Лютый

Когда приблизилась простреленная даль,
В году семнадцатом тот месяц пресловутый,
Нам по учебникам известный как февраль,
Назвать бы следовало «лютый».

Казалось, возразить не смел царю Петру,
Один-единственный наследник, медный всадник,
Который стережёт на северном ветру
Горько-солёный виноградник.

Когда кровоточил растоптанный народ
В автоматической безжизненной давильне,
Обрек династию на гибель патриот
В своей беззубой говорильне.

Самодержавия царь Пётр не завершил,
Среди покойников бессмертный иностранец;
Он топором своим Россию порешил,
Непризнанный республиканец.

Ещё не отменён был старый календарь,
И вековых примет ещё не забывали.
Был именинником тогда звериный царь,
И свадьбы волчьи завывали.

Пророчил выстрелы капелью бокогрей,
Шептались по углам бывалые расстриги,
Которым невпример удобнее цепей
Патриархальные вериги.

На солнце дряблый снег линял, как дикий гусь;
Россию схоронив, не чаял он прощенья,
Хоть на проталинах проглядывала Русь,
Святая даже до крещенья.

28.02.1977