нас Господь!..


Встреча Зимы.
Пьеса для флейты и фортепиано

Звёзд
полночные форели
в глубине
ночного неба.
Тёплый мякиш
первоснега
с тёмной зыбкой
лодки-ели
крошит им
мальчонка-Ветер.
В смоляную
воду Вечер
погрузил
луну-бадейку.
Ею черпает он
полночь -
цедит серебро
рассвета.

Двое их
на старой
лодке.

Внук его,
вихрастый
Ветер,
всё затаивал
дыханье,
ждал,
разбрасывая
крошки,
звёзд
небесные
созданья...

И форели
поднимались
из глубин
ночного неба,
в бликах
лунного сиянья
в лунных
обручах горели
и кружились,
и плескались
возле зыбкой
лодки-ели...

До молочного
тумана,
до жемчужного
рассвета
в небо...
белые снежинки
в смоляной
воде летели..

Скерцо. Нега слов

Снег…
с головы
до ног
– сноп…
свет...

Нет!
- с ног
до головы! -
Свет слеп...

Снег -
в-снег,
след -
в-след…
 
Снег
в рост,
до звёзд!..
Из звёзд…

и… Тишь...

И ты
летишь,
как снег
из звёзд!..
И ты
шалишь,
как
снега лёт!..

Как хорошо,
что
снег идёт
так...
безмятежно
хорошо...

Ресницам
и губам
свежо
и снега
слог
слоится…

В нём
нега слов
двоится.

Случайная мелодия.
Фортепианный этюд

Искры снега
с неба падали
снегопадами...
Новогодними
несмелыми,
белыми-белыми...

В лёгком инее,
наброшенном,
в небе звёздном
завороженно
по серебряному
блюдечку
катит яблочко
Луна...

Улыбается
застенчиво...
с Зимним
Вечером
обвенчана
и колечко
обручальное
прячет...
в кулачке она.

Как мелодия
случайная,
тишина...
необычайная.
Снег искрится...
Величальная
в той мелодии
слышна.


Сударыня барыня

Пошла, пошла метелица!..
Соболья бровь - в разлёт!..
По кругу красна-девица
лебёдушкой…  плывёт.

Лес замер, Богу молится...
А ну, соколик мой!
Не выйдет - не обломится! -
Пойдёшь плясать со мной!

Ударила гармоника -
а ельник - в березняк!
Как школьник, с подоконника
в берёзовый сквозняк!

- Постой! -смеётся - Суженый!..
Хохочет - Не могу!..
И снег звенит… завьюженный
от смеха на бегу.


Скрипичный этюд. 
Февральская лазурь

Снег
свеж и чист...
Метели
опочили.
Вот-вот…
с небес
сойдёт...
Вечерняя
Заря...
Хрустальные
короны
белых лилий
среди снегов
нетленные
царят...
И обращая
снег
в своё сиянье,
доверив ему
тайны хрусталя...
они царят,
не требуя
признанья,
в лазурной
нежной дымке
февраля...


Рио-Рита

В ночь
погасших огней
вдруг
Весна забрела...
в спящий,
детства
затерянный город...

В нём
подаренный ей
патефон завела...
и пластинки
послышался шорох...

Рио-Рита...

Пусть  розы
приснятся в росе...

Рио-Рита...

Ты снова
влюбилась...

Закружилась
весны заводной
карусель...

Чьё-то... сладко...
сердечко забилось.


Весеннее стаккато

Март-Апрель...
Какая прелесть
капельмейстера
купель!
 
Этот перезвон
капели:
По-по-ка-то-
пе-те-пель...

Это звонкое
стаккато -
вод воскресших
буйный хмель:

По-по-ка-то-
по-по-ка-то,
по-по-ка-то-
пе-те-пель!..


Девчонка из седьмого класса

И снова нет конца и края
Весне... такая кутерьма!..
Гремят ручьи, звенят трамваи...
и улыбаются дома.

Чуть-чуть... не строит пианино...
На нём, в квартире номер семь,
весенней ярмарки картины
раскручивает карусель

девчонка из седьмого класса...
Её зелёные глаза!..
В палитре звуков столько красок -
и малахит, и бирюза...

Она поёт и так...  играет!..
Ей вторят под окном окном ручьи.
И чьи-то, в такт ей, замирают,
на вздох... сердца мальчишечьи.


Фортепианный этюд.
Игра в пятнашки

Пятница.
Игра в пятнашки.
Клавиш
слаженный аккорд.
Пальцев
лёгкая протяжка.
Звуков
строящийся хор.

Звонкое
мно-го-го-лос-ье
птиц, трамваев
и ручьёв...

Снег совсем
обезголосел.
Славит
племя галочье
скаты крыш:
с них небо
льется...

Свист синиц
на проводах...
Голубь... Солнце.
 
Кот крадётся...
Замирает сердце:
- Ах!
Промахнулся!
Промахнулся!!!

Два прыжка -
аккорд! Аккорд!..

День тобою
улыбнулся.
Я тобой
ужасно горд.


Скрипка Гварнери

Я скрипка Гварнери!..
Я скрипка - Печаль,
уставшая верить
в любовь... по ночам.
 
Я скрипка Гварнери,
прижмите к плечу!..
Я плачу... Я плачу...
Я в омут... лечу.


Никколо Паганини
Каприччио

...чёрт эта музыка...
Музы'ка! -
От рук
отбившаяся речь...
Расплещет
волосы вкруг плеч -
что ей…
Орфей и Эвридика!..

И снова...
подлый, ножевой
удар смычка!
и... онеменье...

Бессилье
крестного знаменья
и скрипки
клёкот горловой...

За кем она пришла?
За мной?..
Рассудок мой?
Ей крови мало?!.
Кого она
во тьме искала
здесь,
в беспросветности
земной?..

За мной...
Она пришла за мной!
Как благовест!
Как песнопенье...
В какое
светлое смиренье
она меня
с собой звала!..

Венок
мелодия сплела...

И... закачался
тот венок
у ног моих,
у Ваших ног...

О, как же
был я одинок! -
Она меня
не узнавала…
Меня звала,
меня искала!
и... не узнала...
не узнала...

Кому...
слова мои
 нужны?!..

черт эта музыка!..
МУ - ЗЫ'- КА!..

Как…  всё вокруг
свежо и зыбко...

Всё шепчет...
что-то
шепчет скрипка
в затекшей
кисти тишины...


Твой красного цвета
концертный рояль

В твоём молчании
иду «без кожи» -
ску-ко-жен-ный
весь внутри…

Навстречу прохожий,
он тоже «без кожи»
идёт...
завернувшись
"в крик".

Без кожи нельзя нам,
нельзя без кожи!
Без кожи
на солнце как?!.

Ты справа,
в молчании...

Боже Правый! -
щепой
полыхает щека,
правая,
та, что
к тебе ближе...

Твою
опушку виска,
левого...
жжением,
чувствую…
Слышу
(это твоя рука!) -
Музыка...
Музыка! -
Сколько
в ней дрожи...

Покрова
кожного срыв!

Больно!
Как больно!..
Как же
ты можешь!?.

Так не бывает!..
Как же
ты можешь?! -

Клавиш
багровый
взрыв!..

…живая…
без кожи...
ещё… живая...
и я...
всё ещё жив.


Хабанера
или
ад зеркал

Какие
мед-лен-ные тени...

День подводил
свою черту.

Куда, в какую...
темноту?
прокладывает
он ступени?..

Стекло оконное
в поту.
За шторами
в гостиной пусто.

С монеткой медною
во рту,
бесплотной тенью,
в пустоту
сочится сумерками
люстра,
свою теряя высоту.

Где этот просверк
на лету? -
в оттенках,
переливах чувства?..

Тетради нотные
раскрыты.
Рояль раскрыт.
Хрусталь погас.

Здесь парафраз
Кармен-сюиты
звучал в ночи
в последний раз.

И сумерек откинув
пряди,
разверзнув ад
свой, зеркала...
глядят, как
нотные тетради
ночная
заливает мгла.

Ночной летний дождь

Дождь тёплый...
Деревья
промокли насквозь...
Небесное фортепиано:
ночная мелодия
благостных слёз
светлейшая,  нежная…
Странно...
Казалось, что горше
нет в мире ночей -
откуда той нежности
взяться?..
И вот он звучит,
этот светлый ручей...
и я не хочу
с ним расстаться.


Воздушный поцелуй

Мягкий
приглушённый
шорох…
плывущих,
шепчущих…
вспыхивающих
и меркнущих
звуков –
трепещущий,
замирающий
от нежности,
рас-кры-ва-
ю-щий-ся…
бутон…
воздушного
поцелуя.


Саксофон. Соло


Светло-зелёный, прозрачный, весь в золотистых
солнечных бликах тенор чему-то улыбнулся,
смутился и стал робким, застенчиво-нежным...
В его чистейшем, василькового цвета звучании
стали расцветать тёмно-синие, всё ещё
в капельках утренней росы, бутоны ночных снов,
которые раскрывали свои лепестки и лепестки,
раскрываясь, расплёскивали мерцающие,
вспыхивающие и гаснущие оттенки своих снов,
превращая их в звёздные сполохи ночного неба.

И небо, внимая им, становилось глубокой бездонной
ночью, в которой, осыпаясь лепестками звёзд,
звучала музыка Вселенной. Созвездия Её звуков
вспыхивали и гасли, чтобы снова и снова расцвести,
раскрыться и, вспыхнув, разлететься во все стороны
мириадами зелёных, голубых, синих и фиолетовых
брызг…

Всё чище, всё проникновеннее звучат
завораживающие и обволакивающие,  неистовые -
аметистовые и рубиновые, бархатные - оранжевые
и бордовые, трепещущие нежной страстью
звуки  голоса солирующего саксофона.
 
И когда он был всё ещё где-то там, далеко-далеко,
в своём, мерцающем нежной звериной страстью
звучании, откуда-то,  из ничего, прошелестело:
- Боже мой!.. Какой роскошный баритон!..
и этого оказалось достаточно, чтобы он снова
смутился, вернувшись к своим слушателям:
- Что Вы! Что Вы! Я тенор, всего лишь, тенор!

И вновь зазвучало ранее сотканное им золототканое
пространство сполохов, колышущихся и меркнущих
голубыми, зелёными, синими и фиолетовыми искрами
оттенков роскошного тембра  его голоса и это
было прозрачное, плывущее лёгким рассветным
туманом, ЛЕТНЕЕ УТРО.



В Начале
была Музыка

Был гул.
Был звуков
рой
нестройный.
Стук,
шелест, как
от сквозняка...
пока
Всевышнего
рука
не замерла...
Взмах –
Музыка!..

Серд-це-
би-ень-е!..
 
Смятенье
нервов,
струн и жил...

Суть Сущего
в Своё
Творенье -
Вдох!..  или...
Выдох
Вдохновенья! -
Творец
дыханием
вложил!..

И в оттиске
Первоизданья
Глубин
безмолвная
тоска…

Мучительное
содроганье
слов,
не познавших
языка...

В Начале
была
Му-зы-ка!