Взбалмошный капитан - 20. Дух корабля

(забавные истории)

Минут десять они фиксировали друг друга взглядом... Они – это самый известный по понятным причинам капитан Джонсон и... рыжеволосая девочка в чёрно-белом платьице и бордовых ботиночках, на голове которой красовалась жёлтенькая шляпка с чёрным бантиком. Этот наряд очень сильно напоминал стилизацией окрас их лайнера.
Данный ребёнок смотрел слишком серьёзно и пристально на взрослого мужчину, и тот не выдержал.
– Уильяяя-ааам! Ты кого это ко мне привёл? – крикнул в сторону входной двери мистер Джонсон. Честно говоря, он немного побаивался детей.
В каюту вошёл первый помощник.
– Это дух нашего корабля, сэр, – пояснил он, улыбаясь малышке, – и он, а точнее, она пожелала материализоваться и познакомиться с вами. Но первой пришла в мою каюту, выказав свою симпатию именно мне... Дух выбрал именно облик маленькой девочки семи лет, потому что у всех наших кораблей в Англии женский гендер...
Капитан застыл в полной прострации. Он вытаращил и без того здоровенные голубые глаза на девочку и молча фиксировал её взглядом минут пять. А она – внимательно – его, при этом недовольно надув губки. Снова молчание...
- Уильям, скажите... Вы решили меня разыграть? – с некоторой надеждой в голосе спросил кэп, оторвав наконец пристально-офигевший взгляд от рыжеволосой.
– Никак нет, сэр. Это не по уставу, – покачал головой Уильям и подмигнул крохе. Та перестала дуться и слегка улыбнулась первому помощнику.
– Дядя капитан, а почему ты разрешил разогнать меня тогда до такой скорости? – голос для ребёнка у девочки был довольно низкий. – У меня винтики и двигатели устали так быстро бежать, а в холодной воде и пузик замёрз... И ещё котлы мои горячими стали, мне жарко было...
Джонсон был на грани обморока. Ну а Уильям уже слышал подробные речи их судна, а потому стоял спокойно и ждал, когда же малышка выскажется полностью.
– И изрисовывали меня! И хулиганили бегали... Это всё от своих амбиций, – продолжала она. – Но что не делается – всё к лучшему... Я пришла сказать, что вы слишком активны. Отдохните, дяденька. Вам стоит отдохнуть и поумерить свой пыл.
– Это п-правда?.. – капитан был даже не в шоке, а в полном оцепенении. Он понял, что вся его энергичность и всяческие проделки, что так легко сходят с рук – не просто так являются сами собой. По всей вероятности, это вырвавшийся наружу непроявленный потенциал и раскрытие живой натуры, которую сковывали этикет, устав, правила и общественное мнение. А потом кэпу это надоело... Однако, и вправду, иногда стоит немножко поутихнуть.
Малышка встала с места, подошла к дяде капитану и плюхнулась ему на колени, усевшись поудобнее.
– Я люблю радиста Брауна, вперёдсмотрящих и дядю Уильяма. Они сделали всё возможное, чтобы оберегать меня... – девочка посмотрела в глаза Джонсону. Её глазки были глубокого синего цвета, как холодные океанские волны.
– Я счастлив знать тебя, моя дорогая...  – кэп прослезился. Он не знал, что и сказать.
– Вас я тоже люблю... Весь экипаж люблю, несмотря ни на что! – девочка прижалась к тёплому капитану. Потом она вскочила и подбежала к первому помощнику, обняв его своими тонкими ручками, насколько могла.
Тот смутился, присел перед девочкой и нежно обнял её в ответ. Та казалась невесомой, но вполне себе ощутимой, даже тёплой, словно состоящей из плоти и крови. Он очень любил детей (и хотел бы большую дружную семью), а особенно – свой лайнер, на котором нёс службу.
– И мы тебя любим, дорогая... – голос шотландца дрогнул.   
– Знаете... Любая светлая душа хранима Богом. А я храню и оберегаю вас... – ребёнок ещё раз крепко обнял каждого из мужчин и... медленно испарился: тихонько растаял, будто его и не было вовсе, оставив Джонсона и первого офицера пребывать в полном оцепенении.
– А я до конца думал, что это розыгрыш, – пролепетал кэп, посмотрев на Уильяма, и они оба грохнулись в обморок.