Взбалмошный капитан - 28. Крылышки для кэпа

(забавные истории)

Капитана нигде не было ни видно, ни слышно.
Уильям тихонько вышел из своей каюты и на цыпочках, мелко-мелко перебирая ногами и часто озираясь назад, спешил разведать, куда это делся командир. Да ещё так шустро делся!
К своему неподдельному изумлению он обнаружил, что кэп находится уже двумя палубами ниже и о чём-то с кем-то весело договаривается. Как потом выяснилось – о поставке крылышек жуков-златок в количестве несколько сотен килограммов. Первый офицер был весьма удивлён: зачем мистеру Джонсону такое количество пусть и бесподобно красивых, но каких-то там жучьих крылышек? Лучше бы уж крылышки барбекю под соусом... А что он крылышками златок собрался украшать?
Первый офицер вернулся на исходную позицию. В рубке стояли рулевой Лесли Адамс, старший помощник капитана Джонатан Брайд и ещё кто-то непонятный – офицер не стал его тщательно разглядывать. Может, это был какой-то приблудный матрос – мало ли...
Так вот. Он быстро сообщил товарищам, что их коммандор вновь задумал очередное супертворчество и высказал свои опасения насчёт того, как бы он и всех офицеров вновь не "припахал" вышивать или клеить очередное незабвенное творение, как это случилось несколько месяцев тому назад.
– Что ж, и не через такое проходили, – вздохнул бедный старший помощник. – Будь что будет!
– Так. Не вешать нос! Отставить подобные настроения! На этот раз мы ему не дадимся!!! – воскликнул первый офицер, а рулевой, что стоял рядом, оглох на левое ухо. Ибо незачем так орать. Ну не суть...
– Что он опять там поназаказывал по сверхбыстрой морской почте? – поинтересовался неизвестный матрос, что до этого просто стоял, как сомнамбула, и покачивался в тени старшего помощника, молча и безынициативно взирая на всех присутствующих на капитанском мостике.
– Ах, по сверхбыстрой... – протянул Уильям, даже не додумавшись спросить, откуда у незнакомца подобные сведения и кто он вообще такой. – Ну эти... Крылышки жуков-златок. Что-то хочет делать с ними.
– Аааа, крылышкиии! – протянул неизвестный, – так это он будет потолки шикарные делать! Не как у всех лайнеров... Сажать на клей эти самые крылышки, и всё засияет необычайными цветами и оттенками!
- Что?! - воскликнули хором Лесли Адамс и офицеры. – Прямо-таки везде-везде?!
– Нет, слава тебе Господи, лишь здесь, в рубке, и у себя в каюте, а также в каютах офицерского состава... Ну, может, ещё, в обеденном зале... – доложил незнакомый моряк. Или не моряк?.. Что-то униформы на нём не было, кроме матроски.
– Кхм, мистер... Простите меня за нескромный вопрос, – начал первый помощник капитана, до этого не решавшийся спросить у данного человека давно гнетущий его вопрос, – а вы вообще кто?
– Я? Ну как сказать... Моё имя – Огастас Першир, мастер по великолепному налепливанию крылышек жуков-златок на потолки и стены! И меня пригласил в вашу замечательную рубку ваш замечательный командир – капитан Джонсон! Он буквально выловил меня в обеденном зале, подслушав мой разговор с одним лордом об оформлении его дворца, и стал пытать... то есть... расспрашивать всё о моём ремесле, – мужчина вздохнул. – Извините, я понимаю, что посторонним сюда вход воспрещён, но... если сам командующий позволил! То я счастлив безмерно, поверьте!
Человек торопливо снял с себя матроску, до этого маскирующую его под члена команды парохода, и пошевелил густыми пышными усами туда-сюда, вверх-вниз и вновь туда-сюда.
Тут в рубку не вбежал – влетел довольный капитан и едва не сшиб с ног мастера по крылышкам златок.
– Знаете что?! – воскликнул он. – Я заказал великолепный материал для отделки самых важных помещений на нашем лайнере! Не беспокойтесь, дорогие офицеры! Больше я вас не заставлю ничего плести или лепить! Это сделает мастер! Вот он! Я, думаю, вы уже успели с ним познакомиться! Это мистер Першир!
– Да, успели, – с облегчением вздохнули подчинённые капитана Джонсона. Они уже поняли, что их освободили от столь изнуряющего и тяжёлого труда, как лепка крылышек на потолок и другие поверхности.
– Вот и отлично, – захихикал кэп и вприпрыжку удалился к себе в каюту – разбирать вещи и убирать кровать с середины комнаты, чтобы мастеру потом было удобнее работать.
Через три дня прибыл почтовый пароходик-тендер. Он чудом отыскал судно взбалмошного Джонсона и передал заказ капитану. Ну как передал... Двадцать тяжеленных ящиков грузили на борт с помощью кранов. И тут же счастливейший капитан велел мастеру приступать к работе.
– Распаковывайте скорее, берите суперклей и клейте! Давайте! Я щедро оплачу ваш труд! – сказал кэп Перширу. И тот принялся за дело.
Сначала это дело что-то не клеилось – в прямом и переносном смысле... Так называемый мастер по крылышкам весь измазался в клее и умудрился приклеиться задницей к потолку каюты капитана. Его потом отодирали оттуда аж трое офицеров... Но не суть. Потом он всё же справился со своей работой и за месяц оформил три потолка, как и было обещано: в каюте командира, в рубке и в обеденном зале (самая большая площадь работы). При свете ламп и даже при дневном свете потолки переливались неземными цветами и завораживали любующихся ими. Это было воистину великолепным зрелищем! Ещё ни на одном пассажирском (и любом другом) судне не было подобного оформления потолков и стен!
Мастеру, который был вынужден состричь усы из-за того, что он приклеился ими к потолку в каюте капитана, Джонсон собственноручно выписал чек на огромную сумму. Тот несказанно обрадовался и нечаянно выпал за борт, когда плясал от радости. Но чека не выронил! К счастью, какая-то полная дама заколыхалась к спасательным кругам и бросила несчастно-счастливому мистеру Перширу сие средство для спасения. Мастер поймал его и остался на плаву – с абсолютно сухим чеком в зубах! После его смогли вытащить из воды офицеры, приостановив судно для этого.
Как только они вытащили мастера из воды, к нему кинулась та толстенькая мадам и тут же принялась обнимать и целовать несчастного и счастливого человека одновременно. Влюбилась, поди... Першир был не то в шоке, не то просто ошарашен, не то и вправду взаимно влюблён: глаза его остекленели в немом восторге, и бедняга даже не пытался вырваться. Дама отнесла его к себе в кабту, и больше его никто не видел.
Зато потолки... Ммм! Шедевр! Пассажиры всех классов и экипаж судна не раз приходили любоваться этой красотищей.
Уж не знаю как мистер Огастас Першир, но все остальные были в восторге на этот раз...