Тридцать семь для поэта
Тридцать семь для актёра – почти начало.
Тридцать семь для поэта – почти конец.
Так уж вышло – небес голубых покрывало
И небес тех кровавых терновый венец.
Да терновый – совсем не значит «страданье»:
В те эпохи давали им в брачную ночь,
Там где первое вечное то обладанье,
Там где чистый и тёплый весенний дождь…
В тридцать семь Поэту – Мир страшен и светел,
Но так хочется снова вдыхать запах роз,
И не хочется верить в последнее лето,
Вдруг омытое ливнями чьих-то там слёз.
19 марта 2003,
Париж,
коррекция - март 2026,
Париж
Из сб. стихов "Летопись Любви: Красное-и-Белое/Хроно".
ФОТО: портрет А.С. Пушкина.
Свидетельство о публикации №126033004375