Место Силы

Глушь лесная позвала в дорогу,
Поманила тайной вглубь лесов.
Новый год стучится за порогом,
Ну а ты встречать его готов?

За год недосказанность скопилась,
И, наверно, где-то протекло,
Если в жизни появилась уязвимость,
Как потеря в сущности чего?

Собираясь нехотя в дорогу,
Мысленно уже подвёл итог;
Чередой событий был мне дорог
Этот год — путей водоворот.

Он принёс и радости, и скорби,
Было, скажем, поровну всего,
Но, поверьте, так бывает в спорте:
Добежал до финиша — и всё!

Что ж! Я это сделал! Я приехал!
На призыв откликнулась душа.
Зачерпнул воды живой и выпил
У обетного в урочище креста.

Стало мне отчасти даже стыдно
За свою никчёмную тоску:
Вот она — неведомая сила
В северном загадочном лесу.

Тут она из недр вулкана рвётся,
Бьёт ключами по округе всей,
А земля Куртяевской зовётся
Или Местом Силы — так верней.

В храме леса радостно, светло.
Надышавшись, воздух выдыхаю.
В голове от мыслей отлегло,
Я иду, улыбкою сверкаю.

От моста уже пустился в путь
По тропе в заснеженное царство,
Наглядеться, взять с собой чуть-чуть
Волшебства от зимнего убранства.

Снежные наносы да сугробы:
Шаг ступи с тропы — и утонул.
Лес вздыхает тихо-тихо, чтобы
Я с тропы заветной не свернул.

Та тропа меня уводит дальше,
Где навстречу бросится к ногам
Берег в ямах, что без ложной фальши
Поймой звался, а теперь зачах.

Речка льдом едва-едва покрыта,
Тонок лёд — реке уснуть пора.
Что там ждёт меня за поворотом,
Где подковой выгнулась река?

Ельник тут и выше, и темнее,
Сосны — враз не обхватить стволы.
Чащи леса издали чернеют,
На снегу мерещатся следы.

Дивные берёзки глаз ласкают
Белизной и стройностью своей.
Зимний лес их в шубки одевает,
Бережёт до кончиков ветвей.

Под ногами снег скрипит и рвётся,
Нарушая тишины покой.
На поляну вышел, сердце бьётся,
Лес сомкнулся за моей спиной.

Окаймил поляну лес дремучий,
Лёг в оправу островок земли,
В самом сердце у тайги могучей
Храм с часовней свой приют нашли.

Вот куда моё стремилось сердце —
На отлогий берег, на холме.
В храме том не запертая дверца,
Скрипнув, пустит путника к себе.

Я стою один под образами,
Свет на пол струится с двух сторон.
Тишина царит в иконной раме,
Тишиною этой оглушён.

Сотворив молитву и поклоны,
В долгом ожидании молчу.
Стены помнят лик святой иконы,
Собиравший перед ней толпу.

Стены помнят, как в былые годы
Шёл на богомолье люд простой,
Как сиял иконостас прихода
Золочёной вязью прорезной.

Образ явлен давнею порою —
Божий человек Алексий он.
Показался там перед народом,
ореолом светлым окружён.

На Руси житие святого чтили
и в мольбах просили о своём.
В месте том часовенку срубили,
где на пне был явлен он.

За благословением обратились
ко Владыке ставить новый храм;
прозревая сердцем, здесь молились,
уповая с верой прихожан.

От мирян, от христолюбцев оных,
жителей Нёнокской земли,
храм сим подаянием построен —
всяк, кто с верой мог к нему прийти.

Богомольцы северных селений
Шли за исцелением к нему.
Слух о чудах, о пути прозрений
Разносился по свету тому.

Чудеса по нашим меркам — диво,
Рассудив и взяв себе на ум.
Помышляет человек строптиво,
Умалив тревожность дум.

Вот она, Куртяевская пустынь,
От молитв просителей светла.
Глубоки устои, не допустят
Непотребство, низкие дела.

Божьим изволением, молитвой
Преподобный, Божий человек,
На земле, натруженной битвой,
Душу спас и стал святым навек.

Дел мирских у человека много:
К соляному промыслу дрова
Насекли в день летнего порога,
Что в пределах Нёноксы-села.

Ударяет страшно, люто, дико
Молния, снопом огня разя;
Пламя жадно проникает лихо,
По кострищам дров скользя.

Силы нет унять людское горе,
Превозмочь и угасить пожар.
Труд крестьян исчезнет вскоре —
Плачет горько солевар.

Гнев, бессилье, страх, надежда,
Вьется черным дымом рой.
О Господь, где был Ты прежде?
Как нам справиться с бедой?

Встал народ в мольбе скорбящей
В храме, к образу прозря:
«Преподобный, дай нам счастье,
Пропадут труды зазря!»

Над Куртяевской сторонкой,
Вдалеке от пеших троп,
От дорог колейных громких,
От затейливых тревог.

В небе чистом, в небе ясном,
В день погожий, наяву,
Над пожаром тем ужасным
Туча выросла в грозу.

Дождь великий. Где же солнце?
Громы первые прошли,
Зачастили затяжные
С первым лучиком зари.

Облака над лесом встали,
Небо грозно стерегут,
Всё пространство застилая,
Обложные льют и льют.

Мокнет храм, часовня мокнет,
Пустошь в строгой тишине,
Колоколенка не звякнет,
Свет колышется в окне.

Разгораясь в ночи хмурой,
Отсвет солнца золотой
Между туч один бунтует,
Гонит тучи прочь, долой!

Обходились так и этак,
Но, как видно, не впервой:
За дождём вернулось лето
В день сияющий земной.

В храме снова служат службы
И молебствуют, поют.
Ненокшане как и прежде
С благодарностью идут.

Воцарилось в мире хрупком
Равновесие причин:
Сделай батюшка зарубку
В книгу давности зачин.

21.03.2026