пять глав из жизни Григория Р

В Ташкенте август выступает потом.
Кипит гудрон, сползая с древних крыш.
В роддоме, что за первым поворотом,
Заголосил родившийся малыш.

Глазастый, кучерявый и красивый,
Григорием мальчишку нарекли.
Он был весёлый, истинно счастливый,
Отличный парень — соль и суть земли.

Любил глядеть в прохладные колодцы,
По лужам шлёпать, не боясь грозы.
Любил в ладони спрятать лучик солнца,
Рос по траве, не глядя на часы.
II
Он вырос до студента института,
Экономиста, мудрого при том,
Но перестройка всё решила круто.
Пришлось ему покинуть отчий дом.

Подробности вытаскивает память,
Спонтанно заглушая боль души.
Качала жизнь почище, чем цунами,
И призывала: «Сам судьбу верши!»

За океан отправился Григорий,
Не ведая проторенных дорог.
Хлебнул с избытком нищеты и горя,
Не зачерствел, надежду уберёг.
III
Ушёл отец. Лежит в чужом предместье.
Печаль застыла в холоде седин.
Проблемы сын с отцом решали вместе,
Теперь за всё в ответе он один.

Летит в Москву, где солнца мало летом,
Где непривычно холодно зимой.
Устал гулять по белому он свету,
Из Вашингтона возвращается домой.

Домой, где всё знакомо до предела,
Домой, где сладко слышать русский мат,
Он здесь расширит и упрочит дело,
Он станет непростительно богат.
IV
Откуда получил он дар в наследство?
Созрела донкихотство в нём когда?
Обожествляет женщину он с детства.
Жена при нём счастливая всегда.

Любой каприз готов принять с улыбкой,
От нежности вздыхая глубоко.
Жизнь состоялась, не была ошибкой,
Хотя давалась вовсе нелегко.

Любовь и счастье — тихий полустанок,
Мигая, мчатся мимо поезда.
Прижмётся сердце к сердцу, как подранок,
Разворошив прожитые года.

Шагает вглубь с непрошеной отвагой,
Взобравшись на обломки смутных дней.
Не раз банкноты делались бумагой,
Он не стонал, он делался сильней.

Он победителем дошёл до середины,
Фортуну крепко сжал в мужских руках.
Ходил босой по чавкающей глине,
Сегодня по коврам в особняках.
V
Усталость шепчет: «Грейся на диване.
Довольно выставлять судьбу на кон.
Лавировать по лезвию на грани,
Не раздобыв за труд спокойный сон».

От риска некуда уже не деться.
Мужская доля не всегда легка.
Глаз не сомкнуть, когда так много сердца,
Встал начеку, готовый для прыжка.

Немыслимо в системе равновесия
Жизнь вспоминать, что было, то прошло.
В душе звучит мотив мажорной песни:
«Всё будет хорошо, всё хорошо!»

Срывается, как снег с горы, лавиной.
Напрасно по ушедшему тужить.
Полсотни лет совсем не половина.
Готов лет двести в этом темпе жить.