Саксофон. Соло

Светло-зелёный, прозрачный, весь в золотистых
солнечных бликах тенор чему-то улыбнулся,
смутился и стал робким, застенчиво-нежным...
В его чистейшем, василькового цвета звучании
стали расцветать тёмно-синие, всё ещё
в капельках утренней росы, бутоны ночных снов,
которые раскрывали свои лепестки и лепестки,
раскрываясь, расплёскивали мерцающие,
вспыхивающие и гаснущие оттенки своих снов,
превращая их в звёздные сполохи ночного неба.

И небо, внимая им, становилось глубокой бездонной
ночью, в которой, осыпаясь лепестками звёзд,
звучала музыка Вселенной. Созвездия Её звуков
вспыхивали и гасли, чтобы снова и снова расцвести,
раскрыться и, вспыхнув, разлететься во все стороны
мириадами зелёных, голубых, синих и фиолетовых
брызг…

Всё чище, всё проникновеннее звучат
завораживающие и обволакивающие,  неистовые -
аметистовые и рубиновые, бархатные - оранжевые
и бордовые, трепещущие нежной страстью
звуки  голоса солирующего саксофона.
 
И когда он был всё ещё где-то там, далеко-далеко,
в своём, мерцающем нежной звериной страстью
звучании, откуда-то,  из ничего, прошелестело:
- Боже мой!.. Какой роскошный баритон!..
и этого оказалось достаточно, чтобы он снова
смутился, вернувшись к своим слушателям:
- Что Вы! Что Вы! Я тенор, всего лишь, тенор!

И вновь зазвучало ранее сотканное им золототканое
пространство сполохов, колышущихся и меркнущих
голубыми, зелёными, синими и фиолетовыми искрами
оттенков роскошного тембра  его голоса и это
было прозрачное, плывущее лёгким рассветным
туманом, ЛЕТНЕЕ УТРО.