Время жить
Душа под тяжким спудом:
неужто гнётом "Я"?
Зачем ты и откуда
пришла, душа моя?
Нет, плоти не раба ты:
земной не хочешь стать.
Ты явлена крылатой,
бессмертному под стать.
Рождённый, я до гроба
твой выстраданный крест?
Скажи, за что мы оба
попали "под арест"?
Земной в корнях и кронах,
не ангел воплоти,
я по земным законам
за всё тобой платил.
Когда же ты хотела
жить жизнью не земной -
не очень то терпела, -
расплачивалась мной.
Так что же тяжким спудом
тогда тебя гнетёт?
- Я, смертный, ниоткуда,
меня никто не ждёт.
Музыка души
Зажгите свет и плед на плечи,
и в сумерках при свете том,
раскройте том, с которым легче
испить души осенний стон.
Вернув себе первоначалье
звучаний музыки души...
внемлите ей. Пусть все печали
легчайший снег... припорошит.
Вам, книгочею, снега ноша
вечерних сумерек легка.
Тихонько, бабочкой, пороша
начнёт под окнами мелькать,
подёнкой снежною кружиться.
И сердце станет отпускать,
и можно спать, идти, ложиться,
когда в окне начнёт светать.
В себя вбирая дни и ночи,
восход светила и исход,
Душа без сердца быть не хочет.
Да не оставит нас Господь!
Родимая земля
И этот день придёт:
над миром, расцветая,
на землю упадёт,
сгорев, моя звезда.
И вот тогда,
свободу обретая,
душа увидит,
что земля пуста.
Блаженных остров пуст.
Здесь, возле речки Леты,
ни деревце, ни куст
свой не найдут приют.
Гром не разверзнет уст,
без зим и вёсен лето
и воздух летний пуст
и в нём дожди не льют.
Живых простим уста
за мёд речей на тризне.
Святая простота
тех слов Благая весть.
Здесь всё не так, как
мнилось в прошлой жизни.
Заветные места
лишь в прошлой жизни есть.
Я не останусь здесь.
Душа, вернись обратно.
Туда, где день и ночь,
где плачут и поют.
Где помянут меня,
перекрестясь трёхкратно,
и чарку поминальную нальют.
Пусть буду глух и нем,
невидим и неслышим.
Снежинкой
промелькну зимой в окне
и ласковым дождём
приду весной по крышам
ко всем, кто будет
помнить обо мне.
Свободы той,
Небесной, не приемля,
душа моя, о милости моля,
попросит Господа
вернуть её на землю,
чтоб стать тобой,
Родимая земля.
О безсмертной душе и плоти бренной
© Copyright: Виктор Никифоров Сиринкс, 2026
Свидетельство о публикации №126072403619
Свидетельство о публикации №126072403619
Рецензии
## РЕЦЕНЗИЯ ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ НА ПОРТАЛЕ «СТИХИ.РУ»
### **«Душа, выбравшая землю»**
#### Рецензия на цикл стихотворений Виктора Никифорова (Сиринкс) «О Душе безсмертной и плоти бренной»
Перед нами редкий для современной поэзии случай — цельный философский цикл, выстроенный с классической строгостью и наполненный живой, дышащей мыслью. Три стихотворения — «Время жить», «Музыка души», «Родимая земля» — образуют единое духовное путешествие, в котором душа проходит путь от трагического вопроса через обретение сердца к жертвенному выбору.
**«Время жить»** открывается как исповедь смертного «Я» перед собственной душой. Традиционная религиозная лирика обычно сочувствует душе, томящейся в «темнице тела». Виктор Никифоров совершает смелый концептуальный переворот: именно тело здесь оказывается жертвой. Душа, «явленная крылатой», не выносит земных тягот, и расплачиваться за её полёты приходится смертному «Я», «земному в корнях и кронах». Но финал стихотворения переворачивает всё ещё раз: на вопрос, что же гнетёт душу, она отвечает сама — *«Я, смертный, ниоткуда, меня никто не ждёт»*. Это не приговор телу, а исповедь души, которая страшится не заключения в плоти, а разлуки с ней.
**«Музыка души»** — лирическая пауза цикла, его сердцевина. Здесь происходит исцеление. Зажжённый свет, плед на плечах, раскрытый том, тихий снег за окном — всё это создаёт пространство, в котором душа обретает то, чего ей недоставало: сердце. *«Душа без сердца быть не хочет»* — эта строка становится ключом ко всему циклу. Душа не стремится вырваться из плена чувств, она хочет чувствовать — «в себя вбирая дни и ночи, восход светила и исход». Это удивительно тёплое, жизнеутверждающее единство духовного и земного.
**«Родимая земля»** — кульминация и развязка. Душа проходит через смерть, видит «Блаженных остров пуст», реку Лету, мёртвое вечное «ничто» без зим и вёсен. И принимает решение вернуться. Не в тело, не к прежней жизни, а туда, где «плачут и поют», где поминают «перекрестясь трёхкратно» и «чарку поминальную нальют». Финал цикла — одна из самых сильных строк в современной русской поэзии:
*попросит Господа*
*вернуть её на землю,*
*чтоб стать тобой,*
*Родимая земля.*
Это не библейское «прах ты и в прах возвратишься» как наказание. Это высшая милость, высшее желание души — стать землёй, на которой жили её близкие. Это отказ от бездушной небесной свободы ради родной земли, ради памяти, ради любви.
**Поэтика цикла** заслуживает отдельного слова. Виктор Никифоров мастерски владеет классической формой, но наполняет её живым, современным дыханием. Высокая, почти церковная лексика («спуд», «воплоти», «Благая весть») органично соседствует с бытовой конкретикой («под арест», «плед на плечи», «чарка поминальная»). Ритм стихотворений то напряжён, как внутренний допрос, то замедлен, как падение снежинок, то торжествен, как молитва.
Особенно стоит отметить культурный синтез цикла. Античные образы (Сиринкс, Лета, Блаженные острова) сплетаются с православными (Господь, трёхкратное крестное знамение) и русскими народными («Родимая земля», поминальная чарка). Это не эклектика — это органичное единство, отражающее саму суть русской духовной традиции.
Цикл «О Душе безсмертной и плоти бренной» — это произведение зрелого мастера, которое не боится смотреть в лицо самым сложным сторонам человеческого бытия без иллюзий, но и без цинизма. Это поэзия, которая утверждает: высшая ценность — не вечность вне мира, а участие в мире, в его боли и радости, в смене дней и ночей. Душа, по Никифорову, выбирает не рай, а родину.
Этот цикл — из тех, что не читаются на бегу. Он требует остановки, тишины, внутренней работы. И оставляет после себя чувство светлой грусти, благодарности и глубокого уважения к родной земле, к памяти живых, к той жизни, которая дана нам здесь и сейчас.
--
С глубоким уважением к Вашему творчеству,
**Независимый литературный эксперт-аналитик**
Виктор Никифоров Сиринкс 24.07.2026 14:25 • Заявить о нарушении
### **«Душа, выбравшая землю»**
#### Рецензия на цикл стихотворений Виктора Никифорова (Сиринкс) «О Душе безсмертной и плоти бренной»
Перед нами редкий для современной поэзии случай — цельный философский цикл, выстроенный с классической строгостью и наполненный живой, дышащей мыслью. Три стихотворения — «Время жить», «Музыка души», «Родимая земля» — образуют единое духовное путешествие, в котором душа проходит путь от трагического вопроса через обретение сердца к жертвенному выбору.
**«Время жить»** открывается как исповедь смертного «Я» перед собственной душой. Традиционная религиозная лирика обычно сочувствует душе, томящейся в «темнице тела». Виктор Никифоров совершает смелый концептуальный переворот: именно тело здесь оказывается жертвой. Душа, «явленная крылатой», не выносит земных тягот, и расплачиваться за её полёты приходится смертному «Я», «земному в корнях и кронах». Но финал стихотворения переворачивает всё ещё раз: на вопрос, что же гнетёт душу, она отвечает сама — *«Я, смертный, ниоткуда, меня никто не ждёт»*. Это не приговор телу, а исповедь души, которая страшится не заключения в плоти, а разлуки с ней.
**«Музыка души»** — лирическая пауза цикла, его сердцевина. Здесь происходит исцеление. Зажжённый свет, плед на плечах, раскрытый том, тихий снег за окном — всё это создаёт пространство, в котором душа обретает то, чего ей недоставало: сердце. *«Душа без сердца быть не хочет»* — эта строка становится ключом ко всему циклу. Душа не стремится вырваться из плена чувств, она хочет чувствовать — «в себя вбирая дни и ночи, восход светила и исход». Это удивительно тёплое, жизнеутверждающее единство духовного и земного.
**«Родимая земля»** — кульминация и развязка. Душа проходит через смерть, видит «Блаженных остров пуст», реку Лету, мёртвое вечное «ничто» без зим и вёсен. И принимает решение вернуться. Не в тело, не к прежней жизни, а туда, где «плачут и поют», где поминают «перекрестясь трёхкратно» и «чарку поминальную нальют». Финал цикла — одна из самых сильных строк в современной русской поэзии:
*попросит Господа*
*вернуть её на землю,*
*чтоб стать тобой,*
*Родимая земля.*
Это не библейское «прах ты и в прах возвратишься» как наказание. Это высшая милость, высшее желание души — стать землёй, на которой жили её близкие. Это отказ от бездушной небесной свободы ради родной земли, ради памяти, ради любви.
**Поэтика цикла** заслуживает отдельного слова. Виктор Никифоров мастерски владеет классической формой, но наполняет её живым, современным дыханием. Высокая, почти церковная лексика («спуд», «воплоти», «Благая весть») органично соседствует с бытовой конкретикой («под арест», «плед на плечи», «чарка поминальная»). Ритм стихотворений то напряжён, как внутренний допрос, то замедлен, как падение снежинок, то торжествен, как молитва.
Особенно стоит отметить культурный синтез цикла. Античные образы (Сиринкс, Лета, Блаженные острова) сплетаются с православными (Господь, трёхкратное крестное знамение) и русскими народными («Родимая земля», поминальная чарка). Это не эклектика — это органичное единство, отражающее саму суть русской духовной традиции.
Цикл «О Душе безсмертной и плоти бренной» — это произведение зрелого мастера, которое не боится смотреть в лицо самым сложным сторонам человеческого бытия без иллюзий, но и без цинизма. Это поэзия, которая утверждает: высшая ценность — не вечность вне мира, а участие в мире, в его боли и радости, в смене дней и ночей. Душа, по Никифорову, выбирает не рай, а родину.
Этот цикл — из тех, что не читаются на бегу. Он требует остановки, тишины, внутренней работы. И оставляет после себя чувство светлой грусти, благодарности и глубокого уважения к родной земле, к памяти живых, к той жизни, которая дана нам здесь и сейчас.
--
С глубоким уважением к Вашему творчеству,
**Независимый литературный эксперт-аналитик**
Виктор Никифоров Сиринкс 24.07.2026 14:25 • Заявить о нарушении