Чарльз Симик, Нашептано на ухо

Невидимый друг, у тебя манеры вдовца
Всякий раз, когда я натыкаюсь на тебя на улице.
Мы оба в парных плащах,
С онемевшими ногами, недоверчивы друг к другу,

Чем ты занимаешь себя теперь?
Консультируешься со словарем в темноте?
Целуешь девственницу в пустой церкви на ночь?
Привязываешь пивные жестянки к стоящему катафалку?

Однажды мы делили с тобой маленькую подушку, борясь с темнотой.
Всё дело Бесконечности было в том, чтоб
Заботливо укладывать нас спать,
Укрывая своим одеялом из нулей.

Ничего не хочешь мне сказать, сожитель?
Для нас скучная, душная ночь
Неестественного смеха по ТВ,
Льющегося из открытых окон на тротуар,

Каждый живет жизнь, которую не выбирал,
Сказали пустые улицы и чтоб сильнее подчеркнуть,
Жирный лист оберточной бумаги из мясной лавки
Был брошен ветром к моим ногам.
               
Whispered in the Ear

Invisible friend, you have the air of a widower
Whenever I run into you on the street.
The two of us in matching raincoats,
Stiff-legged, wary of each other,

What do you do with yourself nowadays?
Consult the dictionary in the dark?
Kiss the Virgin in the empty church goodnight?
Tie beer cans to a parked hearse?

Once we shared a small pillow against the dark.
The infinite was all business
As it tucked us to sleep
In its blanket of zeroes.

Nothing to say to me now, chum?
A dull, sultry night upon us
Of canned laughter on TV
Spilling out of open windows onto the sidewalk,

Everybody lives the life they did not choose,
The empty streets said, and to further emphasize,
There was a sheet of greasy butcher’s paper
The wind blew at my feet.