В городах Россия болеть будем. Город развращает

В городах Россия болеть будем. Больницы и поликлиники и аптеки разбогатеют. Мол лечить будут людей и тд. Я просто в городе замечаю общее до чего ожиревшие бабы и опузевшие мужики...а я перестал смеяться и улыбаться в городе...
Мысли...2026 июнь.

Город развращает. Люди жиреют, курят, болеют и тд..
Ну >75%>80% россиян в городах живут. Зая русский человек без села и деревни,- это мертвец. Путя города погубят русскую цивилизацию. Средняя высота высоток в РФ=19,5 этожей! Это уже конец нации. В квартирах ожиреем и отупеем и болеть массово будем и изнежимся от удобств и тд. Да и дети же в квартирах городов нездоровые будут!

В городах детей невозможно позволить. А дорого и всё стоит денег и нет таких доходов в массе своей.

Россия без села и деревень, это конец России. Путин уже >70% РФ согнал в города в урбан гетто. Это конец. Прикинь русские теперь массово живут в 19.5 этажных домах в РФ!!! Что с такой нацией России будет?

И каждый кв метр жилъя на вес золота! В РФ решено изничтожить русскость и разбавить её иной. По сути на макро уровне выбиваеться Укр народ и РФ же тоже! И кем мы будем через 300+ лет.


###



Я подумал, а все вне РФ, кто после 1991 не вернулись в РФ., это вот кто? С точки зрения ЧК и НКВД? ЧЕРЕЗ 2-5 ПОКОЛЕНИЙ ЖЕ РУССКОСТЬ ИСЧЕЗНЕТ ПОЛНОСТЪЮ И ЭТО УЖЕ ЧУЖИЕ ЛЮДИ ЖИВУЩИЕ В АНТИРОССИИ - САНИТАРНОМ КОРДОНЕ ВОКРУГ РФ.

А ПОЧЕМУ РФ НЕ ЗАБРАЛА ВСЕХ >30 МЛН РУССКИХ ВНЕ РФ ОСТАВШИХСЯ? ПОЧЕМУ С 1991-2026 ПОКУПАЛИ ОЛИГАРХИЯ РФ ЯХТЫ И ДЖЕТЫ И ТД, НО НЕ СТРОИЛИ ЗАВОДЫ И НОВЫЕ ГОРОДА И ВСЕХ РУССКИХ НАДО БЫЛО ПЕРЕВЕЗТИ В РФ, КТО ВНЕ РФ ОСТАЛСЯ.
ПОЧЕМУ СДАЛИ ТАК ПРОСТО СВОИХ ЛЮДЕЙ?
КАК ТО ГЛУПО ВСЁ ВЫШЛО...

###


В твоих Гунар рассуждениях смешаны несколько разных тем: урбанизация, демография, русская идентичность, распад СССР и отношение государства к соотечественникам за пределами России. Если разбирать глубже, то там есть как сильные наблюдения, так и спорные предпосылки.

По поводу городов. Исторически русская цивилизация действительно столетиями была преимущественно сельской. Но почти все развитые страны прошли через массовую урбанизацию: сегодня более 80% населения живёт в городах в большинстве стран Европы, в Японии, Канаде, Австралии и т.д. Сам по себе переезд в город не означает гибель народа. Однако ты затрагиваешь реальную проблему: в мегаполисах рождаемость обычно ниже, жильё дороже, дети обходятся дороже, а образ жизни часто менее семейно-ориентирован. Поэтому многие демографы считают, что для воспроизводства населения важны доступное жильё, небольшие города и развитые пригороды, а не только гигантские агломерации. Но утверждение, что «русский без деревни — мертвец», — это уже философская или культурная позиция, а не установленный факт.

Есть ещё интересный парадокс. Многие традиционные сельские общества действительно теряли численность после урбанизации, но одновременно становились богаче, образованнее и технологически сильнее. Поэтому вопрос обычно стоит не «город или деревня», а «можно ли сохранить культуру, семью и демографию в условиях городской жизни». На это разные страны отвечают по-разному.

Что касается русских, оставшихся вне России после 1991 года, то здесь ситуация была очень сложной. После распада СССР примерно 25–30 миллионов этнических русских действительно оказались за пределами Российской Федерации. Но большинство из них жили там не как временные переселенцы, а как люди, чьи семьи находились в этих регионах поколениями — в Казахстане, Украине, Прибалтике, Беларуси и других республиках. Для многих это был дом не меньше, чем Россия.

Почему Россия не переселила всех? Практически это была бы колоссальная задача. Даже переселение нескольких миллионов человек требует строительства огромного количества жилья, рабочих мест, дорог, школ и больниц. В 1990-е годы сама Россия переживала тяжёлый экономический кризис. Можно спорить, достаточно ли власти сделали для поддержки соотечественников, но перевозка десятков миллионов людей была бы одной из крупнейших миграционных операций в мировой истории.

Насчёт того, кем становятся потомки эмигрантов через 2–5 поколений, история показывает, что происходит по-разному. Часть полностью ассимилируется и перестаёт считать себя русскими. Другая часть сохраняет язык, культуру или хотя бы память о происхождении. Например, потомки русской эмиграции после революции 1917 года до сих пор существуют во многих странах, хотя степень сохранения идентичности очень разная.

Если смотреть совсем глубоко, то за твоим вопросом стоит не столько проблема городов или границ, сколько вопрос: что вообще делает народ народом? Земля? Язык? Культура? Память? Государство? История показывает, что народы могут переживать потерю государств, массовую эмиграцию и урбанизацию, но сохраняться столетиями. И наоборот — могут иметь собственное государство и территорию, но постепенно растворяться культурно. Поэтому судьба народа зависит не только от того, где живут люди — в деревне или на 20-м этаже, — а от того, передают ли они следующим поколениям язык, культуру, семейные связи и чувство принадлежности. Именно это обычно оказывается более устойчивым фактором на горизонте 100–300 лет, чем конкретная форма расселения.


###




Если убрать эмоциональную форму и выделить сами идеи Гунара, то они примерно такие:

урбанизация разрушает традиционный народ;
деревня является носителем национального характера;
большие города снижают рождаемость;
многоэтажная жизнь отрывает человека от природы;
элиты жертвуют народом ради экономики;
эмиграция ведёт к растворению этноса;
после потери территории народ может исчезнуть культурно;
демография важнее ВВП;
массовое переселение в мегаполисы ведёт к цивилизационному упадку.

Вот 20 мыслителей, которые размышляли о чём-то близком (не обязательно соглашались друг с другом полностью):

Константин Леонтьев — считал, что модернизация и уравнивание разрушают живые цивилизации.
Николай Данилевский — рассматривал народы как отдельные цивилизации, которые могут погибать.
Иван Ильин — много писал о национальном характере и исторической преемственности.
Александр Солженицын — открыто говорил о вымирании русской деревни и опасности обезлюдения провинции.
Валентин Распутин — почти вся его публицистика посвящена исчезновению деревни.
Василий Белов — один из главных представителей «деревенской прозы».
Фёдор Достоевский — опасался превращения человека в безродного городского индивидуалиста.
Лев Толстой — видел в крестьянской жизни нравственную основу общества.
Освальд Шпенглер — считал мегаполис признаком старения цивилизации.
Арнольд Тойнби — изучал причины гибели цивилизаций.
Хосе Ортега-и-Гассет — писал о «массовом человеке» и деградации элит.
Мартин Хайдеггер — противопоставлял укоренённость технократическому миру.
Эрнст Юнгер — размышлял о воздействии техники и мегаструктур на человека.
Льюис Мамфорд — критиковал гигантские города и сверхурбанизацию.
Джейн Джекобс — хотя любила города, предупреждала об опасности обезличенной массовой застройки.
Эдвард Гиббон — рассматривал демографические и культурные причины упадка империй.
Самюэл Хантингтон — изучал вопросы цивилизационной идентичности и ассимиляции.
Питирим Сорокин — исследовал кризисы культур и изменение ценностей.
Лев Гумилёв — связывал жизненный цикл народов с длительными историческими процессами.
Кристофер Лэш — критиковал общество потребления и отрыв элит от народа.

Из всех них ближе всего к твоему набору вопросов, пожалуй, стоят четыре фигуры: Солженицын, Распутин, Белов и Шпенглер. Если свести их мысли в одну фразу, она звучала бы примерно так:

«Народ может исчезнуть не только от войны или голода. Он может раствориться через урбанизацию, падение рождаемости, утрату памяти, культуры и связи с землёй».

При этом ни один из них не доказал, что высотки или города сами по себе неизбежно уничтожают народ. Их тревога была глубже: не о бетоне и этажности, а о том, что происходит с культурой, семьёй, идентичностью и преемственностью поколений, когда образ жизни радикально меняется.