Лука и Симеон искушение монаха

Представляю Вам свою новую поэму по мотивам известной христианской притчи о двух монахах и девушке у берега реки.
Аналогичная история описывается и в Тибетской притче о двух монахах и девушке. Разные Страны и культуры, а истина одна.               

   Лука и Симеон
               
        I

Сию историю живую
поведал мне один монах.
Перескажу ее не всуе
и я сегодня в двух словах.

Случилось все во время оно
на берегах реки глухой
с блаженным старцем – Симеоном
и юным иноком – Лукой.

Однажды, в полдень благодатный,
набравши ягод и грибов
они пустились в путь обратный
в свой тихий и уютный кров.

Пичуги радостно щебечут,
жужжат стрекозы и жуки,
и вот уже бежит навстречу
студеная волна реки.

Тропой прибрежной, каменистой
пустынники бредут гуськом.
Лука – довольно неказистый,
сутулый парень с потным лбом.

А перед ним, с большим лукошком,
в молитву думой погружен,
ступает тихо, словно кошка,
блаженный старец Симеон.

«Гляди-ко, старче, как сегодня
богат наш ягодный улов.
Природа волею господней
нам уготовила даров.

С ведро отборной голубики,
корзина белых и груздей,
ну а морошки с земляникой
нам в аккурат на десять дней».

«Ты прав, Лука, в лесу сегодня
нам повезло с тобой опять.
Волшебной силою Господней
грибов и ягод благодать

открылась взору на поляне.
Господь нас балует теперь.
Ты помнишь строки из писания
про птиц небесных? Всякий Зверь

и человек под Богом ходит,
и тот, кто с верою святой
к нему идет, тот верховодит
над страстью пагубной мирской».

«Как верно старче ты подметил
насчет страстей людских. Подчас
на нашем бренном белом свете
Лукавый искушает нас

не впрямь, а исподволь – втихую,
пока мы сладко, мирно спим.
Придет виденьем в ночь глухую
и шепчет нам, как херувим.

Или же девушкой красивой
предстанет в полном неглиже
и гладит, словно веткой ивы
пока мы дремлем. Верно же?

К примеру, у меня сегодня
случился очень странный сон:
спускаюсь я по нашим сходням
к реке и вижу – точно Он!

Но без рогов – младой девицей
предстал проклятый Вельзевул:
тугие бедра, ягодицы
и перси. Так я не уснул

до самого утра в тревоге.
Я начал жалобно стонать,
а этот дьявол – козлорогий,
меня пустился искушать.

То поцелует очень нежно,
то легкой трепетной рукой
пройдет по телу под одежды
и я как будто сам не свой.

Что удивительно, девица
без капли юного стыда
свои тугие ягодицы
в лицо мне тычет». «Не беда, -

промолвил старец ненароком:
«Воображения игра.
Пройдет. Не нужно быть пророком –
плотская страсть, как мир стара.

Лука, ты молод, слаб душою,
вот бес и взялся за тебя,
но я тебе секрет открою –
с годами, Бога лишь любя

твоих страстей беспутный гений
и юной похоти каприз
умрет и жажда наслаждений
ослабнет, как осенний бриз.

Молись Всевышнему на радость
и свечи веры не туши.
Так обретешь блаженства сладость
и с ним гармонию души.
               
          II

Так шли они в свою обитель
над полно-струйною рекой,
Пока наш старец – небожитель
за поворотом под горой

вдруг не столкнулся тихим взглядом
с фигурой женской вдалеке.
Она - одна, у водопада
и с веткой буковой в руке.

Монах услышал крик навстречу,
то явно девушка была:
красивый стан, лицо и плечи
одна – в чем мама родила.

Блаженный старец вдруг смутился,
Лука от страха в землю врос,
вздохнул, немного оживился
и задал каверзный вопрос:

«Простите, леди, что случилось?
Где ваше платье, где ваш дом?
Зачем, скажите мне на милость,
вы тут стоите нагишом?»

Как бурным всплеском водопада,
как грома шквал над головой
она стрекочет: «Как я рада,
что вы пришли. Вчера со мной,

беда случилась ненароком.
Вечор я на реку пошла
помыться под речным потоком,
разделась, мирно завела

беседу с тихою волною,
воды коснулась я рукой,
но тут же за моей спиною
мелькнула тень и смех мужской

раздался из кустов прибрежных.
пока я мылась, гнусный вор
унес тайком мою одежду
и даже головной убор.

Вот так всю ночь дрожа от страха
я простояла здесь без слов,
замерзла очень без рубахи
и от проклятых комаров

всю ночь я дико отбивалась,
молила господа в сердцах
и вот я все-таки дождалась –
пришел спаситель мой – монах.

Наш Симеон упорно слушал
печальный, сбивчивый рассказ,
вздохнул, как будто прямо в душу
проник далекий божий глас.

«Я понимаю вас и все же,
чем я могу вам услужить?
Ходить нагой в лесу не гоже,
да и опасно может быть».

Тут наша нимфа разрыдалась:
«Монах и ты отец прости!
Нужна одна благая малость -
прошу меня перенести

на берег левый – на пологий.
Там в двух верстах мой дом родной.
сама найду к нему дорогу,
но вот с проклятою рекой

не совладать мне – я босая,
а камни острые реки
режут не только ноги, знаю,
а даже сами сапоги».

Лука надулся беспокойно
и даже жутко покраснел,
а Симеон весьма спокойно,
как пень на корточки присел.

Довольно весело и бодро
девица села, что жокей.
Он крепко взял ее за бедра
и тут же в путь через ручей.

Лука, как верный соплеменник
пристроился в хвосте и он –
неутолимой страсти пленник
вдруг вспомнил свой недавний сон.

Весь путь, красивая девица
сидела так, что до конца
ее тугие ягодицы
на уровне его лица

сияли розовым бутоном
и временами тут и там
блестело что-то нежным тоном.
«Какой же стыд! Какой же срам!»

Он думал с жутким отвращением,
переходя речной поток,
а старец с тихим умилением,
шел напрямую, как челнок.

Вот берег левый появился,
песочек ласково блестит.
Наш Симеон остановился
и тихо, мирно говорит:

«Окончен путь!» В тени затона
с улыбкой милой на устах
девица, чмокнув Симеона,
исчезла горлицей в кустах.

Блаженный старец, слава Богу.
с отцовской нежностью немой,
перекрестил ее в дорогу
и тоже двинулся домой.
               
          III

До дома мили две осталось,
Лука молчал и не шутил.
Ему внезапно показалось,
что старец страшно согрешил.

С распутной голою девахой
устроить мерзостный бедлам
совсем не гоже, для монаха –
это не просто стыд и срам,

а даже веры поругание
во славу Дьяволу, опять
глубоким, истым покаянием
придется это искупать.

И не известно бог небесный
простит ли этот смертный грех.
Так думал он весьма нелестно,
но тут задорный детский смех

прервал его кошмарный сон.
«Что ты молчишь Лука, ответь?»
спросил блаженный Симеон:
«Ты хмурый, как шатун-медведь!»

И тут Лука с укором грозным
и сердцем гневным говорит:
«Блаженный старче, все серьезно,
моя душа опять болит.

Как мог ты, старче, мой учитель,
грех похотливый совершить?
С распутной девкой небожитель
не должен даже говорить.

А ты ее обняв руками
пронес на благостной спине.
Неужто мой любимый «свами»
душою служит Сатане?

«Так вот о чем ты, юный инок!
ответил тихо Симеон –
Ты как вдовец с жены поминок
идешь и твой недавний сон

все будоражит разум бренный,
который ты не утолил.
Скажу тебе я откровенно!
Я эту девицу забыл

давным-давно, а вместе с нею
и мысль о ней. А ты, мой друг,
ее в уме своем лелея
несешь. Вот так порочный круг

тебя пленяет. Супостата,
ты силой зла не проведешь.
Все, что подавлено когда-то,
выходит вновь когда не ждешь.

Все страсти, похоть, друг мой милый,
что скрыты в глубине ума
находят выход с новой силой,
чтоб воплотиться. Жизнь сама

нас проверяет ненароком
пока мы спим и видим сны,
и часто вот таким уроком
как бы с подачи Сатаны

нас Бог великий проверяет
и если видит он опять,
что инок веру вдруг теряет,
он начинает искушать.

Пойми Лука, мой друг сердечный,
ты должен быть не как Фома.
Мир этот - призрак скоротечный,
твоя проекция ума.

Укорени свой дух мятежный
в душе и взращивай цветок
сознания в боге очень нежно,
как мать дитя. Наступит срок

и истины великий гений
коснется твоего чела,
а призрак сумрачных видений
исчезнет, как и корень зла.

Ты станешь истинно блаженным,
с душою чистой, как родник
а дух твой – подлинно нетленным,
мой милый добрый ученик».

Монах умолк и всю дорогу,
они спокойно шли уже,
без шуток, споров, слава Богу
и с тихой радостью в душе.

21.05 – 22.05. 2026        Зеленоград