Георг Гейм 1887-1912. Ревность

Ревность

https://youtu.be/mnhagz1YQ2I

Становится широкою дорога.
Дома вдоль, словно белая стена.
Сменяет солнце в небе белая луна
Прохожих лица, белые, все строги
 
Они похожи на листы бумаги,
Пустые, белые, его же мАнит
Вдаль платье синее, что появляется в тумане
И снова исчезает в полумраке
 
А ревность всадницей, что в ярости кляня,
Старухой в сапогах, сидит на его шее,
И сердце, мозг его,сверлит, избрав мишенью,
Вонзая шпоры, в мягкий бок коня.



Georg Heym

Eifersucht

Die Stra;e wird zu einem breiten Strich.
Die H;user werden wei; wie eine Wand.
Die Sonne wird ein Mond. Und unbekannt,3
Gleichg;ltig, fremd ein jedes Angesicht.
 
Sie sehen aus wie Bl;tter von Papier,
Wei;, unbeschrieben. Aber hinten winkt
Ein schlankes blaues Kleid, das fern versinkt
Und wieder auftaucht und sich fern verliert.
 
Auf seinem Nacken sitzt die Eifersucht.
Ein altes Weib, gestiefelt. Einen Dorn
Bohrt in das Hirn sie ihm und haut den Sporn
In ihres Reittiers weicher Flanken Bucht.

«Теперь у меня почти безумное чувство к цветам», — отметил экспрессионист Георг Гейм (1887–1912) в дневнике сентября 1910 года, — и одновременно объявил белый и фиолетовый «цветом болезней». На самом деле поэтические выводы, которые отчаянно жаждущий жизни поэт и юрист делает в обществе своего времени, всегда отмечены яркими красками.
Когда он писал это стихотворение, Гейм только что опубликовал свои первые стихи в еженедельном журнале и вызвал любопытство издателя Эрнста Ровольта своими выступлениями в берлинском кабаре. Наряду с белой физиономией ревности стихи вскоре сопровождались самыми мрачными цветными пьесами, вызывающими  ужас смерти и демонизм большого города.