платье из сонной прохлады

Тот полдень был выжжен, безлик и жесток,
Он бил по глазам, обнажая рубцы.
И мир, как хирург, совершал свой наскок —
И душу кромсал на чужие куски.
Пустые расспросы, как пыльный асфальт,
Въедались под кожу, мешая дышать...
Но вечер спустился, как мягкая шаль,
Чтоб эту усталую стать укачать.
Я платье из сонной прохлады возьму —
Мой кокон, мой щит от безумия дней.
Оно забинтует и спрячет во тьму
От острых уколов случайных людей.
Пусть мир за стеною беснуется, злит,
Вскипает от ярости, ищет вины —
Но серый подол безупречно хранит:
Внутри этой ткани есть Бог тишины.
Порезы от слов, что летели как сталь,
В прохладных волокнах теряют свой жар.
Мне больше не страшно, мне больше не жаль
Того, кто забрал мой последний пожар.
Я соткана заново из темноты,
Из капель зари, из дымки речной.
Здесь звуки чужие совсем не слышны,
Здесь шрамы мои примирились со мной.
И там, где ложится туман-пелена,
Где гаснут огни опустевших витрин,
Две тени сплетаются в ткань полотна,
И мы остаемся один на один.
И мир станет тише. Осядет оскал.
Под каплями влаги растает весь бред.
Теперь я дышу. Жаркий полдень устал.
И сонной прохладой я скрыта от бед...