Крик в бетонную стену

КРИК В БЕТОННУЮ СТЕНУ

Я — пепел, ссыпанный в пакет,
Я — минус, взятый в никуда.
Мне больше нечем видеть свет,
Я выл, но выдохся нет силы боле.

О, Господи, прими стекло
Моих разбитых, лживых глаз.
Меня скрутило, разнесло,
Я — мертвый пульс в десятый раз.

Я катетер, торчащий в ад,
Я шприц, застрявший в вене дня.
Верни меня, шагни назад,
Найди потерянный вой взгляд.

Мой храм разрушен, свод протек,
Там плесень ест остатки сил.
Я — собственный страшнейший грех,
Который сам себя убил.

Я больше не могу хотеть
Не быть собою. Слышишь? Лом
Скрутил мне волю в медный жгут,
Я стал беззубым, тухлым псом.

Мой разум — высохший колодец,
Где бесы водят хоровод.
Я — сам себе кривой уродец,
Жующий собственный же рот.

Вдох — это порох, выдох — копоть,
Я заперт в комнате без стен.
И в этом крике нет измен.
Я — добровольный, вечный плен.

Зачем Ты дал мне эту тягу —
Любить все то, что меня жрет?
Я грыз бетонную бумагу,
А в ней — мой собственный оплот.


Я вор, укравший сам у Бога
Тот свет, что раньше был в груди.
Я — переломанная дрога,
Где даже страшно впереди.

Я встать хочу, но пол — магнитом,
Я — ртуть разбитых позвонков.
Душа прострелена нефритом,
Без обезбола и оков.

Спаси! Не верю, но попробуй,
Я закусил кусок беды.
Проткни мне череп этой злобой,
Чтоб захлебнулся льдом воды.

Верни мне злость, верни мне муку
За то, что я в дерьме лежу!
Ну протяни ты с неба руку,
Я ею горло развяжу.

Я выплюну вот этот ужас,
Разрежь меня, достань с лица
Всю эту слизь, что есть снаружи,
Что ждет наркотика-венца.

Я — выдох смертного припаса,
Я — спутанный в узлы жгуток.
Сорви с меня, Отец, матрасы,
В которых я навек продрог!

Я болен быть собой без дозы,
Я дохну быть собой под ней.
Везде цветут стальные розы,
Везде — музей моих теней.

Разбей губами этот камень,
Вдохни в пустые мехи мышц
Вот Тот огнь, что был, веками,
Разбей молчанье черных крыш.

Верни мне слезы, я забыл их,
Они — как пластик в животе.
Верни мне кровь — я выпил бывших,
Я высох в липкой немоте.

Дай руку. Крик стоит без звука.
Я — пропасть, вставшая ребром.
Я — окаянная наука,
Как гнить и падать на излом.

Разбей, Господь, вот этот цикл!
Расколоти, как ртутный шар.
Я — волк, приросший в диком рыке
К цепи, вгрызая в горло жар.

УСЛЫШЬ МЕНЯ ИЗ ЧЕРНОЙ ЯМЫ —
Я ЧЕЛОВЕК, НЕ СГУСТОК БЕД!
Пролей сквозь мрак хоть каплю самой
Той воли, где кончался бред.

Спаси меня. Ну, сделай что ли,
Чтоб Я НЕ МОГ УПОТРЕБЛЯТЬ!.. Я прах.
Я крик в глухонемой юдоли,
Разорванный в Твоих руках.