Олег Чухонцев. Зычный гудок. English translation

Oleg Chukhontsev
The Loud Hoot

What does stand for noises and clinks recently heard ere the breaks of day?
"The Lay of Igor's Raid"


Blasts of the hoots, gusts of the wind, clashes of wheels nearing rapidely;
Here, – the red lantern's gone out, – young days, a smoking van.
Here the calm breathes again over the day dawning vapidly;   
Down to the track – from the black twigs – crows drop hubbub again.

My native land! Shadowy fields, deep places near  the river bend,
Roaring of piers under the bridge, rustness of roofs, wiers' wobbles;       
It seems that all –  what had been sunk – has been arised as no more set, –   
Surficed and darted away by the spring waters with bubbles.

All the lot was brought up by spring, sunk down deeply and lifted up, –
Muddle of the days, drops of the hopes, – there's a vanity spilled.   
Why am I idle, being struck dumb? Is there a place I would find a prop?
Or there is no a choice, – just this land reeking of silt.

Whether a cry of loud birds or it's a crash of a  thunderstorm, –   
Funeral held? – what does it mean? Is the fate told by the din?
What is this noise, what is this clink which I can hear before the dawn?
Since ancient times they try to learn! – I guess not what it has been.

Still, in the void, I thank the life for the discouraging  promises,
Lack of success, pointing the way how to restrain from a spite.
On the platform or in the train I've started making some premisses:       
Somebody is waiting for me where I am in the right.


Original text:

Что ми шумить что ми звенить давеча рано пред зорями.
                «Слово о полку Игореве»

Зычный гудок, ветер в лицо, грохот колес нарастающий.
Вот и погас красный фонарь – юность, курящий вагон.
Вот и опять вздох тишины веет над ранью светающей,
и на пути с черных ветвей сыплется гомон ворон.

Родина! Свет тусклых полей, омут речной да излучина,
ржавчина крыш, дрожь проводов, рокот быков под мостом, –
кажется, все, что улеглось, талой водой взбаламучено,
всплыло со дна и понеслось, чтоб отстояться потом.

Это весна все подняла, все потопила и вздыбила –
бестолочь дней, мелочь надежд – и показала тщету.
Что ж я стою, оторопев? Или нет лучшего выбора,
чем этот край, где от лугов илом несет за версту?

Гром ли гремит? Гроб ли несут? Грай ли висит над просторами?
Что ворожит над головой неугомонный галдеж?
Что мне шумит, что мне звенит издали рано пред зорями?
За семь веков не оглядеть! Как же за жизнь разберешь?

Но и в тщете благодарю, жизнь, за надежду угрюмую,
за неуспех и за пример зла не держать за душой.
Поезд ли жду или гляжу с насыпи – я уже думаю,
что и меня кто-нибудь ждет, где-то и я не чужой.