Сергей Есенин - Мне осталась одна забава

Мне осталась одна забава:
Пальцы в рот — и веселый свист.
Прокатилась дурная слава,
Что похабник я и скандалист.

Ах! какая смешная потеря!
Много в жизни смешных потерь.
Стыдно мне, что я в бога верил.
Горько мне, что не верю теперь.

Золотые, далекие дали!
Все сжигает житейская мреть.
И похабничал я и скандалил
Для того, чтобы ярче гореть.

Дар поэта — ласкать и карябать,
Роковая на нем печать.
Розу белую с черною жабой
Я хотел на земле повенчать.

Пусть не сладились, пусть не сбылись
Эти помыслы розовых дней.
Но коль черти в душе гнездились —
Значит, ангелы жили в ней.

Вот за это веселие мути,
Отправляясь с ней в край иной,
Я хочу при последней минуте
Попросить тех, кто будет со мной, —

Чтоб за все за грехи мои тяжкие,
За неверие в благодать
Положили меня в русской рубашке
Под иконами умирать.

1923 г.

Остана ми тази забава:
пръст в устата и весел свист.
Завихри се лошата слава —
сквернословец и скандалист.
 
Ах! колко нелепа загуба!
Много има такива в света.
Срам ме е, вярвах във бога.
И горчи, че не вярвам сега.
 
Далечни и златни пространства!
Всичко вече край мене изтля.
Сквернослових и хулиганствах —
исках по-ярко все да горя.
 
За поета е дар — да погали
и да драска — съдбовен печат.
Да венчая розата бяла
с черна жаба желаех, но как?
 
Не се сбъднаха блянове мили
на душата, обвита в мъгла.
Но щом дяволи там са гнездили,
значи в нея е ангел живял.
 
За това помътняло веселие,
щом потегля към другия свят
ще помоля онези, последните,
дето с мен ще са в сетния час, —
 
За греха и съдбата ми тежка,
за невярата в благодат
да ме сложат в руска рубашка
под иконите тихо да мра.

© Перевод на болгарский: Бисерка Каменова